Всем известно - у кота хренова туча жизней. А вот сколько из них он прожил - неизвестно никому. Может, мои лапы ступали по плитам известняка Египетских храмов, скажем, пять тысячелетий назад. Ну, или лапы предков. Да, я прямо вижу пилоны храма Бастет, богини-кошки и чёрных священных кошек, надменно бродящих в прохладном сумраке жертвенных залов… Но себя я среди них не вижу, ибо место моё - оракул Сета, бога ярости, разрушения, хаоса, в оазисе Дахла. Шерсть моя цвета Аравийской пустыни, и красным дьявольским огнём вспыхивают мои глаза в отраженном свете, будто угли разгораются в глазницах. Я воин, бродящий по дуату, загробному миру! Во мне ярость Сета и свирепость пустыни! На мне цвета Сета! Он бог разрушения и смерти, а я сама смерть….
- Уф-ф!
Нет, это не то что все подумали. Это я в ванной комнате перед зеркалом сижу. Потому что какой-то идиот дверь в ванную из коридора закрыл. Вообще, о тех, кто мог это сделать - или хорошо, или ничего. Но я сижу здесь уже часа три на голодный желудок, и неизвестно сколько ещё просижу. Так что, мне сейчас можно всё. Переживут…
Продолжим… О чём там я нёс? Угли в глазах… Когти мои… Когти слегка притупились, шкрябая по этому дуату… Вчера, кстати, последователи других богов, обожрались, и на ламинат в коридоре столько наотрыгивали, шагу ступить было некуда. Есть же куда менее священный линолеум, в комнате. Так нет же, всем надо было на ламинате, причём одновременно. Вот он вздуется, и оборзевших тварей ночного мира вместе с воинами дуата запрут в душной ванне, и Птах, бог творец, окружённый шайтан-машинами, начнёт апокалиптический процесс обновления мира…
У одного меня глаза отсвечивают красным. У всех зелёным, или желтым, а у меня красным. Это чтобы демонов и духов распугивать и бесчинствовать на потусторонних путях. Греметь посудой, выковыривая скользкие крышки из сковородок. Шариться по столам в поисках поживы, опрокидывая чашки. Мусолить кости мёртвых птиц, добытых на этих путях. Много живых и интересных дел по ночам у воинов Сета…
Глазами Рейна можно только в тростниках у храма Сэбека, крокодила, бога Нила, лягушек распугивать. И окрас у него, кстати, соответствующий. Тростниковый кот. Лягушатник. Отсюда у него нездоровая тяга к сырости. Бродит целыми днями с мокрой репой, или в мокрой ванне лежит как земноводное, типа священный крокодил, ха-ха!.Он, в основном, и заблевал ламинат, вместе со своим почитателем, белым недорослем, ещё никак не отмеченным в хрониках, потому что, пока это пустое место. Его недавно поместили к нам, и первое что он сделал, это заболел чиханием. Еле вылечили. Только вылечили, они вместе с Рейном начали бесчинствовать. Если так и дальше пойдёт, ничем хорошим это не кончится…
Прямо перед тем как меня в ванне закрыли, он изгрыз и разжевал шнурки на хозяйских ботинках. На всех! А хозяин, такой, мерзким голоском: - Доник, зайка, что ты делаешь? А потом взял и убрал ботинки… Не зубастого засранца с помощью тряпки, а БОТИНКИ!!! Где, блин, справедливость??!! Когда я, по малолетству, изжевал шнурок (один, второй не успел) убрали меня. За шкирку. Ещё и потрясли для ума… Куда мир катится! Эта либерализация системы воспитания, о которой трендят по говорящей картине на кухне, приведёт к тому, что пацаки чатланам точно на голову сядут!
В какой храм запихать Сильвера, я даже не знаю... Разве что храм Таурт, богини-гиппопотама в Карнаке. Там, среди бегемотов, он бы особо не выделялся. Валялся бы и хрюкал где-нибудь под статуей лапами кверху. Мог бы даже стать достопримечательностью храма, не меньше самой богини. Обширность развалившегося тела - этакая материализация лени внушала бы паломникам священный трепет, а храп отпугивал скорпионов, призраков и злых духов. Паломники несли бы ему в маленьких тростниковых клетках таких же упитанных мышей, и специальный служитель отгонял бы пальмовой ветвью обалдевших от удовольствия мух… Поля Илау (рай) какие-то!.. Чё-то мне самому захотелось в такое место!
А этот четвёртый, белое недоразумение с пустым, ничем не замутнённым взором и такими же мозгами, ещё сам не понимает кто он такой, не то что в текущей жизни, а вообще…
О, Исида, крылатая богиня, спасительница, не прошло и пяти часов!Конечно, я бедный! Ещё какой! Конечно, иду, рассчитывая на очень усиленную пайку, в утешение хотелось бы незамедлительно!