Украинский "Энергоатом" — оператор всех атомных электростанций на подконтрольной Киеву территории — подписал соглашение с американской компанией Holtec о строительстве 20 атомных АЭС с малыми модульными реакторами (ММР) SMR-160
Соглашение глава «Энергоатома» Пётр Котин подписывал с исполнительным директором Holtec Крисом Сингхом по видеосвязи в присутствии главы Минэнерго Украины Германа Галущенко и вице-президента Holtec по вопросам деятельности на Украине Риазом Аваном. Строительство первого реактора должно быть окончено к 2029 году, тогда же он должен быть запущен и подключён к энергетической системе Украины. Это, к слову, уже второе соглашение о строительстве малых модульных реакторов (ММР) на Украине: первое Котин подписал 20 марта с британской Rolls-Royce.
Стоимость 20 реакторов не раскрывают, но в 2019 году Holtec оценивала строительство одного реактора энергетической мощностью 160 МВт в один миллиард долларов. Соответственно? 20 реакторов — 20 млрд долларов. Белорусская АЭС из двух блоков ВВЭР-1200 энергетической мощностью 2400 МВт обошлась РБ в 7 млрд долларов (оценка Александра Лукашенко за 2019 год) без сопутствующей инфраструктуры, а с ней — 9–10 млрд долларов.
Таким образом, 1 МВт энергетической мощности реактора от Holtec обойдётся в 6,25 млн долларов, а 1 МВт энергетической мощности БелаАЭС — 4,16 млн долларов, если взять в качестве её стоимости 10 млрд долларов, или 2,91 млн долларов если стоимость станции составляет 7 млрд долларов. Короче говоря, построить БелАЭС в 1,5 и 2,1 раза (при стоимости в 10 и 7 млрд долларов соответственно) выгоднее, чем 20 реакторов SMR-160. И это без учёта того, что и самим реакторам потребуется инфраструктура.
Хорошо, предположим, что вместо SMR-160 Киев попытается построить пару мощных тепловых электростанций, работающих на природном газе. Для примера возьмём две крымских ТЭС, которые построила Россия. Их энергетическая мощность — 940 МВт, а стоимость — 74 млрд рублей, то есть (грубо говоря) всё тот же миллиард долларов. В таком случае сравнение становится совсем не в пользу реакторов SMR-160 так как стоимость 1 МВт мощности в крымском случае равняется 1 млн долларов. Против 6,25 млн долларов у Holtec.
В общем, экономики в проекте нет никакой. Но и это не самая большая маленькая проблема этого проекта.
Во-первых, реакторов SMR-160 не существует пока даже на бумаге, не говоря уже о металле: Holtec планирует до конца года завершить проект и подать его на сертификацию. Поэтому информации об их экономической эффективности и безопасности нет. Всё, что говорят об этих реакторах связанные с ними лица, является не чем иным как пиаром.
Во-вторых, даже если предположить, что проект реактора и правда находится в высокой степени готовности и в самом проекте всё без сучка и задоринки, то реакторы нужно будет ещё построить. Строить их в США для последующей транспортировки на Украину по суше (доставка морем заблокирована) странно, так как в таком случае теряется экономический смысл модульности (легче возить мощные реакторы, что, например, делает «Росатом»), а на территории Украины нет ни пригодных для этого площадок, ни американских специалистов с технологиями (например, необходимыми марками стали).
Резюмируем: реакторов нет ни в металле, ни на бумаге, строить их дорого и до 2029 года о них точно забудут. Тогда какой смысл от этого соглашения?
Дело в том, что стороны совместили приятное и с полезным. Holtec отчитается перед Минэнерго США о сформированном портфеле заказов на свои реакторы и — если у неё всё схвачено в Минэнерго — получит господдержку. Украинские чиновники, в свою очередь, пропиарились строго в рамках заданного Зеленским в декабре прошлого года курса на построение децентрализованной энергосистемы. Только Зеленский видит её основой солнце и ветер, а Котин, как и положено главе «Энергоатома», малые модульные реакторы.
Именно поэтому во время подписания соглашения Котин успел заявить, что строительство малых модульных реакторов (ММР) не только «укрепит энергетическую безопасность государства, но и позволит заместить разрушенные теплоэнергетические мощности, уничтоженные вследствие российской агрессии, а также достичь целей декарбонизации». В общем, три в одном: забота о государстве, преодоление последствий «агрессии» и декарбонизация. Первые два тезиса произнесены для внутреннего потребителя, а от последнего должны быть в восторге в Европе и США.
При этом сам Котин крайне преуспел в пиаре за прошлый год, о чём свидетельствует его медийная активность. Если ныне уволенная омбудсмен Денисова разглагольствовала о массовых изнасилованиях украинок, что потом даже повторяли в ООН, придумывая басни о таблетках «виагры» в российских сухпайках, то Котин по накалу идиотии не слишком отстал от экс-омбудсмена.
Вот выдержки из материалов пресс-службы «Энергоатома» за последние полгода только в части Запорожской АЭС.
· 14 апреля. «"Энергоатом " требует от России компенсации убытков за оккупацию ЗАЭС».
· 7 апреля. «Россияне на ЗАЭС похитили ещё четырёх работников, их считали лояльными к оккупантам».
· 6 марта. «На временно оккупированной Запорожской АЭС оккупанты просчитывают вероятные сценарии отхода и обозначают оборудование, которое можно украсть со станции».
· 20 февраля. «Оккупанты разместили 600 военнослужащих на ЗАЭС и пулемёты на крыше энергоблока».
· 6 февраля. «Оккупанты завезли на ЗАЭС персонал с Калиниской атомной станции. После отказа учить российский персонал, доступ к украинским сотрудникам-инструкторам на ЗАЭС закрыли и "повышать квалификацию российским гастарбайтерам теперь невозможно"».
· 20 января. «Россияне не могут запустить ни одного блока ЗАЭС по причине дефицита своих кадров и отказа части украинского персонала от сотрудничества».
· 17 января. «В Энергоатоме заявили о деградации ЗАЭС в оккупации: последствия могут быть необратимыми».
· 13 января. «Оккупанты сменили юридический адрес ЗАЭС. Энергоатом: это им не поможет».
· 9 декабря. «Россияне жестоко бьют сотрудников ЗАЭС, принуждая их к сотрудничеству».
· 1 декабря. «Президент Энергоатома Котин подписал указ об увольнении заместителя главного инженера ЗАЭС Юрия Черничука в связи с наличием подтверждённой информации о предательстве и коллаборационизме».
· 27 ноября. «Появились признаки, что русские оккупанты могут готовиться к уничтожению ЗАЭС».
А между делом — под разговоры о налаживании на Украине производства ядерного топлива и подписанием пиар-меморандумов — Котин подписывает договор с канадской Cameco о вывозе в Канаду всего украинского урана для последующего обогащения и замещения ядерного топлива из России не только в украинских, но чешских реакторах советского дизайна.
И не стоит смеяться над Котиным: он не только прекрасно понимает, что делает, но и зарабатывает на этом деньги. Долларовым миллионером Котин успел стать ещё в 2017 году, когда Генпрокуратрура Украины поймала его на присвоении денег через поставные тендеры посредством контрактов с фирмой своего сына.
К сожалению, одновременно Котин превращает крайне серьёзную тему атомной энергетики в балаган и байки для умственно отсталых ведь только такой человек может поверить в «повышение квалификации русскими атомщиками-гастарбайтерами на ЗАЭС» и десятки модульных реакторов в стране с уничтоженной экономикой.