В те годы одинокий мужчина - редкость. Красивый, умный, интересный, состоящий из одних, казалось бы, достоинств - тем более. Что с ним не так?
Что помешало ему создать семью? Беззаветное служение школе и истории как науке? Слишком любящая мама, отвергавшая всех невест? Какие-то психологические травмы, заставляющие его убегать от женщин? Чрезмерная требовательность к потенциальной подруге жизни? Сердечная травма?
Ответа мы так и не получим.
Но, может, и не надо?
Просто штришок к портрету человека, находящегося на пике кризиса среднего возраста. Того, чего хотел раньше - больше не хочет.
Чего хочет - не знает. Что предлагают - не нравится. Раздражает вообще всё, в том числе - работа, которая совершенно точно была любимой еще совсем недавно.
Учителю истории, наверное, труднее всех переживались "переписывания истории". И тут совершенно неважно - каких взглядов он придерживался, тут важно, что человек, честный и ответственный, безусловно теряется от того, что должен ученикам говорить совсем другое едва ли не каждый год.
Тут поневоле начнёшь ненавидеть и себя, и всех вокруг. И решишь, что ты больше не имеешь права быть учителем.
Но самое главное - из души ушла любовь. Не в смысле - к кому-то или к чему-то, а вообще.
Потому и раздражает вообще всё, потому и невозможно сдержаться, когда сталкиваешься с глупостью, невежественностью, хамством.
Но именно любовь и возвращает Мельникова к жизни.
Хотя бежит он от неё и боится.
Да, я о Наташе - юной, прекрасной, наивной и смертельно влюблённой в учителя. Он не мог не знать о её чувствах ранее, но сейчас всё вокруг кричит ему об этом - и сама Наташа, буквально преследующая Илью Семёновича, и его мама уже принявшая Наташу как потенциальную невестку и настойчиво напоминающая о ней сыну, и бывший ученик, срывающий злость на том, из-за которого с порога ЗАГСа ушла невеста, и даже лейтенант Шмидт, к прочтению писем которого призывает учеников Мельников.
Чего он боится?
Разницы в возрасте. Того, что она была его ученицей. Обсуждений и шушуканий за спиной - особенно после того, как он вступил с коллегами в конфликты. Циничного ехидства учеников. Пренебрежения Наташи.
О чём он думал, когда во время прогулки девушка отошла к своим знакомым? О том, что он со своим мировоззренческим кризисом неуместен рядом с этими молодыми, задорными, смеющимися? Что между ним и Наташей пропасть не только возрастная, но и экзистенциальная?
А что дальше?
Режиссёр Станислав Ростоцкий по сценарию Георгия Полонского. Композитор Кирилл Молчанов.
На коду...
Из рецензии А. Шарова "Чистый тон" // Искусство кино. 1968. № 9.
Смотришь фильм и думаешь: какими они будут — люди семидесятых и восьмидесятых годов? И веришь: правдивыми, одаренными воображением, не способными на предательство. И за все это, приходящее как бы само собой, испытываешь благодарность к авторам фильма.