Об опасности шарлатанства нам рассказал профессор МГУ Валерий КУВАКИН, член Комиссии по борьбе с лженаукой и фальсификацией научных исследований при Президиуме РАН
Россия переживает давление безразличия
В России кризис. В такие дни на поверхность особенно активно выползают экстрасенсы, уфологи, специалисты по торсионным полям и прочие псевдонаучные деятели. Иногда им удаётся околпачить не только людей, готовых верить в любую чушь, но и государство. Наша беседа – с настоящим учёным, пытающимся противостоять этому явлению
КУВАКИН Валерий Александрович
Наши оппоненты пока побеждают. Немного мы отыграли назад с Петриком, но нашествие паранормальных верований в своей массе не уменьшилось.
У нас есть сайт в Интернете, там – текст записки, которую мы отправили в Совет безопасности. Всё четко обозначено, по пунктам: предыстория, история, ущерб государству – начиная от обороноспособности и заканчивая здоровьем людей. Всё расписано: с определениями, прогнозами, рекомендациями. Но особых изменений нет. Реально государство продолжает не контролировать этот процесс. Почему? Сложный вопрос.
Реакция складывается из очень сильных разнодействующих факторов. Начиная от политических, о которых я не буду говорить: кое-кому нравится, когда в головах у людей хаос. Но важнее то, что это часть проблемы поддержки науки, причём такая её часть, которая на первый взгляд не является коммерческой.
Если отраслевая наука поддерживается, если многие фундаментальные исследования финансируются, потому что это престиж, это стратегия развития, – то программы, связанные с популяризацией, с так называемым научпопом, научным образованием, с введением курсов по критическому мышлению, с методологией мышления, по проблемам научной картины мира, научного мировоззрения, проблемам светских ценностей мало кого волнуют. Они кажутся слишком идеологизированными.
Понятие «духовность» охватывает комплекс проблем нравственности, воспитания, мышления и так далее. Духовность сейчас вытеснила все другие компоненты мировоззрения: нравственную, интеллектуальную, логическую, научную. Понятие духовности заменено на противоположное. Если раньше это была интеллигентность, светские ценности, то сейчас – воцерковлённость, религиозные ценности.
Интеллигенция, искусство опять вытесняются из сферы культурной жизни. Я не имею в виду такие области искусства, которые на виду, являются нашей витриной.
Что касается науки, она не такая уж витрина, особенно фундаментальная. Реформирование Академии наук проведено довольно грубо и опасно – непонятно, что будет в результате.
Но это слишком общие вещи, чтобы их обсуждать. Гораздо важнее проблема лженауки и паранормальных верований. Это проблема цивилизованности общественного сознания, проблема культуры, светской культуры прежде всего.
Лженаука – это дёшево и интересно
Лженаука, производство лженаучных знаний дёшево. Достаточно пососать палец и высосать оттуда всё что угодно, и это почти ничего не стоит. Научная информация в несколько сот раз дороже, чем лженаучная. Экономически лженаука намного эффективнее. Тем более – паранормальные верования. Не надо тратить деньги на подготовку кадров, не нужна поддержка. При этом лженаука потенциально очень коррупционна.
Учёный не коррупционен по определению, коррупция и научные исследования не связаны напрямую, учёный интересуется истиной. Наука – бескорыстна в этом смысле. Когда учёный исследует каких-то рачков или планеты, он не ставит цель получить прибыль.
Сегодня лженаука стала одной из достаточно новых форм организованной преступности. Я не имею в виду «учёного», изобретающего вечный двигатель, таких чудаков всегда много, но они не представляют социальной опасности. А если они организуются и начинают вести коммерческую деятельность – та же РАЕН, Академия информатизации и прочие «дворовые академии»...
Следовательно, поскольку лжеучёный и паранормальный деятель понимают, что они обманывают, – они с самого начала заражены духом мошенничества. А сейчас у нас уже действуют организованные формы преступности. Они не «искренне заблуждаются». Они – мошенники. И ищут мошенника, с которым смогут договориться. Уговорить астронома «откатить» 50% из тех денег, которые он получит от государства, – трудно. Астроном просто не поймет. Хотя всякое бывает в жизни.
Но вот этот человек идёт к чиновнику и говорит: «Я технологии могу обновить – очистки воды, например, – но мы, конечно, поделимся». И ведь люди они нахрапистые: когда мы резко выступили против одной их «передовой технологии», даже персональную охрану к председателю пришлось приставлять.
С чиновником легче разговаривать. Учёному, особенно фундаментальному, предлагать «возьми в долю» – бессмысленно. Фундаментальные исследования сейчас сильно подвержены давлению безразличия, изоляционизма от финансов, от культуры, от общественного мнения. Наука в этом отношении неудобна для чиновника: её нужно понимать, выделять деньги непонятно на что. При этом никто не гарантирует положительного результата. У чиновника кровь из зубов идёт, когда он подписывает документы, связанные с финансированием науки. А здесь всё понятно: никакого вроде особенного вреда не будет – ну и хорошо.
Есть много примеров. Яузу хотели очистить за счёт торсионных полей, Азовское море почистить. Иногда получалось. На торсионные поля при советской власти выделялись немалые деньги, потом это дело прикрыли. И никого ни разу за это не наказали. Разве что был случай с Грабовы́м. Но и его быстро по УДО освободили.
Дикость, но это как раз говорит о коррупционной основе происходящего. Грабового поддерживали люди на очень высоких постах. То ли они ему поверили, то ли просто были коррумпированы – не знаю. Но главный вывод: эти деятели разлагают органы власти, это болячка на теле социального организма. Её, конечно, надо лечить. А как лечить? Не просто кричать: «Это беда! Давайте их выкуривать, давайте закрывать! Давайте всех посадим!». Нет. Бороться против этого зла можно только за счёт вытеснения: лженауки – наукой, паранормальных верований – здравым смыслом, научным просвещением.
Вред государственной безопасности
Я понимаю, лженаука ищет щели. Любой лжеучёный выдаёт себя за учёного. «РЕН ТВ» среди всех телеканалов – лидеры шарлатанства. И большие деньги на оболванивание зрителей идут. Но это же дикость! Ни в одной развитой стране нет столько грязи по телевидению. Ни один серьёзный крупный канал так сильно не отравлен лженаукой. Но у нас почему-то это расцвело. Совершенно аномальное явление. Люди и так сбиты с толку финансовыми трудностями, неопределённостью политических процессов, а здесь ещё и картину мира уродуют.
После окончания вуза, как правило, у молодёжи из головы выветриваются все научные знания. Они же смотрят не научные передачи, а лженаучные. Поэтому нужно серьёзное политическое вмешательство в эти дела. Но с такими людьми легче договариваться, ими легче манипулировать, ими легче управлять. Так было во все времена. Это не значит, что наша власть такая, а все другие – нет. Всякая власть пытается удержать себя за счёт самых дешёвых и проверенных средств.
Но, с другой-то стороны, это вредит безопасности: когда лженаука начинает распространяться, она захватывает все области власти, особенно связанные с управлением. Появляются менеджеры, не уважающие и не понимающие науку. Этот менеджер будет выбивать из государства средства, чтобы запустить в космос гравицапу. Не шучу – такие проекты рассматривались на полном серьёзе. Управленец будет доказывать, что важнее освятить ракету, чем усилить контроль за её сборкой.
Учёный – скучный человек
Скатываться вниз легко, подниматься вверх очень тяжело и долго. Нужны годы и годы. Это связано с изменением психологии, сознания, мировоззрения. Поговоришь с англичанином – он уважает науку. Поговоришь с американцем – он гордится американскими технологиями. У нас в советские времена были и гордость, и уважение.
Но почему в один день всё рухнуло? Наверное, потому, что наука была впечатана в сознание. Всё шло под давлением государства, всё было связано с политикой. Как только политика изменилась – все ценности, которые нам наляпали, как плохую штукатурку, отвалились. И хорошее отвалилось, и плохое – всё.
Всеми благами мы обязаны науке. Она за 450 лет сделала то, что не смогла сделать ни одна гуманитарная технология. Ни религия, ни мифология, ни политика, ни войны не ускорили так прогресс, как наука. За каких-то полтысячи лет мир абсолютно изменился. 10 тысяч лет мы ползли как черепахи, а за 500 лет развили такую бешеную скорость, что мир меняется на глазах.
И что мы переживаем? Обывателю скучно знакомиться с нашей работой. В этом одна из главных проблем научного просвещения. Учёный – скучный человек, он будет говорить о своих тонких материях, употребляя массу сложных терминов. Непосвящённому это кажется абракадаброй. А лжеучёный всё популярно объяснит.
Нас обманывают и обманывают. Все знают поговорку, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке, и всё равно покупаемся. От нашего советского прошлого нам осталась вера в сказанное кем-то слово, вера в напечатанное слово, вера в то, что раз соседка сказала – значит, это истина. Психологический парадокс состоит в том, что соседка – хороший человек, поэтому что бы она ни сказала – истина.
У нас центр тяжести – на субъекте высказывания, а не на содержании. Если человек хороший – он может говорить только истину. Поэтому чисто обывательская, ненаучная установка играет колоссальную роль. Все современные продвинутые технологии, связанные с рекламой, основаны на принципе сарафанного радио. Чужому дяде я не поверю, а бабушке Маше – всегда.
Подготовил Сергей ЧЕРНЫХ
© "В мире науки", 2010
Дочитали до конца? Было интересно? Поддержите канал, подпишитесь и поставьте лайк!