Ни дня без строчки
Вспомнился вдруг давний разговор с Владимиром Солоухиным. Разговор обещал быть долгим, да так и не закончился. Солоухин вдруг загрустил посреди этого разговора и предложил отложить его до весны. И причину сказал. На задах его дачи есть вишнёвое дерево. Вот пустит оно цвет, а солнышко будет греть уставшую душу, тогда и говорить ладно будет… Солоухин до того, как вишня пустит цвет, не дожил…
А разговор был бы вот о чём. Тему мы наметили тогда, и часть его слов я запомнил. Не шибко весёлые они были. Природных русских в России уже не осталось. Так он думал. Самую породную русскую кость изломали в годы пролетарской убийственной мечты о мировой революции, сокрушили в подвалах черезвычаек. Уцелевшая кровь русская с генами русскими ушли гулять по свету. Война с германцем унесла остатки настоящих русских. О других народах мы не говорили пока. Гибли ведь самые отважные и гордые, которые не прятались за каждую кочку, не отсиживались в окопах, а грудью шли на врага. Опять великая трата и крови и породного наследия. Героев, конечно, немало осталось и живых, но этого племени не хватило, чтобы продолжилась великая и нескончаемая Русь. Так что мы и не заметили как Россия перешла черту, которую давно перешагнула Италия, к примеру, или Греция. Ведь никому уже столетия и в голову не придёт назвать итальянцев римлянами, а греков — эллинами. Только у нас времени мало прошло, потому мы и не можем заметить, что не русские уже. Вроде как россияны…