ЧАСТЬ 1
Наступил день, когда “апунтато” - так называют постового в итальянской тюрьме, подошёл к нашей с Витькой камере, и назвав одну из версий моей фамилии, которая была известна полиции этой чудесной страны, сказал :
- С вещами. Едешь на апелляцию.
В тюряжке я мог называть любое имя из семи фальшивых документов, с которыми меня задерживали, но тут я выбрал единственную близкую мне фамилию своего отца - Даржания. Папа был грузин. A меня к тому моменту уже достали всякие Дариусы, Черняускасы, Анатолии Нечепуренко и куча разных паспортов зазевавшихся бразильцев или немцев, у которых я крал документы на улице в тесном туристическом потоке и привыкая к их именам, жил под ними снимая квартиры во Флоренции, Рапалло и Генуи.
По фальшивым документам ты мог обзавестись пластиковой картой и снимать квартиры. По краденым, просто снимать квартиры и рассчитываться наличными. И тот и другой вариант меня всегда устраивал, так как если тебя просто останавливали на улице, то это всегда прокатывало. А если ты идёшь на дело, то никакие документы тебе не помогут, если спалишься. И тем не менее, к тому времени как я оказался в итальянской тюрьме, у меня было около семи имён, приехавшие со мной в следственный изолятор.
Принимавший меня апунтато, посмотрев, что к моим отпечаткам пальцев идёт куча имён, просто спросил:
- И как же синьор хочет чтобы его называли? Но предупрежу вас сразу, если вы захотите все эти имена вместе, то у вас возникнут проблемы.
Надо сказать, что персонал в тюряжках, особенно те кто тебя принимают - те ещё гавнюки и в прямом и в переносном смысле слова. Сначала они шутят с тобой и прикалываются, а потом говорят строгим голосом :
- А теперь синьор, опустите трусы до колен.
И после того как они насладились созерцанием твоего члена, начинается главная фраза :
- А теперь присядьте и раздвиньте ягодицы.
Так в тюрьме проверяют, не провозишь ли ты чего в своём “кожаном чемодане” запретного и нелегального.
И если ты выполняешь все требования быстро, то после показа члена, садишься жопой к стене и надсмотрщик утешается тем, что к твоим ногам ничего не упало. Если же ты выделываешься, то тебя рано или поздно заставляют повернуться задом к надзирателю и проделать эту процедуру не отвернувшись от него спиной.
Спросите у меня, почему я вам это рассказываю? Потому что, каждый может попасть в такое место. Как говорится : “От сумы и от тюрьмы…” Так что, сами решайте, нужно вам сюда или нет.
Я всё-таки закончу. Тех, кто наотрез отказывается показывать свою жопу, просто имеют право усыпить и осмотреть у тебя её, как у спящего.
Что-то я запугал тебя, дорогой читатель. И поэтому перехожу к приятному повествованию. И что же может быть приятнее для человека сидящего за решёткой, как не запах воли и свободы?
Поэтому я попрощался с Витькой, моим другом, с которым к тому времени просидел около двух месяцев в его камере тюрьмы острова Сардиния, для “По жизни заключённого” и пообещав вернуться только в письмах, хотя прекрасно знал, что максимум срежут четыре месяца, вышел в коридор и проследовал с конвоем до выхода из тюряжки.
В коридоре перед выходом, там где принимают и осматривают, меня уже ждал конвой из трёх человек, один из которых пристегнул меня наручниками к своей руке и с улыбкой мне сказал, что если я дёрнусь, то он меня застрелит. На что я с улыбкой задал ему вопрос : - А если я пёрдну, вы меня зарежете?
Его коллега рассмеялся оценив мою шутку и отстегнув меня от наручников, ответил : - Я стреляю лучше, чем он и если ты захочешь бежать, с удовольствием этим займусь.
Третий отморозок вообще молчал ничего не выражая и говоря.
Конечно же, я знал, что они прежде чем забрать меня из тюрьмы, прочитали моё личное дело, где было написано, что я отсидел больше половины срока и смысла убегать никакого нет, но всё же было как-то странно с ними.
Перед выходом меня остановили и молчун выйдя первый, сразу подогнал ко входу машину. Второй вышел на улицу и встал на полпути от машины и до дверей. Всего это расстояние занимало около пятнадцати метров. Третий пошёл со мной до машины и когда водитель вышел из неё, посадил меня к уже севшему на заднее сидение второму, стоящему посередине. Потом уселся рядом со мной и когда водитель тронулся, сказал :
- Теперь у нас всё в порядке.
Я улыбнувшись в ответ стал пялиться через стёкла на девочек, которые ходили по улице и очень скоро мы приехали в аэропорт, где нас уже ждал самолёт на взлетной полосе. Машина подъехала прямо к трапу и два парня сидящие со мной снова накинули на меня наручники и вывели из машины, прямо на трап.
Когда я зашёл в самолёт,то увидел полный салон людей смотрящих на моё появление в “браслетах” и вызывающее у некоторых из них, отвращение и интерес. Мы проследовали с двумя меня сопровождающими парнями в хвост, где для нас был освобождён целый ряд сидений и с левой и с правой стороны.
Меня усадили к окну, а через сидение сел парень, который сразу предупредил меня о побеге. Другой, который сказал, что стреляет лучше, сел на другой ряд сидений и показав мне, что он не спускает с меня глаз, оттопырил борт пиджака, чтобы я увидел его оружие. Я улыбнулся ему и поднял вверх руки с наручниками.
- Как только наберём высоту, я сниму их. - Сказал мне сопровождающий меня конвоир, сидящий рядом.
- Ва Бене. (Хорошо) - Ответил я ему и уставился в иллюминатор.
В этот момент капитан самолёта объявил ,что посадка на рейс закончена и сказал, что мы направляемся в Милан, что меня поначалу расстроило, так как я знал от других заключённых, что тюрьма Милана была, откровенно говоря, просто помойкой.
Итак, внутренний рейс КАЛЬЯРИ - МИЛАН. 2009 года, примерно шестого июля. Я полон надежд, что после апелляции стану свободен и счастлив. После того, как самолёт набрал высоту, с меня сняли наручники и я сразу попросил у стюардессы стакан воды и дотронувшись к её пальцам, когда она мне его передавала, сам себя уверил в том, что очень ей понравился.
Дальше я уже не обращал внимания, как скорчившийся от страха мачо с пистолетом, сидящий рядом со мной, постепенно пытаясь прийти в себя и вытирая испарину, внезапно схватился за бумажный пакет и начал рядом блевать. Я смотрел на лица людей, оборачивающихся с опаской на эти ужасные звуки, которые он издавал прямо в пакет и просто улыбался им как бы говоря :
- Не переживайте! Эти звуки исходят не от того, что я сейчас убиваю охранников и скоро захватив самолёт, объявлю вас всех заложниками и мы полетим в Зимбабве. Это просто мой великий надсмотрщик так громко блюёт, что вы даже не слышите, как он пердит от страха.
Люди смотрели на мою улыбающуюся рожу со стаканом в руке и без наручников и с лицом“ на измене“ - задавали вопросы проходившей мимо них стюардессе, которая скорей всего им говорила, что я безобидный малый и со мной два охранника с пистолетами.
Я помню, что тогда ещё вспомнил сцену из крутого фильма “Схватка” - где Роберт Де Ниро, ударил бандита об стол головой, а его друг посмотрел на человека увидевшего это с такой улыбкой, что тот опять стал читать газету.
И я старался изо всех сил сделать подобие такой же улыбки на своём лице, и скажу вам честно, у меня это по всей видимости получалось. Так как под вопли блеваний моего сопровождающего и моей гримасы, некоторые из добропорядочных европейцев, находившихся на борту нашего самолёта, прямо-таки приходили в ужас, смотря на моё лицо из “Схватки” - c Робертом Де Ниро.
Какое-то время меня это позабавляло и я пожалев, что не пошёл в театральное училище, отвлёкся на виды открывшиеся мне внизу.
Наконец, несчастный надзиратель, сидевший рядом со мной свалил в туалет и ко мне снова подошёл ангел в обличии стюардессы и милым голосом спросил, не хочу ли я чего- нибудь поесть. Я хотел было ответить, что после такого концерта, который сейчас устроил мой сосед,кушать ещё долго не смогу, но посмотрев в лицо этому милому созданию, совершенно точно понял, что если откажу ей, то она, очевидно, сойдёт с ума от отчаяния и решил дать ей шанс, заказав чёрный чай и шоколадку.
Наконец-то вернулся из дальнего плавания мой сопровождающий, и выпив кофе облегченно вздохнул и посмотрел на меня таким взглядом, каким я некоторое время назад смотрел на публику, находящуюся впереди самолёта.
- Он что, тоже смотрел "Схватку"? - Подумал я, и откусив шоколадку, которую мне принесла моя будущая жена, просто отпил кофе, и представил себе, как я встречаю её на спортивном корвете возле трапа самолёта.
Мои естественные мысли прервал бодрый голос капитана, который объявил о снижении и через некоторое время мы зависнув над Миланом, стали спускаться вниз.
На выходе, прекрасный ангел вновь предприняв попытку охомутать меня, задал свой каверзный вопрос, глядя с улыбкой в мои глаза :
- Может, я могла бы вам напоследок ещё чем-нибудь помочь?
- Конечно милая, ты могла бы встать на коленочки и открыть свой красивый ротик. - Подумал настоящий Виталик, живущий глубоко внутри. Но утончённая писательская натура, наполняемая меня интеллигентностью, ответила :
- Благодарю вас, нет. Мне было очень приятно провести с вами время.
Вслед, я конечно же, услышал, что ей тоже, и не дожидаясь того,что она сейчас будет просить у меня адрес тюрьмы, где я сижу, чтобы писать мне письма, просто порвал с ней отношения, проследовав дальше к спуску по трапу.
- Наверное, ничего у меня с ней не получится. - Подумал я, глядя на "воронок",подъехавший за мной к самолёту.
- Вы меня везёте в Миланскую тюрьму? - Спросил я сопровождающих меня итальяшек.
- Нет, мы едем сразу в Генуи, -ответил мне не блевавший охранник который, видимо, в их паре был старшим.
Этот ответ меня очень обрадовал и я довольный понёсся в тюремном воронке навстречу своей свободе. Ехал я из арестованных один, и полицаи открыв мне все двери внутри воронка, тем самым создали подобие хоть как-то циркулирующего воздуха, и я представив, как скоро окажусь на воле, впал в грёзы о том,чем бы я занялся в первую очередь. И почему-то до конца путешествия мысли о моих последних отношениях со стюардессой не покидали до самой тюрьмы Марасси.
По вопросам приобретения печатного подарочного издания с автографом криминального романа "Запасной выход" обращаться vitali.dyupon@yandex.ru
В электронном виде книгу можно почитать здесь https://litres.ru/65069278