Продавец на кассе начинает пробивать мои покупки. Всё ещё под впечатлением от услышанного я невольно спрашиваю:
- Простите, а где офис местного доктора?
- Лиама Керра? – с улыбкой, будто бы всё понимающей, интересуется женщина. – У него кабинет на Кингсдейл-корт, а раз в неделю он принимает в больнице Ившем Коммьюнити.
- Спасибо.
Я спешу уйти из магазина, подальше от ироничного взгляда продавца. Наворачиваю круг по Бродвею и вижу указатель Кингсдейл-корт, машина замедляет ход, а палец застывает на рычаге поворотника.
- Нет, нет и нет, - решаю я и прибавляю скорость. – Ещё чего! Я не шпионить сюда приехала. Тем более, вечером мы встретимся.
Нельзя сказать, что за прошедшие годы я не вспоминала Лиама с отчаянием. Вспоминала, конечно. Иногда накатывало желание связаться с ним, но… что бы я ему сказала? Сейчас как никогда я готова ругать себя без перерыва за эту нерешительность. Тогда возможно было бы всё вернуть… а сейчас? Оно ему надо? А мне?
Мы взрослые люди. Мы слишком изменились. Наверное…
Так странно, ещё вчера я была полна надежд и впечатлений. Фантазий, даже можно сказать. О прошлом, которого никогда не было, и, наверное, о будущем, которого никогда не будет.
Одно осталось неизменным – моя реакция на него. Когда-то я считала это проявлением благодарности, но нет… Прожив жизнь, повзрослев, набравшись опыта, могу сказать: это было из-за чего угодно, но не из чувства благодарности.
***
- Как вдохновение? Вернулось? – Голос Риз в трубке кажется мне элементом какой-то чужой жизни.
- Да, я пишу… пишу… и иногда не могу остановиться.
- Здорово, - хмыкает Риз, - так и знала, что Вустершир на тебя благотворно подействует.
- Да, как в сказку попала.
- Может, ты не только последнюю книгу закончишь, но ещё и новую начнёшь?
- Кто знает, всё возможно, - не отрицаю я.
- Как местные? Не обижают? – с усмешкой спрашивает она.
- Нет, все тут крайне дружелюбны. – Говорю «все», но думаю, конечно, только про Лиама. Затем к столу и помешиваю ложкой тесто. Рука соскальзывает, и металлическая ложка громко стучит о край посуды.
– Ты там, что, готовишь? – прерывает меня догадливая Риз.
– Ага. Пеку.
– Печёшь? У тебя, что, гости?
– В точку.
– Расскажешь? Кто он?
Не удержавшись, я нервно хихикаю.
– А что сразу он-то?
– Ну, – выдыхает в трубку мой агент. – А я, что, ошибаюсь? – бьёт вопросом на вопрос.
– Не он… они, – поправляю я.
– Они? Ты меня удивляешь!
– Пока без подробностей, – отрезаю я, решая ничего не говорить.
Риз, посмеиваясь, желает мне повеселиться, а я включаю духовку и обрываю звонок.
***
- Сюда? – Я примериваю рисунок на дверцу холодильника.
- Ага, - четырёхлетний мальчишка отхлёбывает чай и тянется за кексом. – Мне ведь можно ещё кусочек?
- Конечно. - Подхожу к столу. – Это волшебный кекс, прямо из сказки, по рецепту Джима.
- Правда? – любознательные зелёные глаза с удивлением смотрят на меня. – Тот самый?
- Тот самый, - подтверждаю с улыбкой.
Тони начинает жевать с особым рвением.
- Обалдеть, - говорит с набитым ртом. – Значит, я стану таким же храбрым, как и Джим?
- Ну, дело тут не только в кексах, но он придаст тебе сил, это точно.
Не удержавшись, я ерошу ему волосы и ловлю взгляд Лиама. Тот поспешно переводит его на рисунок. Детские художества – это способ общения, на бумаге оказывается всё, что ребёнок чувствует и видит. Этакая речь. И Тони рассказал мне, что я ему понравилась. Он изобразил меня в саду у дома, а рядом – малыша Джима с палкой, которая, по-видимому, на самом деле являлась мечом. Вдали поместились ещё две фигуры – одна побольше, другая поменьше – это они с Лиамом. Вот так он нас всех объединил.
- Давно не бывал в Солнечном Уголке, - заговаривает Лиам, обводя взглядом кухню. Милые цветастые занавесочки на окнах и вместо дверец шкафчиков создают атмосферу сельского уюта. – Как тебе здесь?
- Нравится, даже очень, - признаюсь я, ладонями обнимая большую белую чашку. – Здесь так спокойно. Кажется, вдохновение возвращается.
- Как ты вообще начала писать? Я помню твою любовь к сочинительству. Но одно дело рассказывать на ходу, следуя за воображением, а другое – переносить фантазию на бумагу.
- Ох. - Я опускаю взгляд, не понимая, говорить ли начистоту или рассказать общую версию, которой я обычно придерживаюсь. – Сначала это был просто способ пережить горе, - решаюсь я, - так психолог посоветовал. Постепенно меня увлекло. Я поняла, что действительно хочу этим заниматься и мне это действительно нравится. Дети полюбили придуманные мной истории.
- Прости, - шепчет Лиам с досадой и некоторой неловкостью. – Мог бы и сам догадаться.
- Нет-нет, всё хорошо, - поспешно перебиваю я. – Я как садист со стажем. Знаешь, какая у меня любимая часть «работы»? – Он разводит руками, а я улыбаюсь уголком рта. – Общение с детьми. Мне нравится встречаться с моими маленькими слушателями, читать им вслух. Я опустошена, но и одновременно с тем на небывалом подъёме после этого.
Мы смотрим друг на друга в упор. Я знаю, что он знает и понимает, в его глазах отражается та самая давняя боль за меня, и я, не выдерживая, отвожу взгляд.
Дорогие читатели! Поддержите, пожалуйста, историю лайком, комментариями и НЕ ЗАБУДЬТЕ ПОДПИСАТЬСЯ НА КАНАЛ, чтобы не пропустить самое интересное!
Прошлое
– Привет, а можно мне чашечку кофе? – спросил Лиам.
– Конечно, тебе здесь или с собой?
Лиам с тяжким вздохом посмотрел на наручные часы.
– С собой, – печально заявил он.
– Совсем времени нет?
– Совсем, – подтвердил доктор.
Кэти мягко улыбнулась и направилась готовить для своего дока бодрящий напиток.
– А я для тебя разрисовала стаканчик, – бросила она через плечо.
– Правда? А что там на этот раз?
Разрисовывание стаканчиков уже стало доброй традицией.
– Мечта, – протянула Кэтрин.
Вот уже пару недель она работала в кофейне, куда попала благодаря Лиаму. Он то и дело заглядывал к ней днём в перерывах, иногда они обедали вместе, порой Кэтти приглашала его на ужин.
Это в знак благодарности, – уверяла она саму себя, хотя в глубине души знала, что хоть её благодарность и была безмерной, не одна она являлась причиной её желания видеть этого мужчину почаще.
– Как ты себя чувствуешь? – Лиам не мог не задать этот вопрос.
Кэтти улыбнулась своему отражению в металлическом корпусе кофе-машины.
– С каждым днём всё лучше. Поверь, мне перестало казаться, что я рассыплюсь на части. Я вовсе не такая хрупкая.
На самом деле, в её словах был призыв: мол, обними меня, и я не распадусь на молекулы. Иногда Кэтти казалось, что Лиам хотел… очень хотел это сделать. Обнять не как друг, а как кто-то больший. Порой она ловила на себе его взгляды, которые нельзя было отнести к категории профессиональных. Но почему-то он сдерживался.
Может, это было из-за того, что он отчасти знал, что она перенесла. Хотя Кэтрин не рассказывала ему всей правды.
А может, – подначивал противный голосок внутри, – ему не нужна испорченная другим мужчиной женщина, с которой и семью-то не заведёшь.
Кэтти гнала эти мысли, как могла, но они то и дело возвращались. Особенно ночью, когда она просыпалась посреди очередного кошмара и тянулась к телефону позвонить Лиаму. Даже брала телефон в руки, но так и не решалась набрать номер.
– Шедевр, – оценил Лиам, разглядывая колокольчиковое поле, которое она изобразила на простом белом бумажном стакане. – Вот бы сейчас туда.
– Ты читаешь мои мысли.
Кэтти всё-таки немного скучала по сельской местности, и тут было лишь два исхода: либо она примет город, либо город примет её, а дальше они будут разбираться совместно.
Лиам с благодарность принял из рук Кэтти стакан с кофе.
– Провожу тебя до двери, – улыбнулась Кэтрин. – Всё равно сейчас посетителей нет.
В кофейне и правда было пусто. Основная масса народу прибегала вечером после работы и перед ней. Вообще Кэтти отдыхала душой на этой работе. Она творила, отвлекалась от грустных мыслей, общалась с посетителями и потихоньку оттаивала.
– Пожелание, мистер Керр? – кивнула она на бокс с короткими записочками, которые тоже сочиняла сама.
Он стоял на узкой стойке у выхода, и посетители любили получать небольшие пожелания-предсказания перед уходом.
– Обязательно.
Лиам взял сложенную несколько раз бумажку с самого верха, кивнул Кэтти и собирался, было, уже выйти за дверь, когда Кэтрин его остановила.
– Не хочешь сразу прочитать? – спросила она, смотря на дока большими блестящими от эмоций глазами.
– Почему бы и нет, - согласно кивнул Лиам и развернул бумажку.
– Прочитаешь вслух?
– Да, тут написано… Поцелуй – это то, что вы не можете подарить, не приняв, и принять, не подарив.
Лиам бросил на Кэтрин быстрый взгляд, потом посмотрел на её губы, потом снова в глаза и обратно. Искушение было слишком велико. Его тянуло к ней магнитом, но он боялся напугать Кэтти своими действиями.
– Время, - произнёс её манящий рот.
– Что? – на автомате переспросил Лиам.
– Время получать и принимать подарки.
После этих слов ему ничего не оставалось, как отставить кофе в сторону и потянуться к Кэтрин, чтобы обнять её. Отвести прядку тёмно-русых волос её за ухо и скользнуть пальцами по горящей щеке. Кажется, Кэтти сама была в шоке от своей дерзости.
Его маленькая храбрая Кэтти.
Очень медленно он наклонился и прижался губами к её губам. Сладким и мягким. Податливым и приветливым. Открывшимся навстречу его ищущему языку. Одна рука Кэтти легла ему на грудь, вторая обвила шею, словно Кэтрин боялась, что он передумает и отстраниться. Но Лиам лишь крепче сжал её в объятьях и углубил поцелуй.
Как хорошо, что в некоторых делах Лиам вполне предсказуем, – между делом подумала Кэтрин. – Например, в таких как привычка всегда брать верхнюю записку из коробки.
********************************************************************************
<<< Начало
Продолжение >>>
Дорогие читатели! История будет полностью опубликована на моем канале.