- Ну вот, и сладилось дело-то! - засмеялся Нечай, когда они с Хоробром вышли за ворота тиунова терема - не страшно ведь было? Да ещё и медов отведали знатных!! Эх, знает дядька Бобрик толк в медах, что есть - то есть!
- Спасибо те, Нечай! Без тебя бы мне в жизнь не управиться, вельми смутился я - бормотал захмелевший Хоробр. За жизнь свою половецкую он больше к кумысу привык, чем к русским хмельным медам, и теперь ноги его не слишком слушались - ну, теперь мне мошной трясти надобно, женюся через два дня!
- Алима уже взялась за нашу свадьбу, так мы столы-то и сдвинем, вместе с вами и отпразднуем! Думаю, что сестра не откажется свому братцу помочь?! - резонно рассуждал Нечай, поддерживая своего будущего шурина под локоток.
- И то правда! Надобно сестрицу упросить, а серебра у мя хватит! - остановился и притопнул ногой Хоробр, гордо подняв вверх подбородок.
-Ну, пойдём, пойдём ко мне в палаты, уложу тебя, богатея, почивать. А сребрецо понадобится нам, завтра велю для тебя терем ставить! - усмехнулся по-доброму княжич, увлекая мурзу-боярина в сторону княжьего детинца...
- Ррравняйсь! Смирррно! Напрра-во! На полосу препятствий бегом марш! - скомандовал сержант Кузнецов новобранцам княжьей дружины. И нестройный топот семи десятков ног, обутых в берестяные лапти, нарушил чуткую предутреннюю тишину. Ребята попались старательные и выносливые, не ныли под нагрузками, коих было превелико. Друг дружке помогали, поддерживали, что особенно нравилось Антохе, который считал сплочённость и взаимовыручку базой, основой боеспособности любого воинского подразделения и в любую эпоху.
Сам он, вначале сильно переживавший из-за своего невольного перемещения во времени, успокоился. Конечно, червячок сомнений по-прежнему напоминал о себе, но уже не так часто и остро, как было в самом начале. Стали Антоху посещать совсем другие мысли. А не остаться ли здесь навсегда? Дома-то всё равно никто не ждёт. Только вот "Вал" как-то вернуть надо...
Он даже начал ежедневно заниматься, осваивая примитивное оружие предков, и, по словам воеводы Нечая, делал это весьма успешно. Сам же Нечай не гнушался регулярно приходить на Антохины занятия по рукопашному бою... А по вечерам, когда весь дружинный молодняк отдыхал от дневных трудов праведных, Курган и Блоха получали дополнительные нагрузки от сержанта. И как-то раз парни не выдержали, взмолились:
- Боярин сержант, почто вси дружинные на роздыхе, а мы тут, как проклятые вкалываем?!
- Почто, почто?! - передразнил Антоха названных братьев - по то! У вас Перунов ратный дар, ребята! И его надобно развивать! Или вы хотите отказаться от сией божьей щедрости? Прогневить Перуна?!
Конечно, гневить великого бога, покровителя всего русского воинства, ни Курган, ни Блоха не пожелали! И, стиснув зубы, они продолжили тренировку. А Антоха мысленно поблагодарил сам себя за находчивость и вздрогнул, почувствовав как сзади на его плечо опустилась чья-то ладонь. Он быстро обернулся назад и увидел высокого седого старца с гривой волос и длинной бородой. Глаза старика из-под кустистых бровей смотрели прямо и сурово.
- Моей волею ты оказался здесь, Онтоний! - густым басом, похожим на дальний раскат грома, молвил старик - и добре исполняешь справу мою, укрепляя Русь и храня её от ворогов! Не сомневайся ни в чём, ратник, ибо дело твоё угодно Прави! А сейчас верни, как и хотел, оружие своё и возвращайся сюда.
Старик коснулся лба сержанта Кузнецова навершием своего посоха. Последовали негромкий хлопок и яркая вспышка, и Антоха исчез, будто его и не бывало! Курган и Блоха с раскрытыми ртами аж застыли от удивления!
- Что рты раззявили? - прикрикнул на них старик - вам задание дано? Дано! Выполнять!!
И новоуки княжьей дружины с утроенной энергией бросились в сотый раз штурмовать полосу препятствий...
... Дежурный по роте прапорщик Осинин смотрел по телевизору в учебном классе выпуск ночных новостей и размешивал в кружке с чаем два куска сахара. Тишину нарушал лишь голос диктора, рассказывавшего о ситуации на Ближнем Востоке. Вдруг между экраном телевизора и Осининым задрожал и будто начал плавиться воздух, и удивлённый прапорщик вскочил на ноги. А из разлома в этом искажённом воздухе появился сержант Кузнецов с автоматом в руках.
- Антоха?? Кузя?? Ты куда пропал-то?? Обыскались мы тебя, как в воду канул! - вскричал Осинин.
- Держи мой ствол, Осина, и не поминай меня лихом! Я теперь там, откуда трудно возвратиться и времени у меня очень мало. Прощай! - Антон передал оружие бывшему сослуживцу и шагнул в разлом, который тут же исчез...
Перун ждал его на том же месте, и сдержанно улыбнулся сержанту:
- Что, добрый молодец, домой уже не тянет?
- Здешняя Русь мой дом, великий Перун! - поклонился ему Антоха.
- Верно сие! Быть тебе заступником за землю русскую и наш народ. Нечаю меч аз благословил, а тебя благословляю бысть ему десницею, другом и соратником на весь век! - и Перун вновь коснулся посохом, но на этот раз груди Антохи напротив сердца, и исчез...
Антон почувствовал жжение в месте прикосновения, и заглянул в ворот рубахи. На его груди золотом горел знак Перуна...
Внимание! Копирование или перепечатка материалов моего канала "Чёрный Скорпион" допускается только с разрешения автора!