Исход из доллара. Монополярный финансовый мир уходит в прошлое

Об изменении роли доллара можно судить, например, по статистике золотовалютных резервов. Двадцать лет назад в американской валюте центробанки стран мира держали более 73 % резервов, к 2021 году эта доля снизилась до 55 %, а теперь опустилась ниже 50 %. При этом экономисты посчитали, что в 2022 году скорость этого процесса выросла в 10 раз. Получается, если раньше страны уходили от главной резервной валюты прогулочным шагом, то сейчас буквально побежали. #INJECT_1# Причины такого ускорения, конечно, связаны с ситуацией вокруг России. Разумеется, наша страна свела к нулю долю долларов в собственных резервах — это понятно. Но в аналогичном направлении движутся и многие другие страны, в том числе отнюдь не дружественные и вовсе не затронутые санкциями. Этот эффект напоминает круги на воде от брошенного камня. С одной стороны, российская экономика вроде бы не так велика, ее ВВП составляет менее двух процентов от общемирового. Однако доля финансовых цепочек с хотя бы минимальным российским участием гораздо выше. И, получается, все эти цепочки при долларовых расчетах оказываются под угрозой. А такая ситуация провоцирует всех участников цепочки переходить на расчеты в других валютах, прежде всего национальных. Это, конечно, не столь удобно, зато более безопасно. Получается, доллар утратил одно из своих главных преимуществ — универсальность. Также возникает вопрос доверия. Если США готовы использовать свою валюту в качестве оружия против России, то где гарантия, что через какое‑то время тот же метод не будет применяться, к примеру, против Бразилии, Индии или Турции? Эти соображения добавляются к более фундаментальным факторам, которые действуют уже давно. Проблема доллара в том, что его реальная ценность вызывает серьезные вопросы. Многие экономисты уже давно называют американскую валюту финансовой пирамидой, которая рано или поздно должна рассыпаться в прах. Конечно, за долларом стоит крупнейшая экономика мира, но в этой экономике накопилось очень много проблем. Весной обанкротились несколько крупных американских банков, а продолжающийся отток депозитов может ускорить банковский кризис. Но самая главная проблема — это продолжающий расти дефицит бюджета и огромный государственный долг. На данный момент потолок госдолга составляет 31,4 триллиона долларов, и Белый дом хочет этот потолок в очередной раз поднять. Однако Республиканская и Демократическая партии пока не могут договориться о повышении, что грозит дефолтом. Не техническим, а самым настоящим — то есть фактически банкротством страны. Что бывает с национальными валютами после дефолта, мы хорошо знаем по опыту 1998 года. Тогда, напомню, рубль подешевел в 4 раза. Даже если стороны договорятся, это лишь отсрочит кризис. Многие эксперты, включая одного из самых богатых людей мира Илона Маска, считают дефолт неизбежным — рано или поздно. Впрочем, преувеличивать вероятность такого события в этом году не стоит — о дефолте США говорят далеко не в первый раз, и в прошлом этого всегда удавалось избежать. Но сама перспектива дефолта снижает доверие к доллару и заставляет центробанки многих стран отказываться от доллара. А этот отказ в свою очередь усугубляет проблемы США с госдолгом — получается замкнутый круг. Ведь когда другие страны держат резервы в долларах, они фактически финансируют Штаты. Теперь же эта огромная финансовая пирамида потихоньку начинает разрушаться. Примерно так разваливается банк, из которого начинают бежать вкладчики. Радоваться американским проб­лемам не стоит. Крах доллара станет масштабной финансовой катастрофой, последствия которой предсказать очень трудно. А ведь мир и без того на пороге экономического кризиса, который спровоцировала не самая дальновидная политика ведущих держав. Бомбу замедленного действия заложили еще во время локдаунов 2020 года, когда многие страны включали «печатный станок», спровоцировав резкий рост инфляции. Чтобы усмирить инфляцию, центробанки вынуждены повышать ключевую ставку, а это в свою очередь останавливает экономический рост. Украинский конфликт и санкционное противостояние только ухудшают ситуацию. Что до простых россиян, то из происходящего они могут сделать только один практический вывод: держать доллары под подушкой сейчас абсолютно бессмысленно. Может быть, перспективы российского рубля и не намного лучше, но рубли хотя бы можно положить на депозит под неплохие проценты, которые сейчас даже перекрывают инфляцию. Доллар же, если не рухнет совсем, будет как минимум серьезно ослабляться. Держать эти зеленые бумажки — это примерно то же самое, что с какой‑то периодичностью сжигать деньги. Если же хочется застраховаться от ослабления рубля, то сейчас это лучше делать с помощью крепких национальных валют. Тем более что российские банки начали с ними работать. Китайские юани, арабские дирхамы, казахстанские тенге и грузинские лари — это уже не экзотика, а вполне реальные и доступные для нас деньги. В тех же юанях многие банки позволяют открывать депозиты под отнюдь не символические проценты.