На ноябрьских праздниках я слушала оперу Н. А. Римского-Корсакова "Снегурочка" в современной постановке на второй сцене Мариинского театра. Сцена понравилась, а опера не очень. В основе либретто лежит одноименная пьеса А. Н. Островского, который использовал при её создании славянский и русский фольклор. Поэтому костюмы и декорации должны вызвать знакомые ассоциации: сарафаны, кокошники, косоворотки, лапти, берёзы с самоварами.
Вместо этого - мрачные чёрные строения, венгерско-румынско-карпатские одеяния и соответствующие танцы, которые мало напоминают русские пляски.
Снегурочка, чахлая полуумная девица, застрявшая в пубертате, почти всю оперу ходит с белоснежным шариком в руках. Её родители больше похожи на купцов-старообрядцев. Мизгирь - вылитый опричник Ивана Грозного. Купава похожа на престарелую Цирцею, а не на молодую девушку. Партию Леля исполняла женщина в венке и с косами, поэтому хотелось узнать к какому полу относится её герой. Если Лель - мужчина, то чем ему Снегурочка не угодила? А если женщина, то понятно, почему она главную героиню отвергла. Тогда вопрос вызывает интимный интерес Леля и Купавы друг к другу.
Взаимоотношения Мизгиря и Снегурочки больше походили на взаимоотношения вампира и его жертвы. Роль вампира или даже суккуба играла Снегурочка, потому что вся её активная деятельность осуществлялась ночью. С помощью шарика она поймала душу Мизгиря.
В конце оперы появился ещё один шарик. Фантазии постановщиков я так и не оценила.
