Феминизм — явление, не лишенное логики и здравого смысла. Но есть тонкая грань, за которой дорогое вино превращается в уксус. И в современном Западном мире уже так и произошло, когда женщинам надоело быть особенным, прекрасным полом, расхотелось краситься и следить за собой. А порой — расхотелось быть с мужчинами и захотелось самим ими стать.
Что же касается именно равноправия, то один из его атрибутов в гражданском обществе — это возможность избирать и быть избранными. И сегодня в этом смысле у француженок важный день. Ровно 79 лет назад они получили такое право.
Примечательно, что вроде как в продвинутом обществе активисткам не удавалось добиться своего полтора столетия. Движение началось во времена Великой французской буржуазной революции 1789 года. Представительницы слабого пола сыграли в ней важную роль. И в 1791 году Олимпия де Гуж представила Национальному собранию Декларацию прав женщины и гражданки, суть которой была в полном равноправии. Этот выпад привел к полному запрету деятельности женских организаций.
В середине XIX века все возобновилось. Однако уже к концу позапрошлого столетия можно было заподозрить кое-что неладное. В 1882 году появилась Французская лига прав женщин, в деятельности которой уже было заметно: борьба за равенство начала превращаться в противопоставление полов.
Так или иначе избирательное право гражданки страны получили только в 1944 году. И то — ощущение, что не из-за активной общественной деятельности, а из-за того, что мужчины были на фронтах Второй мировой войны, а властям как-то нужно было поддерживать свою легитимность. После подобного решения они могли не сомневаться в победе на муниципальных и парламентских выборах, состоявшихся спустя год. Примечательно, что все это не касалось Алжира, который в Париже на тот момент фактически считали частью своей территории. Местные мусульманки получили право голоса только 3 июля 1958 года.
В современном обществе прочно укоренилось мнение, будто Франция — одна из передовых в плане общественного развития стран. Вместе с тем, например, в нашей стране в отдельных регионах женщины получили избирательное право в 1906 году, а повсеместно — уже в 1917-м. В большинстве государств Европы это происходило примерно в те же времена. Однако будущая Четвертая, а после — Пятая, республика была в числе аутсайдеров. Во всяком случае, среди ныне передовых стран Евросоюза.
Впрочем, не из-за этого французам, да и вообще европейцам, краснеть стоит, а из-за того, что в борьбе за равные права они не смогли вовремя остановиться. Вот и напоролись на то, чего не ждали. Физически большинство женщин слабее, чем мужчины. Да и главным добытчиком всегда считался именно Он, а не Она. Поэтому в нормальном обществе принято, например, уступить место в трамвае, помочь поднять тяжелую сумку по лестнице. Но, когда один раз отвергли, сославшись на самостоятельность, затем второй, когда оскорбились попыткой оплатить счет в ресторане, пропадает всякое желание делать это вновь. Чем меньше вокруг леди, тем быстрее мельчают и джентльмены. И находят первые понимание у таких же сильных подруг, а вторые — у слишком уж близких друзей.
А с развитием науки дело пошло еще дальше. Видимо, желая отомстить самому Уильяму Шекспиру, в постановках которого женщин играли исключительно мужчины, некоторые представительницы некогда прекрасного пола пользуются всеми возможностями современной медицины и индустрии красоты. Да и ослабевший пол от них не отстает — помните Кончиту Вурст? Повезло, если уже забыли.
И каждый раз, когда кажется, что общество на дне, оно находит все новые и новые горизонты. Причем это справедливо в отношении потомков и Адама, и Евы. Музыка, конкурсы красоты, квоты на представителей ЛГБТ в кино — это еще полбеды. Но когда видишь ту же тенденцию в спорте, не понимаешь, смеяться или плакать.
Наверное, лучше первое. Особенно когда слышишь, как объявивший себя женщиной пауэрлифтер проиграл в женском чемпионате, уступив такому же умнику.
А ведь все начиналось с выборов…