Старчик Гефсиманского Скита Троице-Сергиевой Лавры был очень добрым. Иеромонах Исидор (Козин) А до чего милостивый ко всякой твари. До того доходило дело, что он лягушке пел псалмы царя Давида. Склонит свою добрую седую голову над квакушкой и поет. В глаза ей смотрит. Радостно улыбался, чему-то своему, лягушка слушает, заворожённая, с места не двигается. -Я не один живу! - говорил отец Исидор епископу. - Вон, квакушка в нашу пустыньку пожаловала, поговорить со мной любит. Псалмы тоже любит. А зверей, птиц кормил. Видимо-невидимо. Вот, допустим, кошка воробышка зацепит, тот свалится, авва Исидор ковыляет к несчастной, еле-еле наклонится, кряхтит, но птичку раненую поднимет да себе в келью отнесет. И вЫходит! А если сам занедужит, обязательно братию просит, чтобы не забывали его питомцев, всенепременно кормили. Завелись у него мыши в келье. Братия обеспокоена. -Перестаньте, мои родненькие, они мне вовсе не мешают - шелестит губами молитвенник, - я им трапезу готовлю: и обед,