- Здравствуйте, - коротко сказал Дима.
Стас глянул на него и без сомнений узнал в нем своего сына: высокий, темноволосый, карие глаза, волевой подбородок.
- Здравствуй, Дима, - сказал Стас, еле слышно, поскольку в горле от волнения пересохло.
- Вы хотели меня видеть? – спросил Дима.
- Да, я хотел с тобой познакомиться, пообщаться, - ответил Стас.
- Я этого не хотел, скажу честно, но мама с папой убедили, что это нужно, - признался Дима.
- Спасибо, что пришел и спасибо им, что убедили.
- Ну, вот, вы меня увидели, я - вас, может, я уже пойду? – неожиданно предложил Дима.
- Ты ничего не хочешь сказать или спросить? – удивился Стас.
- А что мне спросить? Как вам спалось, когда знали, что где-то без вас растет ваш сын? Или как можно обещать жениться на одной, а самому тут же жениться на другой? – язвительно спрашивал Дима, невозмутимо глядя прямо в глаза отца, притом, что внутри все кипело, и управлять эмоциями становилось все сложнее.
- Я могу объясниться, все так вышло не по моей воле, когда я узнал о тебе, я хотел развестись.
- А что же не развеселись? – тут же перебил его Дима.
- Твоя мама сказала, что не любит меня.
- А она должна была сказать, что любит после того, как вы вытерли об нее ноги? – поинтересовался Дима, ставя отца в тупик своими вопросами.
- Я же не знал…
- Что не знали? Не знали, что она ждет от вас ребенка, когда делали предложение другой, или не знали, что от секса бывают дети?
- Дим, все не так однозначно, я никогда не отказывался от тебя…
- Зато отказались от мамы, для меня этого достаточно.
- Я готов исправить свои ошибки, я все готов тебе дать, у меня очень много возможностей, ты можешь стажироваться за границей, я могу купить тебе квартиру, машину, ты можешь объездить весь мир, - предлагал Стас.
- Не стоит лишней рекламы, я узнал вас, вы, пожалуй, самый медийный олигарх в нашей стране, - как-то зло усмехнулся Дима, - А вы думаете, что деньги исправляют ошибки? В вашем возрасте глупо так полагать.
- Какой ты…
- Какой? – тут же переспросил Дима, все так же пристально смотря на отца.
- Как я, - прямо ответил Стас.
- В таком случае, вы доложены знать, что я мнения своего не меняю, я больше не хочу вас ни видеть, ни слышать. Вы просили о встрече, я пришел. Повидались, все, точка. Надеюсь, вы не станете использовать свои возможности, чтобы вмешиваться в мою жизнь или жизнь моих родителей.
- Я никогда не использовал эти возможности, я прислушивался к просьбам Ольги, и делал так, как считала верным она, хотя мне ничего не стоило просто взять и увезти тебя, - честно признался Стас, - Но я слишком уважаю твою маму.
- И она этого достойна. Надеюсь, на некое уважение и к моему мнению, поэтому говорю прямо, мы не станем сыном и отцом, не станем семьей, мы навсегда останемся чужими людьми, у меня есть отец и другого мне не надо, я очень надеюсь, что вы это понимаете. Я больше не хочу с вами общаться и не хочу, чтобы вы искали со мной встреч,- сказал Дима, развернулся и просто ушел.
Дима гордо шагал вперед, в то время как сердце колотилось в груди бешеными толчками, и пару раз он даже подумал о том, что эти мужчины в костюмах могут попросту не выпустить его из этого парка, но ни один из них не двинулся с места.
Стас смотрел сыну в след и его раздирали смешанные чувства, с одной стороны – горькая досада от того, что Дима его не простит, с другой – гордость за то, что у него такой сын. Уверенный, прямолинейный, твердый, жесткий – да, это его сын! В один миг он увидел в нем все то, что так мечтал когда-нибудь видеть в Илье.
отрывок из книги "Долгая дорога к тебе"