Тишину позднего вечера нарушил резкий телефонный звонок. Я подскочила в постели, хлопая в темноте по прикроватной тумбе в поисках смартфона. С колотящимся сердцем, я наконец нащупала его и ответила на вызов. Ничего хорошего ночные звонки не предвещают. В трубке раздался взволнованный юношеский басок: крестник Егор интересовался, не у меня ли его мать, моя задушевная подруга. Оказывается, она ушла, трубку не берет, что делать с маленькой сестрой он не знает, бабушке звонить боится, крестная выручай.
Чертыхаясь на такую правильную и всегда обязательную подругу, я натянула джинсы и поплелась в соседнюю многоэтажку спасать современное поколение.
Квартирка Ирины как всегда сияла чистотой и уютом, но бедность бросались в глаза. Старая, оставшаяся еще от бабушки советская мебель, слегка облупившийся по краю письменный стол венчал видавший виды ноутбук. Посреди всего этого «великолепия» маячил недовольный и слегка виноватый Егор. Немного надавив на него, я выяснила, что они поругались. Он, видите ли, так больше жить не может, в техникуме над ним смеются из-за отсутствия денег на развлечения, из еды дома дешевые сосиски или окорочка с макаронами и постный борщ. Просто мать не хочет рискнуть и заработать, ничего не понимает, всего боится! Зарвавшийся юнец вещал про экономику, финансы и инвестиции, предлагал вложиться в крипту или хотя бы уволиться из школы и найти высокооплачиваемую работу, а моя бедная подруга, глотая слезы, перебирала от мусора гречку «Красная цена». Отличный учитель и отзывчивый человек, она не имела коммерческой жилки, небольшие заработанные ей деньги словно утекали сквозь пальцы. Немного еще помогала мама с пенсии, но как жить на такую небольшую сумму втроем с двумя детьми, она не понимала. Отчитав незадачливого юношу, я отправила его укладывать спать младшую сестру, а сама пошла на поиски подруги. Кажется, я знала, где её найти.
Как я и ожидала, Ирина сидела на «нашей» лавочке в кустах сирени и тихонечко сопела в ладошку. Скандал с сыном окончательно разрушил хрупкое душевное равновесие. Последний год оказался для неё слишком насыщенным неприятностями: сначала тяжелый ковид и восстановление от него, а потом и поступление сына в техникум лишили её последних накоплений. Зарплату учителям, конечно, слегка прибавили, но цены взлетели в несколько раз. Уровень жизни просел, до того, чтобы голодать мы ещё, слава Богу, не дошли, но свежих фруктов, овощей и мяса в продуктовой корзине уже не хватает. Покупка продуктов каждый раз превращается в квест, чтобы уложится в бюджет, надо посетить несколько магазинов нескольких торговых сетей, отслеживать акции и скидки. Так ещё и производители стали обманывать с весом и упаковкой, приходится в магазин ходить с калькулятором, пересчитывать граммы в рубли и думать, какую пачку масла выбрать и как купить пакет молока, чтобы молока в нем было хотя бы близко к литру! Какое же это унижение для образованного и работящего человека считать копейки! Так еще и продукты становятся всё хуже: усилители вкуса, пальмовое масло, накачанное гелем куриное мясо. Тут к квесту как всё это купить, прибавляется задачка со звездочкой – как этим всем никого не отравить? Один поход в магазин 7 тысяч. Ну пускай на неделю со скрипом. Одежда обувь детям, которые растут и не берегут. Гаджеты. Учеба. Книги. Поездки. Транспорт. Самой волосы сходиться подстричь покрасить уже и не думаю. На все 45 тысяч. Как с этим быть?
Я сидела рядом с подругой, обещала, что всё обязательно наладится, гладила ее по спине и думала о том, что кризис коснулся самых честных и самых незащищенных людей. Проблема в том, что мы – обычные граждане, отстаем от инфляции и по факту беднеем. Приходится работать больше, бежать быстрее, чтобы только оставаться на прежнем уровне. Про увеличение доходов и мечтать не приходится. Почему местный чиновник городской администрации ездит на новенькой БМВ, а на совещании пытается найти доводы сэкономить на сиротских квартирах и школьных завтраках.