Государство и революция — материалистическая диалектика уничтожения капитализма пролетариатом. Заодно (в сравнении с научной теорией, вырабо

Название статьи - Государство и революция — материалистическая диалектика уничтожения капитализма пролетариатом. Заодно (в сравнении с научной теорией, выработанной из практики (истории) человечества) — об ошибках товарища Сталина и об ошибках тех, кто пишет об ошибках Сталина.

Библиотека ИМЭЛС, 23 декабря 2020 года

По сути — эта статья получилась ещё и как наглядная помощь детишкам сообщества Tankie's R&R, написавшим статью «К вопросу об ошибках Сталина, или «Государство при коммунизме»: https://vk.com/@tankies-k-voprosu-ob-oshibkah-stalina-ili-gosudarstvo-pri-kommunizme

В ответ на высказывание Николая Светлова:

«Что касается Хрущева, то у него было другое представление о коммунизме, чем у Сталина – он его понимал довольно упрощенно, когда «много мяса и штанов», грубо говоря. Иными словами, коммунизм он понимал как развитие в первую очередь производительных сил».

Оригинал комментария: https://vk.com/wall-43277292_294996?reply=295074

Николай Светлов, пожалуйста, не выставляйте идиотами тех из представителей Homo sapiens, кто оказался достаточно грамотнее, чтобы совершить буржуазный переворот в марте 1953-го, успешно реставрировать капитализм, да ещё и, прикидываясь коммунистами, опошлить коммунистическую научную теорию – в глазах рабочих, прежде всего. И, кстати, не было бы Хрущёва, контрреволюционеры назначили бы НЕ-Хрущёва – Микояна, например. Так что, не стоит наделять слишком большим влиянием на историю СССР того, кто лишь представлял интересы приличной по размеру группы контрреволюционеров, которые в марте 1953-го сделались новыми буржуа-выскочками.

Олигархи ЦК КПСС всё правильно рассчитали, сделав упор на развитие товарного обмена, осуществляемого при посредстве денег – то, насколько им это удалось, мы чувствуем на своих шкурах до сей поры. Иными словами, де-факто, буржуазия КПСС, под управлением олигархов ЦК КПСС, развивала товарный обмен и прекрасно понимала, что именно благодаря развитию товарного обмена они (контрреволюционеры, захватившие власть в СССР в марте 1953-го) только и смогут реставрировать полный капитализм в СССР.

Так что, не нужно уделять излишнего внимания тем политическим декларациям (пустым лозунгам!), которыми буржуа КПСС (т.н. партноменклатура, а не все подряд члены КПСС) прикрывали, проводимые ими сознательно и системно, буржуазные реформы, как банным листом.

Что касается производительных сил, то они развиваются в любом случае – независимо от того, кто именно их развивает, ибо развивая производительные силы капиталистически, буржуазия (в т.ч. хрущёвцы, брежневцы, андроповцы, горбачёвцы, ельцинцы и т.д.), в любом случае приближают коммунистическую революцию. Разница между развитием производительных сил под руководством буржуазии и развитием производительных сил под руководством пролетариата в том, что под руководством пролетариата производительные силы развиваются намного быстрее (что наглядно показало развитие ленинско-сталинского СССР, с небывалыми для капитализма темпами роста экономики, благосостояния и уровня грамотности пролетариата), с намного меньшим уровнем эксплуатации рабочих, да ещё и без капиталистов в полном смысле этого слова – поскольку беря власть в свои руки и заменяя буржуазную государственную машину пролетарской государственной машиной, пролетариат «снимает» капитализм, оставляя от капитализма лишь то, что поможет пролетариату уничтожить товарный обмен, классы и капитализм вообще.

В ответ на высказывание Николая Светлова:

«У Сталина, напротив, была другая программа построения коммунизма, которую он изложил в «Экономических проблемах социализма в СССР». Там акцент был сделан на уничтожении разделения труда и товарно-денежных отношений».

Оригинал комментария: https://vk.com/wall-43277292_294996?reply=295074

Николай Светлов, дело в том, что это Вам лишь показалось, что акцент якобы якобы сделан Сталиным лишь «на уничтожении разделения труда и товарно-денежных отношений». Дело в том, что Сталин лишь в 1952-м году сам, да и то частично, разобрался в том, что ещё необходимо сделать для того, чтобы вступление СССР в первую фазу коммунистического общества (в начало перехода к коммунизму, основные черты которого были научно просчитаны Марксом и Энгельсом) было не декларативным, а фактическим – то есть, не пустыми фразами, произнесёнными с трибуны съездов и конференций ВКП(б), а свершившимся фактом. Но, в том же труде «Экономические проблемы социализма», приличную цитату из которого я приведу почти в самом конце этого моего разъяснения, хоть и иными словами, Сталин как раз и говорит об увеличении всей суммы производительных сил: «непрерывный рост всего общественного производства». Так что, если кто-то хочет пытаться оправдывать действия Хрущёва и Кº (хоть даже и с помощью их же пустых лозунгов, типа, построим коммунизм к 1980-му, догоним и перегоним, выполним и перевыполним и прочей пустословной галиматьи, противоположной действительным действиям этой банды буржуев ЦК КПСС) то пусть они лучше молча курят в сторонке.

На деле, уничтожение разделения труда, уничтожение товарного обмена и капитализма вообще являются следствием развития производительных сил общества. Мало того, и в этом Сталин так же был прав, пролетариат будет постоянно развивать и укреплять своё, пролетарское, государство до тех пор, пока всех работоспособных людей земного шара не перевоспитает в пролетариев – поскольку это пролетарское государство, то чем больше людей пролетариат перевоспитает в пролетариев, тем сильнее будет становиться пролетарское государство.

На более высокой, в сравнении с низшей, фазе коммунистического общества, когда пролетариат всех сделает пролетариями, таким образом все станут хозяевами своего государства и всех средств производства – все станут государством, ибо пролетарское государство пролетариату подчинено и пролетариатом управляется:

«Свобода состоит в том, чтобы превратить государство из органа, стоящего над обществом, в орган, этому обществу всецело подчиненный» (Маркс, «Критика Готской программы»).

В этот самый момент (на «высшей» фазе коммунистического общества, если выражаться словами Ленина), когда пролетариат всех трудоспособных людей земного шара сделает пролетариями, пролетарское государство станет наиболее сильным, наиболее развитым. И именно поэтому, здесь, на «высшей» фазе коммунистического общества, и произойдёт революционный переход количества в качество:

– коль все станут пролетариями (а все вместе, как класс, пролетарии являются собственниками средств производства пролетарского государства), то получается, что средствами производства уже владеет всё общество, ибо общество будет состоять из пролетариев;

– следовательно,

«Когда государство наконец-то становится действительно представителем всего общества, тогда оно само себя делает излишним» (Энгельс, «Анти-Дюринг», 1950 г. изд.),

и поэтому

«Первый акт, в котором государство выступит действительным представителем всего общества — обращение средств производства в общественную собственность, — будет его последним самостоятельным действием в качестве государства» (Энгельс, «Анти-Дюринг», 1950 г. изд.).

С этого момента, с момента передачи пролетарским государством всей собственности на средства производства всему обществу, государство начинает отмирать, а пролетариат перестаёт быть классом: пролетарии становятся свободными и равными тружениками — ассоциацией (коммуной, общиной) свободных и равных производителей, по совместному плану производящих всё для всех с некоторым избытком.

«Но всякому ясно: какие бы изменения ни происходили в высших, непроизводящих слоях общества, общество не может существовать без класса производителей. Следовательно, этот класс необходим при всяких условиях, хотя должно притти время, когда он не будет уже больше классом, когда он будет охватывать собою все общество.», (Ф. Энгельс, «Общественные классы — необходимые и излишние». Соч. Маркса и Энгельса 1-го изд., т. 15, с. 592). (Производителями Маркс и Энгельс называют только самих рабочих, тружеников. А «дипломированные лакеи буржуазии» называют производителями товаропроизводителей, что в корне неверно. — примеч. А. Шилова.)

С этого момента, то есть, с момента, когда на высшей фазе развития коммунистического общества из капиталистического пролетариат произведёт «отрицание отрицания» остатков товарного обмена, классов вообще, государства вообще и капитализма вообще, и начнётся то самое царство свободы, дорогу в которое пролетариат проложит своей грудью (песню прикрепляю).

Мало того, таким образом, замкнётся ещё и виток развития человеческого общества по спирали, о котором писал ещё (за 23 года до рождения Гегеля!) материалист Руссо, первым нашедший развитие по спирали и диалектический закон «отрицание отрицания» в самом развивающемся обществе, описав то, как будет произведено отрицание отрицание теми, кто был ничем в течение нескольких тысячелетий антагонистических формаций. То есть, несмотря на колебания от материализма к идеализму и обратно, развиваясь, человечество развило и науку до такой степени, что кто-то уже должен был открыть те законы развития, диалектику, по которым развивается всё в материальном мире — в сочинениях грубых материалистов, несмотря на всю их механистичность, уже прямо-таки выпирала наружу материалистическая диалектика — Энгельс писал и об этом в «Анти-Дюринге»:

«В обоих случаях он (материализм) существенно диалектичен и больше не нуждается в философии, стоящей выше других наук», (Перевод А. Шилова).

Однако, вернёмся к Руссо и открытой им материалистической диалектике общества, развивающегося из первобытно-общинного коммунизма снова в коммунизм, но на более высоком уровне развития:

«Бесспорно — и это составляет основной закон всего государственного права, — что народы поставили князей для охраны своей свободы, а не для ее уничтожения». И тем не менее эти князья неизбежно становятся угнетателями народов, и они доводят этот гнет до той точки, когда неравенство, достигшее крайней степени, превращается вновь в свою противоположность, становясь причиной равенства: перед деспотом все равны, а именно — равны нулю. «Здесь — предельная степень неравенства, та конечная точка, которая замыкает круг и соприкасается с начальной точкой, из которой мы исходили: здесь все частные люди становятся равными именно потому, что они представляют собой ничто, и подданные не имеют больше другого закона, кроме воли господина». Но деспот является господином только до тех пор, пока он в состоянии применять насилие, а потому, «когда его изгоняют, он не может жаловаться на насилие... Насилие его поддерживало, насилие его и свергает, все идет своим правильным естественным путем». Таким образом, неравенство вновь превращается в равенство, но не в старое, стихийно сложившееся равенство первобытных бессловесных людей, а в более высокое равенство общественного договора. Угнетатели подвергаются угнетению. Это — отрицание отрицания», (Энгельс, «Анти-Дюринг», отд. изд. 1950 г. – Энгельс цитирует работы Руссо и разъясняет диалектику, открытую Руссо).

Прошу заметить, что революционный скачок перехода количества в качество произойдёт именно в момент наибольшего развития производительных сил, хоть и переходного к коммунизму, но всё ещё капиталистического, общества, поскольку в течение всего длительного переходного периода от капитализма к коммунизму пролетарии будут продавать свою рабочую силу (свою способность к труду) своему же государству, «которое, какова бы ни была его форма, есть по самой своей сути капиталистическая машина, государство капиталистов, идеальный совокупный капиталист» (Энгельс, «Анти-Дюринг»). С тем только отличием от «чистого», «снятого» пролетариатом при подготовке к низшей фазе коммунистического общества, капитализма, что здесь, в именно государстве диктатуры пролетариата, все пролетарии, по очереди, будут брать на себя роли капиталиста:

«...При социализме многое из «примитивной» демократии неизбежно оживет, ибо впервые в истории цивилизованных обществ масса населения поднимется до самостоятельного участия не только в голосованиях и выборах, но и в повседневном управлении. При социализме все будут управлять по очереди и быстро привыкнут к тому, чтобы никто не управлял...», (Ленин, «Государство и революция», гл. 3. Полемика Каутского с Паннекуком).

То есть, поскольку рост производительных сил общества включает в себя и развитие уровня образования всех пролетариев, становясь всё более грамотными, пролетарии начнут управлять своим собственным капиталистом (государством) по очереди – примерно так, как управляют оперативные дежурные воинскими соединениями. Именно в этом и заключается главное практическое изобретение рабочих Парижской коммуны, которое есть основа диктатуры пролетариата – пролетарская демократия:

«1) не только выборность, но и сменяемость в любое время; 2) плата не выше платы рабочего; 3) переход немедленный к тому, чтобы все исполняли функции контроля и надзора, чтобы все на время становились «бюрократами» и чтобы поэтому никто не мог стать «бюрократом», (Ленин, «Государство и революция», гл. 2. Полемика Каутского с оппортунистами).

Однако, поскольку как и во всём материальном мире (в природе), в обществе процесс «отрицания отрицания» происходит всегда только двухступенчато (а этим открытием мы обязаны именно философу-идеалисту и великолепному историку Гегелю!), то сначала необходимо должно произойти «отрицание» того, что было, но с удержанием от прежних вещей положительного. Поэтому-то, взяв власть в свои руки

«Пролетариат использует свое политическое господство для того, чтобы вырвать у буржуазии шаг за шагом весь капитал, централизовать все орудия производства в руках государства, т.е. пролетариата, организованного как господствующий класс, и возможно более быстро увеличить сумму производительных сил (К. Маркс и Ф. Энгельс. Манифест коммунистической партии. Соч., т. 4, с. 446),

и переводит общество с товарного обмена, осуществляемого при посредстве денег, на социалистический продуктообмен, осуществляемый с помощью именных карточек (квитанций) Оуэна-Маркса, таким образом «снимая» капитализм, этим самым производя его первое «отрицание».

И даже в периоде социализма (от низшей фазы и до «высшей» фазы коммунистического общества переходного периода от капитализма к коммунизму), способ производства всё ещё будет капиталистическим, но уже не совсем капиталистическим, поскольку пролетариат оставит (при «отрицании» происходит удержание положительного) от капитализма только то положительное, что поможет пролетариату принудить всех членов общества продавать свою рабочую силу пролетарскому государству и обменивать её исключительно в государственных магазинах на общественный продукт строго пропорционально записанным на именные карточки (выдаваемые каждому рабочему на общественном производстве) количествам труда, исчисляемым в трудоднях, трудочасах, трудоминутах. Эксплуатация пролетариев останется, ибо количества труда, отданные рабочими на общественном производстве, будут начисляться на индивидуальные карточки за минусом необходимых отчислений в фонды общественного потребления и на управление (см. «Критику Готской программы» Маркса). А в затраты на управление производством и государством входят в том числе и зарплаты всех чиновников, депутатов и бухгалтеров. Впрочем, по мере развития коммунистического общества в переходном периоде, отчисления на управление будут всё меньше и меньше, ибо всё большее число стран будет присоединяться к строительству коммунизма и всё большее число рабочих будет вовлекаться в управление производством и государством по очереди. Однако, и в этом Сталин был прав, пока ещё будут оставаться государства, стоящие на более низкой ступени развития (где ещё не взята власть пролетариатом в свои руки, где не введён продуктообмен), даже и речи не может идти о том, чтобы пролетарское государство начало отмирать, ибо преждевременное отмирание пролетарского государства – это всегда реставрация чистого капитализма со всеми его «прелестями» и с ненасытными капиталистами.

И только так, принуждением с помощью своего собственного капиталиста (пролетарского государства), который уже не совсем капиталист, но всё ещё совокупный капиталист, пролетариат постепенно, в течение длительного переходного периода от капитализма к коммунизму, будет перевоспитывать всех трудоспособных людей всего земного шара в пролетариев. То есть, для того, чтобы на «высшей» фазе все стали свободными, необходимо сначала всех, без изъяна, трудоспособных членов общества, сделать наёмными рабочими своего же, пролетарского государства – то есть, пролетариями, без средств производства в личной собственности и производящими прибавочную стоимость для совокупного, хоть и собственного, но всё ещё капиталиста.

Путь в царство свободы лежит через ничто — только став никем (наёмными рабочими, пролетариями), возможно стать всем. Развиваясь, капиталистический способ производства стал делать всех наёмных рабочих одним, огромным на весь земной шар, совокупным рабочим (обобществлять труд до небывалых размеров). — То есть, все рабочие стали выполнять очень узкие производственные функции в едином производственном процессе капиталистического общества земного шара и производить всё только совместным трудом таким образом, что в любом продукте обобществлённого производства, предназначенном для потребления, невозможно определить доли труда рабочих, совместным трудом произведших этот продукт. Но, капитализм не всех ещё сделал рабочими — остаются капиталисты и остаются чиновники, все вместе которые выполняют различные функции капиталиста по управлению производством, торговле и надзору за рабочими. — Все капиталисты и все их надсмотрщики (любые чиновники и депутаты) и бухгалтера являются, таким образом, совокупным капиталистом. После взятия власти и в процессе подготовки к социализму (иными словами — к первой фазе коммунистического общества), пролетариат «снимает» капитализм, и в этой, «снятой», части капитализма, «чистых» капиталистов не остаётся, но, поскольку пролетариат не может обходиться без управления производством и государством, будут оставаться ещё депутаты, чиновники и бухгалтера. Однако, всех депутатов, чиновников и бухгалтеров пролетариат (все рабочие) от имени своего государства нанимает на работу, тщательнейшим образом контролирует и сменяет в любое время. Постепенно, по мере развития коммунистического общества, по мере того, как будет увеличиваться сумма производительных сил общества (включая значительное улучшение уровня образование рабочих, который увеличит взаимозаменяемость рабочих и заменяемость рабочими чиновников; включая автоматизацию производства, при которой рабочие будут производить всё простым нажатием кнопок; и включая сокращение рабочего дня до 8—6—4-х и менее часов в день), всё больше и больше пролетариев смогут принимать участие в управлении государством и производством и, таким образом, постепенно все рабочие научатся «управлять по очереди и быстро привыкнут к тому, чтобы никто не управлял...» Ленинское «быстро» растянется на весь длительный переход от капитализма к коммунизму общества всего земного шара — с учётом неравномерности развития.

Таким образом, чтобы развить общество из капиталистического в коммунистическое, пролетариату придётся доделывать работу, начатую капитализмом, превращая всех трудоспособных членов общества в пролетариев — в ничто, в рабочих не имеющих средств производства в личной собственности, в рабские придатки капиталистического машинного производства. И только лишь на более высокой, по сравнению с первой, фазе развития коммунистического общества, стараниями пролетариата обществом будет достигнута высшая точка капиталистических противоречий — все станут пролетариями и все станут пролетарским государством и хозяевами всех огосударствленных средств производства, ибо все же пролетарии и будут управлять по очереди, беря на себя на небольшое время роль депутатов, чиновников и бухгалтеров. Здесь, на высшей точке противоречий, и произойдёт революционный переворот — количество (все станут пролетариями) перейдёт в иное качество, ибо с передачей пролетарским государством всех средств производства всему обществу все перестанут быть пролетариями, последний класс капиталистического общества будет уничтожен как класс. Таким образом, на более высокой, в сравнении с первой, фазе коммунистического общества пролетариат произведёт «отрицание отрицания» капитализма — то есть, уничтожит остатки товарного обмена (социалистический продуктообмен), классы вообще, государство вообще и капитализм вообще. Все из ничего, из пролетариев станут ассоциацией (коммуной, общиной) свободных и равных тружеников, по совместному плану, совместным трудом производящих всё для всех с некоторым избытком, «и все источники ассоциированного (товарищеского) богатства (изобилия) потекут полным потоком» (Маркс, «Критика Готской программы» — Перевод А. Шилова).

Как мы видим из приведённых мной выше научных доказательств, в своей работе «Экономические проблемы социализма» Сталин вплотную подошёл к тому, чтобы понять диалектику развития человеческого общества из капиталистического в коммунистическое, и Сталин был абсолютно прав, что

«Для того, чтобы подготовить действительный, а не декларативный переход к коммунизму, нужно осуществить по крайней мере три основных предварительных условия.

2. Необходимо, во-первых, прочно обеспечить не мифическую «рациональную организацию» производительных сил, а непрерывный рост всего общественного производства с преимущественным ростом производства средств производства. Преимущественный рост производства средств производства необходим не только потому, что оно должно обеспечить оборудованием как свои собственные предприятия, так и предприятия всех остальных отраслей народного хозяйства, но и потому, что без него вообще невозможно осуществить расширенное производство.

2. Необходимо, во-вторых, путем постепенных переходов, осуществляемых с выгодой для колхозов и, следовательно, для всего общества, поднять колхозную собственность до уровня общенародной собственности, а товарное обращение тоже путем постепенных переходов заменить системой продуктообмена, чтобы центральная власть или другой какой-либо общественно-экономический центр мог охватить всю продукцию общественного производства в интересах общества».

Сталинские слова «подготовить действительный, а не декларативный переход к коммунизму» означают то же самое, что и «подготовить социализм» или, иными словами, «подготовить первую фазу коммунистического общества».

У Сталина, даже там же в «Экономических проблемах социализма», были и грубые ошибки, в том числе и в том,

«что необходимо откинуть и некоторые другие понятия, взятые из «Капитала» Маркса, где Маркс занимался анализом капитализма, и искусственно приклеиваемые к нашим социалистическим отношениям. Я имею в виду, между прочим, такие понятия, как «необходимый» и «прибавочный» труд, «необходимый» и «прибавочный» продукт, «необходимое» и «прибавочное» рабочее время. Маркс анализировал капитализм для того, чтобы выяснить источник эксплуатации рабочего класса, прибавочную стоимость, и дать рабочему классу, лишенному средств производства, духовное оружие для свержения капитализма. Понятно, что Маркс пользуется при этом понятиями (категориями), вполне соответствующими капиталистическим отношениям. Но более чем странно пользоваться теперь этими понятиями, когда рабочий класс не только не лишен власти и средств производства, а наоборот, держит в своих руках власть и владеет средствами производства. Довольно абсурдно звучат теперь, при нашем строе, слова о рабочей силе, как товаре, и о «найме» рабочих: как будто рабочий класс, владеющий средствами производства, сам себе нанимается и сам себе продает свою рабочую силу. Столь же странно теперь говорить о «необходимом» и «прибавочном» труде: как будто труд в наших условиях, отданный обществу на расширение производства, развитие образования, здравоохранения, на организацию обороны и т.д., не является столь же необходимым для рабочего класса, стоящего ныне у власти, как и труд, затраченный на покрытие личных потребностей рабочего и его семьи».

Не к себе пролетариат нанимается, а к своему собственному совокупному капиталисту нанимаются все рабочие! И необходимый, и прибавочный труд останутся вплоть до конца длительного переходного периода от капитализма к коммунизму, поскольку отчисления в государственные фонды, на управление государством и производством, останутся, хоть и будут сокращаться. То есть, Маркс и Энгельс всё достаточно точно научно просчитали — диалектические законы развития обойти невозможно в принципе, и невозможно обществу перескочить через необходимые этапы развития — через двухступенчатое «отрицание отрицания».

Ну, недопоняли все строители коммунизма СССР, включая и Сталина, научно-исследовательских трудов Маркса и Энгельса, правильных переводов которых на русский язык и на тот момент недоставало и даже теперь недостаёт. Хотя, стоило бы им всем обратить внимание на слова Энгельса в «Анти-Дюринге», как раз в отделе третьем — «СОЦИАЛИЗМ», гл. II «Очерк теории», о том, что

«Современное государство, какова бы ни была его форма, есть по самой своей сути капиталистическая машина, государство капиталистов, идеальный совокупный капиталист. Чем больше производительных сил возьмет оно в свою собственность, тем полнее будет его превращение в совокупного капиталиста и тем большее число граждан будет оно эксплуатировать. Рабочие останутся наемными рабочими, пролетариями. Капиталистические отношения не уничтожаются, а, наоборот, доводятся до крайности, до высшей точки. Но на высшей точке происходит переворот. Государственная собственность на производительные силы не разрешает конфликта, но она содержит в себе формальное средство, возможность его разрешения» (Цитата по изданию «Анти-Дюринга» 1950 года!).

Однако, это ошибки далеко не только одного Сталина, а эти слова Сталина лишь отобразили типичные для того времени заблуждения всех строителей коммунизма в СССР, и даже типичные ошибки для нашего времени – для всех тех, кто пытается изучать науку о построении коммунизма по учебникам сталинского периода и по учебникам от олигархов ЦК КПСС – причём, последние уже намеренно вводили в заблуждение всех, с помощью ревизии марксизма. Лично мне, чтобы понять действительную диалектику длительного переходного периода диктатуры пролетариата, который находится между чисто капиталистическим и чисто коммунистическим обществом, пришлось потратить лет пять-шесть чистого времени труда. А у Сталина, как и любого другого из настоящих коммунистов ленинско-сталинского СССР не было ни такого количества времени, ни компьютеров, ни оцифрованных книг, ни даже прижизненных изданий некоторых работ Маркса и Энгельса на немецком языке. А вот когда начали появляться, стараниями сталинской же команды строителей коммунизма, более-менее правильные переводы трудов Маркса и Энгельса, только тогда и появлялась у них возможность разбираться в особенностях перехода от капитализма к коммунизму уже с помощью науки Маркса и Энгельса. С момента первого, более-менее (не совсем ещё!) правильного перевода того же «Капитала», между войнами и периодами восстановления народного хозяйства, между постоянными заботами по управлению государством, у Сталина и времени-то оставалось совсем ничего, чтобы всё это прочитать и осмыслить должным образом.

Но, ошибки были (а я здесь рассказал далеко не обо всех ошибках и не обо всех причинах, приведших к буржуазному перевороту в СССР), и именно поэтому мы все теперь живём в «чистом» капитализме, который (увы, гораздо более медленными темпами и чисто по-капиталистически), но доделывает всю ту работу, которую не доделал пролетариат ленинско-сталинского СССР: капиталистическое производство, всё более и более монополизируясь и переводя всех на расчёты по электронным карточкам и вообще на расчёты в электронном виде, вбирает в себя всё больше и больше производительных сил общества, подчиняя ООО «Государству» всех и вся граждан государства, и даже тех немногих мелких хозяйчиков, которые ещё остались.

Но, если взять по большому счёту, то верный ленинец Сталин был на верном пути – именно на том пути, который только и может привести к освобождению пролетариата от эксплуатации вообще. И здесь яркими свидетельствами того, что развитие велось в правильном направлении — к коммунизму, являются:

— и само развитие ленинско-сталинского СССР всего за 21 год (за минусом войн и периодов восстановления) из полуфеодальной страны, от примитивного земледелия, к сильнейшей в мире индустриальной стране, победившей фашистские Германию и Японию;

— и труд Сталина «Экономические проблемы социализма», в котором Сталин, несмотря на ошибки, наметил точный и правильный план развития СССР к низшей фазе коммунистического общества.

Что касается всех тех, кто пытается судить об ошибках Сталина, то вы, извините, но вы сначала бы научились понимать всё то, что вообще происходило в СССР, да ещё и в сравнении с тем, что должно было построить и как именно надо строить. А получается, что одни наивно, по-детски идеалистически, выдумывают ошибки Сталина, а другие, так же наивно, по-детски, пытаются опровергать выдумки первых. То же самое можно сказать и о критиканах и защитниках Ленина. В общем, учиться надо коммунизму, как науке об освобождении пролетариата и о построении коммунистического общества, по трудам самих Маркса и Энгельса, чтобы научиться находить действительную диалектику в самих взаимосвязанно развивающихся вещах материального мира и чтобы овладев в достаточной степени марксизмом, и овладев именно материалистически-диалектичным методом Маркса, заслужить право судить о работах и действия тех же Ленина и Сталина.

P.S. А ещё хочется лишний раз предупредить всех, особенно тех, кто только начинает изучать марксизм, о том, что метод Маркса вовсе не тот, что у Гегеля — Маркс разработал свой собственный материалистически-диалектичный метод исследований, прямопротивоположный гегелевскому. Так что, врут все, как один, философы, заставляющие учеников изучать «Науку логики» Гегеля вместо материалистически-диалектичного метода Маркса, которому можно научиться только по трудам самих Маркса и Энгельса и, в некоторой степени (в недостаточной степени!), даже по работе Фейербаха «Сущность христианства».

22.12.2020 г. Александр Шилов

Оригинал статьи: