Пошел второй бокал вина и, кажется, 16я глава замудренного старого романа на английском языке. Мысли начинали путаться, слова сливаться в одну непонятность. Еды и сладостей съедено немерено, даже удивительно, что от такого количества няшек еще ничего не слиплось, ну а в ее возрасте не заболело.
И даже это не помогало избавиться от навязчивых мыслей, которые окружили мозг Юльки. Она сидела на кухне, читая на нетбуке книгу, а из головы не выходили мысли о том, что как-то не так проходит этот вечер. Сегодня выходной, и завтра тоже, но она сидит дома. Муж сказал, что подаст на развод, вот только не это ее угнетало. Это, конечно, тоже, но больше она грустила от того, что нет рядом подружки, которой можно позвонить, договориться о встрече и с утра в кофейне с большими окнами, и за кофе с лимонным пирожным рассказать, какой он подлец, ну или она, и услышать объективную оценку настоящей подруги.
У нее осталась только одна подруга, которая жила в другом городе. Юлька вернулась в дерьмо, из которого выбиралась так долго и упорно. Она снова оказалась в яме самоедства и ненависти к себе, из которой ей, словно Мюнхаузену, порой приходилось себя вытаскивать за волосы. И вот, когда она вылезла, муж старательно своими поступками начал обратно ее запихивать. Не осознанно, конечно.
Юлька - человек дела. Подумала – сделала. Даже без повторного подумала. Сделает, и дай бог, если подумает потом. А вообще, зачем, если все нормально получилось. Но с мужем она стала какой-то слишком предусмотрительной, такой, что сама себя не узнавала. Она перестала смеяться, улыбаться, хотеть хорошо выглядеть. Ей только и приходилось что распределять бюджет и думать, где взять денег, куда их потратить, как сэкономить. А еще за ребенка полная ответственность. Уроки, пристрастие к компьютеру, нехорошие друзья, душевные терзания, тупые одноклассники и хулиганы на улице, все нужно выслушать и дать дельный совет, поговорить, наставить на путь истинный и не забыть про очередную оплату кружка и родительское собрание. Ну и дома никто не отменял уборку, стирку, глажку. Готовил муж. По дому они с сыном могли тоже помочь, но, во-первых, нужно было уговорить и тыщу раз напомнить, а во-вторых, если хотелось порядка, делать все приходилось самой. Ответственности у мужа было не слишком много. Ему как-то всегда было комфортно в том, что есть. Он не торопился делать ремонт или чинить сломанную вещь. Его не парил беспорядок и нехватка денег. Может, и парили, конечно, но он как-то не стремился исправить ситуацию, сетуя то на магнитные бури, то на вспышки на Солнце. Юльку это раздражало. Она любила воплощать идеи моментально, без лишних предисловий. Пришло в голову – действуй.
Будучи человеком творческим, ей оказалось невыносимым существовать в жизненных условиях. Пришлось найти постоянную работу с постоянным доходом, да загрузиться ей так, что свободного времени хватало только на уборку квартиры. Осесть в маленьком городке, где за 15 минут можно изучить все потаенные уголки, и встретить половину населения по пути в магазин. Ходить по одним и тем же дорогам и любоваться одними пейзажами. Делать выбор между ремонтом и отпуском. Все это претило ей до такой степени, что иногда даже плакать хотелось. Но не моглось. После слез у нее отекали глаза, болела голова и не дышал нос, поэтому, Юлька быстро заменила слезы бокальчиком красного сухого. А-то и двумя. Не каждый день, но пару раз в неделю, почему бы и нет. Она на столько уже привыкла к тому, что ее окружает, что уже ей казалось, что так и нужно, так и должно быть. Только душа тихо рвалась на волю, пытаясь воплотить свое творческое начало. Иногда Юлька и ее душа болтали по душам. И душа рассказывала ей, что хочет снова вернуться к творчеству, а Юлька по-дружески просила ее потерпеть еще немного, потому как хотела вырваться из этого маленького городка и нужно было зарабатывать деньги. Они сходились на том, что обе отправлялись спать. А когда душа болела, Юлька кормила ее сладостями и шла на шоппинг, от такого переставала хворать даже самая обессилившая душа, но только в том случае, если сладости те, которые хотелось, и шоппинг удался.
Но одно заветное желание соей души Юлька не могла исполнить. Она не могла встретиться утром с подругой в кафе, чтобы обсудить последние новости. Тут уж помогало только вино, которое отправляло спать обеих пораньше. Уже засыпая, Юлька строила планы, как бы сделать так, чтобы побыстрее встречи стали доступны. Муж, развод, ребенок, нужно квартиру покупать, кафе…. И с этими мыслями каждую ночь ее погружало в сладкий сон. С утра ей было легче, она иногда покупала себе пирожное, правда, не лимонное, и варила кофе. Это хоть как-то создавало иллюзию того, что в ее жизни все, как она хочет. Затем, она убегала по делам, которые сама придумала, а потом сбегала на работу и полностью в нее погружалась, так как иначе просто не умела.
Спустя полгода таких периодических самоугнетений, она все же довела мужа до того, что он подал на развод. Теперь ей можно было ехать куда угодно и когда угодно, и грусть вначале сменилась крыльями через пару недель. Не вечно же грустить, если муж решил, что выхода нет и нужно разводиться, а не меняться. Что ж, все к лучшему, решила она и отправила заявку на изготовление загранпаспорта для себя и сына. Она взяла у подруги фотоаппарат на время и отправилась вместе с ребенком в Германию, путешествовать. В одной поездке стали воплощаться все ее мечты. Она путешествовала и творила фотографии, складывая их заботливо на жесткий диск, а по вечерам пересматривала и оставляла удачные кадры. Они с сыном завтракали в кафе, с кофе, молочно-клубничным коктейлем и пирожными. И в нее начала возвращаться жизнь.
По возвращении домой, пришло озарение, а что, если путешествовать два раза в год? А в остальное время либо откладывать на квартиру, либо делать ремонт… После ухода мужа квартирный вопрос перестал стоять так остро, они с сыном нормально уживались в однушке. И так возобновилось ее творческое начало. Со временем Юлька купила себе свой фотоаппарат, и ее фото стали разлетаться по журналам, как горячие пирожки. Даже пошли спец заказы, когда ей полностью оплачивалась командировка, и нужно было поснимать какой-то ресторан или салон, в ее стиле. Она понимала, что ей мешал не муж, а то, что она ждала от него поездок, оплаты, слишком многого, в общем. И, конечно, порой сильно по нему скучала, оставаясь дома одна. Но у нее появилось много свободного времени без вечерних посиделок и совместных поездок в никуда, чтобы просто побыть вместе. Не с кем теперь было побыть, а девать себя куда-то нужно. Поэтому, она работала на старой работе, а вечерами обрабатывала фотографии, сделанные в поездке.
Иногда она ездила в соседние города, иногда в Европу, иногда к подруге, и они пили кофе с утра в кафе и ели лимонное пирожное, которое было в единственном кафе во всем городе, обсуждали последние сплетни, вместе шли на шоппинг и благодарили судьбу за то, что все к лучшему.