Оплатив повозку, мы с Бохаем, как звали моего переводчика, болтая на ходу, покатили к местному небольшому рынку. Тот честно выполнял все взятые на себя обязательства, показывал город, рассказывал об англичанах и так же учил китайскому языку, постепенно моя память заполнялась и уже достигла порядка ста слов. К вечеру я практически уверенно понимал всё, о чём говорят местные, что не могло не радовать, даже отвечать начал. К обеду на пару часов я расстался с Борхом, тот отправился к себе обедать, а я на повозке с покупками, покинул туземный городок и покатил от города вглубь континента. Найти подходящее место для лагеря удалось достаточно быстро, правда, удалился далековато, почти на семь километров, но заросший кустарником овраг мне подходил просто отлично. Найдя пологий и подходящий спуск, взяв крепкого на вид коня за узду, я спустился с ним вниз и долго шёл по дну оврага, пока мы не ушли подальше от дороги из города. Тут были крутые склоны, конь наверх не поднимется, так что распряг его, стреножил ноги и оставил пастись, повозка стояла на тормозе. Проверил поклажу, осмотрелся и довольно кивнул. Неподалёку была большая лужа, вроде чистая, для коня пойдёт, чтобы напиться. Травы тоже хватало, молодая, весенняя, так что питаться есть чем, пусть тут будет. Бегом я вернулся на дорогу, после чего и в город, где продолжил наши уроки с Бохаем. Всё же я решил нанять его на все пять дней, не стоит отказываться от такого хорошего учителя, а как я успел убедиться, тот имел способности к обучению. Не у всех есть такой дар, вот я, например его лишён. Это я о систематическом обучении, редкие лекции это ещё нормально, держусь.
С грузом в повозке там всё стандартно, всё для похода. Даже нашёл небольшой шатёр, и купил, он тюком лежит у заднего борта. Посуда, одеяла, ну и продовольствия для путешествия. В общем, к отходу подготовился. Помимо запасов мной были куплены два отлично сделанных бамбуковых бакена, японские деревянные мечи, случайно на торгу их усмотрел. Оставил в повозке, тренировок забрасывать я не хотел. Раз решил стать обееруким, то чего бросать на полпути, тренироваться нужно и тренироваться.
Бохай откровенно изумлялся, как я за следующие семь дней подтянул свои знания языка и явно думал, что я над ним шутил, притворяясь, что не знаю языка. В совершенстве я им не овладел, однако хоть и с сильным акцентом общаться стал вполне уверенно. А в последние четыре дня стал ещё брать уроки китайской письменности у местного учителя этого предмета. Вот уж где было тяжело. Но ничего, так же уверенно учился и познавал эти иероглифы. Это же надо было додуматься. Один иероглиф, одно слово. Местный учитель был довольно хорошо образован и знал два вида китайского языка, старый и буквально недавно разработанный новый. Учил меня он старому, но вводил в курс и по новому, чтобы я знал о нём хоть что-то.
За эти семь дней моя жизнь даже вошла в привычную колею, однако о причинах появления здесь не забывал и готовился. Так вот, рано утром, спозаранку, я легко завтракал и совершал пробежку до лагеря, проверял коня, обихаживал его, проводил часовую тренировку на деревянных мечах, после чего так же бегом возвращался. Там мы с Бохаем продолжали уроки языка, гуляли и изучали порт. После обеда, уроки письменности до четырёх часов, и снова Бохай со своим обучением. Вечером я снова бежал в лагерь, проверял как там, тренировка с мечами, полчаса, не больше, и уже затемно возвращался в город, ночевать я предпочитал в снятой комнате. Лишь последние две ночи провёл в лагере, тем более все вещи уже были перенесены и укрыты в очерёдностях, чтобы не нашли если кто случайно наткнётся на лагерь.
И вот на седьмой день, отправившись утром в город, я продолжил интенсивное обучение языка, и к обеду сообщил Бохаю, что всё, мол, отправляюсь в путешествие, всегда мечтал посмотреть на Китай. Тот получал оплату по факту, то есть каждый день, вот и сейчас получив деньги за полдня, отправился по своим делам, перед уходом пожелав мне хорошего и удачного путешествия. Я же направился к учителю письменности, отказываться от уроков на сегодня я не планировал. Тем более акция мести англичан у меня назначена на вечер и на остаток ночи. Всё уже было продумано и даже подготовлено, я это всё сделал, пока мы с Бохаем изучали туземный город и порт. Я закупил всё необходимое на рынке, а там даже динамит свободно продавался, отнёс всё на берег, подготовив, схроны и осталось только действовать. Вот и будем, но это вечером, сейчас у меня урок.
Быстро выглянув из-за башни главного калибра, «Глори», английского броненосца типа «Конопус», я присел и задумался. Шестёрка морских пехотинцев что смеялась и курила у правого борта, не давала мне возможность пройти к люку, что вёл к носовым погребам, там находился боезапас для носовых казематных орудий. Как я понял из их разговора, перемешивающегося со смехом, одному из них сегодня было день рождения, тридцать лет детине исполнилось, и ни его незаметно праздновали. Сейчас же вышли на подветренную сторону проветриться и покрутить. А в кубрике их ждали остатки выпивки и закуски. Как я понял, такие вечеринки были строго запрещены на английском флоте. Однако некоторые капитаны делали послабления своим экипажам, всё ж такое удаление от метрополии. Мол, пусть ребята спустят пар. Среди морпехов затесалось несколько матросов, видимо участвующих в вечеринке, однако всё равно их было много. Начну стрелять, привлеку внимание. Да, этот броненосец под адмиральским флагом у меня был последним, два других броненосца, один броненосный крейсер и судно, стоявшее под загрузкой боеприпасов, их отправляли в Японию, я уже заминировал, а время тикало, химические взрыватели, да ещё самодельные, были не самыми надёжными. При этом я почему-то был в них уверен. Поэтому до первого взрыва, не думаю, что они рванут одновременно, всё же разброс будет, оставалось чуть больше получаса, плюс-минус.
Сейчас я был совершенно голый. Лишь сумка непромокаемая на поясе, там пистолет и два взрывателя, а за спиной мокрый, вернее промокший рюкзак с динамитом, динамит внутри в небольшом непромокаемом мешке. С меня вода уже стекла и при луне, которая предательски выглядывала из-за туч, оно блестело от толстого слоя сала. Хотя после стольких купаний и ползанья по якорным цепям, от этого сала мало что осталось, но я возобновлял защиту. Банка с салом у меня была в том же рюкзаке. Следы я подтирал, воспользовавшись опытом перового подобного минирования крейсера типа «Крейси» в германском порту. Тогда правда не я на дело ходил, но опыт он и есть опыт. На голове у меня чёрным полотнищем был, намотал тюрбан, им я следы на палубе и подтирал. Это очень важный этап, поверьте. Английские матросы благодаря своим офицерам и уорент-офицерам известные чистоплюю в отношении корабля, на котором несли службу, так что если заметят где пятнышко, тут же нагнут всю вахтенную смену и будут их песочить в такой позе, а это срыв операции.
Меня уже била крупная дрожь, я замерзал, а гулёны всё не уходили, и вахтенный офицер, что маялся дальше на палубе, эту компанию не разгонял, сволочь. Я так вообще замёрзну, водичка в бухте отнюдь не летняя, а тут ветерок на палубе. Достав из набрюшной сумки бутылку с ромом, я ею подогревался, весь хмель моментально слетал, когда я возвещался в воду, и сделал пару глотков. Наконец я не выдержал и из-за башни крикнул:
- Парни быстрее вниз, там на нашу выпивку нацелились.
Такая шутка сработала, те бросились вниз, а я скользнул к нужному люку и, спрыгнув на плохо освещённую аварийным питанием палубу, столкнулся тут с двумя матросами. Судя по инструменту, разбросанному вокруг и кабелям, ремонтниками-электриками. Вот с ними я почти сразу сцепился, одного получилось выбить сразу. А вот второй отскочил, с чем-то вроде киянки в руках, или небольшого ломика, кажется, он ею отгибал держатели кабелей на стенках. За пистолетом было лезть долго, я подобрал какую-то мелочь под ногами и бросил её в лицо матросу, тот закрылся руками, что позволило мне с ним сблизиться и тремя ударами вырубить. Два не помогали, череп буквально дубовый. Что было хорошо, от неожиданности матросы сами бросились в драку, не привлекая криками внимания. Причём тот матрос, что имел крепкий череп, ещё что-то вякнул, вроде «сипай», видимо принял меня за индийца из-за тюрбана. Гы.
Дальше я рванул к погребам, без удивления обнаружив, что они охраняются. На одном из броненосцев охрана тоже была. Сняв её, пистолет с глушителем помог, и скользнул внутрь. На установку мины мне понадобилось две минуты. Уже всё было готово, причём замедлитель я поставил на десять минут. Чтобы корабль рванул в тот же временной период, что и остальные. Я с часами сверялся, они у меня были тут же, в набрюшной сумке. После этого я кинулся наверх, благополучно и незаметно добрался до якорной цепи, и быстро перебирая руками и ногами, скользнул в воду, нырнув в неё с головой. Плыл я от корабля большей части под водой, а когда удалился на максимальной скорости рванул к берегу, обходя стороной стоявший на якоре бронепалубный крейсер. Ранее его не было, три дня назад пришёл. Кстати, с ним надо тоже что-то делать, я вообще собирался потопить все боевые корабли в бухте. В общем, посмотрим, надеюсь забитое боезапасом судно у грузовой флотской стенки, всё доделает за меня, крейсер стоял недалеко от него. Его взрывом пустить на дно ещё можно, но более тяжёлые суда я сомневался, вот и перестраховался, решив заминировать их. Английские корабли плохо держались на воде при взрывах боезапасов, так что сомневаться в их дальнейшей судьбе не приходилось. Правда на местах их стоянок не такая и большая глубина, поднять можно, вот ремонтировать вряд ли, проще новые построить, но это всё время, оно позволит нашим расправить плечи.
Добравшись до берега, я выбрался на него и, подняв подготовленное полотенце, быстро вытерся, снимая жир. Первое быстро пришло в негодность и я воспользовался вторым, вот оно помогло мне вытереться насухо, так что, отбросив его к следующему, оделся в тёплую шерстяную одежду, и меховую шапку, ночь прохладно и мне после купания холодно, после чего укрылся за валуном у которого и была сложена моя одежда. Остался один заряд и одно средство инициации. В моих глюках было немного по-другому, да и я использовал бикфордов шнур. А так вообще история по сравнению с глюками оставалась прежней. Англичане крейсерами сопровождали свои конвои в Японию и нагло демонстрировали пренебрежение обязанностями союзника к Российской империи и наплевательское к законам. Пора их за это проучить. В глюках я подорвал два броненосца, третий остался цел, что-то там не сработало, может, кто заметил, как дымит шнур и смог нейтрализовать бомбу. Так же был подовран один из броненосных крейсеров. По иронии судьбы, тот же самый что стоял в бухте сейчас, в реале. Потом меня свалила простуда, и я после горячки очнулся в госпитале Владивостока. Парни мои меня туда доставили. Тогда мне помогали, это так, тут же я действовал один, так как брать акцию в Вэйхайе в ближайшее время не планировал, в будущем посмотрим, но не сейчас. Сам я находился не так и далеко от складов флотского имущества. Чуть дальше начинались пирсы, а до самих складов было рукой подать. Чтобы сюда пробраться, тут раздеться и приготовиться к минированию боевых английских кораблей, пришлось подумать, но мне удалось и то и другое. Всё сделано и я, мысленно отсчитывая время, ожидал, когда сработает первый взрыватель. Немного беспокоили часовые на двух броненосцах, как бы их не обнаружили. Электриков я вырубил надёжно, это там, однако если будут искать мины, могут обнаружить. В принципе я их хорошо спрятал, сразу не найдут, а это всё время.
Когда срок истёк, я досчитал ещё раз до десяти и расстроенно крякнул. Как же так? Эти химические взрыватели вполне успешно срабатывали при испытаниях, а тут что? Неужели сбой? В это время меня оглушил первый грохот разрыва, очень громкий и яркий, вспышка осветила всё вокруг, а догнавшая её звуковая волна оглушила. Быстро выглянув из-за валуна, не сверху, сбоку, я радостно рассмотрел, что один из двух типов «Конопусов» фактически лишился носа, и сейчас быстро тонул. Кстати, башня броненосца, похоже, улетела куда-то в город, рухнув на крайние дома. Не туземный, их который, английский. Причём отметил, что на втором броненосце, тот который я минировал последним, было включено освещение, прожекторами осматривали воду вкруг и носились люди. Видимо ещё до первого взрыва там обнаружили часового и электриков. Тут фактически разом, рванули ещё два корабля. Сначала броненосный крейсер, а потом броненосец где я снял часового. А спустя три секунды подорвался на мине броненосец «Центурион». Все мины на боевых кораблях сработали, что не могло не радовать. Осталась последняя.
Спасибо за ваши лайки и подписку. Очень благодарен.