Глава 7
Проснувшись, Кан, уже привычно, прислушался к эмоциям Айю. Она ещё спит, тяжёлым, беспокойным сном. Близнецы, если и спали ночью, то проснулись ещё раньше него и сейчас о чем-то спорят, в одной из комнат. Почувствовав осторожный поиск Кана, оба дружно сделали вид, что спят.
Ладно, пусть пока порезвятся. К проснувшейся Силе нужно ещё привыкнуть. Если Сила у них одинаковая, они станут очень сильными артефакторами. Только где теперь искать для них Наставника? К тому же, их воинские навыки для меня сейчас ценнее. И обучить проще.
Кан попробовал, как в день приезда, связаться с магией Острова, вызвать её на разговор. Не вышло. Он быстро оделся и поднялся на смотровую площадку. Попробовал ещё. Весь воздух вокруг Острова был пропитан магией, словно лавка, торгующая пряностями — запахами. Но отзываться на его Зов магия не пожелала.
Пожалуйста, ответьте! Серебряная Сестра, ты же видела будущее! Прошу, ответь — Айю выживет, если не станет Хранительницей? И что будет с Саккаром при таком раскладе?...А ты, Брат? Ты поможешь мне своей магией, если я останусь один?
Лёгкий ветерок поднял пыль и песок, закружил их в беспорядочном танце, старательно огибая Кана, не коснувшись его ни одной песчинкой. Тихо растворился среди цветов волшебного сада.
Перед глазами Кана опять встало лицо рыжего телохранителя, с совсем небратской нежностью нёсшего Айю на руках.
... А если... Если Айю выберет его, и не станет Хранительницей? Она останется жива?
... А как же Саккар? У меня хватит сил? Я смогу его спасти?
«Ты — нет, — чуть приметный ветерок похолодил левое ухо. — Это её предназначение».
Кан сжал кулаки. Я не отдам её. Ни ему. Ни вам.
«Тогда у неё не останется даже шанса. Она погибнет вместе с Саккаром. — Серебряный голос помолчал, приблизился к самому уху.— Не думай, что я хочу её смерти. Но если один человек может спасти жизни целой страны, я выберу Саккар».
«— Если для твоей страны понадобится смерть кого-то из твоих близких — что ты сделаешь? Кан? — вспомнился голос Провидицы на обряде Испытания. И свой ответ:
— Я умру вместо него.
— Вместо — не получится. Либо твой близкий, либо страна. Что ты выберешь?
— Я знаю, какой выбор мне до́лжно сделать, но… Я буду искать другой выход.
— А если его нет?
— Есть. Обязательно найдётся, нужно только хорошо подумать».
Строптивые близнецы на тренировку так и не явились, но и Кан не очень-то был к ней готов. Вместо этого, он вызвал отдыхающую пятёрку охранников, устроил с ними бой, пообещав награду тому, кто сумеет найти брешь в его защите. Стрелы и дротики носились вокруг него, затянутые воздушным вихрем, а Кан, войдя в азарт, старался вернуть их к ногам того, кто послал. Вдруг, словно студёный кулак обхватил его сердце — Айю в опасности!
— Стоп! — Кан поднял руку, мгновенно останавливая вихрь. — Где она?
Стрела, выпущенная чуть раньше, чиркнула Хранителя по щеке, оставляя кровавую полосу. Ох! Охранник, в раскаянии, кажется, готов отрубить себе руку, но Кан даже не заметил глубокой царапины. Гораздо больше его волновало, где сейчас Айю. В этот раз, Остров не стал препятствовать ментальному поиску, и Кан почти сразу почувствовал — в саду, совсем рядом с Приютом.
Что с ней? Кан рванул так, что растерянная охрана мгновенно потеряла его из виду.
Вот она. Живая, но…
— …, Ани!!! … !!! Ты что творишь?!! … !!! … !!! Дура!!! … !!! Слезай немедленно! — самые сочные эпитеты, хвала воспитанию, всё-таки удалось проглотить.
Кан рычал и бесновался, как раненный дракон. Отлучившиеся близнецы вернулись с полпути, как и Кан, почувствовав внезапную тревогу, и теперь остолбенело таращились на покосившийся купол беседки, и Айю, невинно изображающую украшение на вершине.
Охрана бестолково суетилась вокруг столбов, пытаясь подпереть их и удержать от падения. Кто-то побежал за одеялом — ловить Наследницу. Только Ани спокойно сидела на крыше, сложив руки на коленях, как примерная ученица. Кажется, пока ей ничего не грозит.
Кан начал понемногу успокаиваться, но внезапно раздался сигнал колокола. Ани вздрогнула, покачнулась, и полетела кубарем, опережая падающий купол. Создатель!!! Одним прыжком Кан оказался у колонны, оттолкнул охранника, безуспешно пытавшегося её удержать, и выловил Ани среди сломанных веток и падающих обломков.
Страх, нет, — ужас — от возможной потери не давал дышать. Тело превратилось в холодный камень. Все чувства собрались вокруг сердца, впились в него колючками, а сердце кричало, молило: «Нет! Не надо!! Пожалуйста!!!».
Только спустя время, сквозь гулкий и липкий туман страха, стал пробиваться такой знакомый и такой родной голос:
— Кан! Всё хорошо, слышишь? Прости меня, пожалуйста! Всё обошлось, ты слышишь? Ты поймал! Ты успел! Всё хорошо, никто не умер! И не умрёт! Кан, прости меня! Открой глаза! Посмотри на меня! Всё хорошо, ты слышишь?
Кан осторожно открыл глаза. Ани. Со всколоченными волосами, в разодранной одежде и расцарапанными руками. Покаянно-встревоженная.
Живая.
Кан выдохнул, наконец, и припал к губам девушки. Родная, спасибо. Спасибо, что осталась жива. Что не оставила меня опять одного. Что тоже любишь, спасибо.
— Кха-кха! Господин Хранитель Печати! Уже почти полдень, Смотритель несёт Ваши чаши.