На юге Турции состоялась церемония доставки ядерного топлива на АЭС «Аккую», которую строит Росатом. За этим событием с завистью наблюдали из-за океана. Почему — читайте в материале.
Фото: www.globallookpress.com / Li Zhenbei; 5-tv.ru
Юг Турции, провинция Мерсин. Самая грандиозная стройка планеты. Почти тридцать тысяч человек строят атомную станцию. Территорию в буквальном смысле отвоевали у моря. Засыпали грунтом 60 гектаров в бухте.
«Аккую» — это первый в мире проект, который строят по формуле «строй-владей-эксплуатируй». Это значит, что наш Росатом будет контролировать АЭС на всех этапах до вывода из эксплуатации. То есть, примерно 100 лет.
«Сейчас это, хочу подчеркнуть, крупнейшая атомная стройка в мире, самая крупная атомная стройка в мире. Когда пять лет назад вы ставили задачу приурочить это событие к 100-летнему юбилею турецкой республики, помните мою реакцию? Я сказал, что это маловероятно, что это очень сложный ответственный процесс, который требует большого времени и тщательности, обдумывания каждого шага на этом пути. И все-таки нам при вашей активной поддержке удалось это сделать», — обратился Владимир Путин к Реджепу Тайипу Эрдогану на церемонии доставки ядерного топлива на станцию.
Россия гарантирует Турции дешевое электричество на десятилетия вперед: четыре энергоблока с реакторами ВВЭР-1200 совокупной мощностью в 4800 мегаватт. 15 млн человек смогут потреблять электричество, которое будет вырабатывать «Аккую», — это население такого мегаполиса как Стамбул. Всего станция закроет 10% от потребностей Турции.
Из-за океана с завистью наблюдали за церемонией доставки топлива. Успехи Росатома по всему миру сильно нервируют американцев. Потому что они стремительно теряют огромный рынок мирного атома. Только Европа — это 500 миллиардов долларов.
И чтобы победить русский атом, американцы перешли в последнее время к откровенно рейдерским методам: запретили Чехии сотрудничать с Россией и Китаем. И форсируют свои проекты в Польше, Румынии, на Украине. При том, что состояние атомной отрасли в самих Штатах — катастрофическое. Подробности — в репортаже Николая Иванова.