ЯНДЕКС-ДЗЕН ПРИСВОИЛ ДОХОДЫ ОТ РЕКЛАМЫ. КАНАЛ РАССЧИТЫВАЕТ НА МАТЕРИАЛЬНЫЙ СТИМУЛ СО СТОРОНЫ ПОЛЬЗОВАТЕЛЕЙ. ПЕРЕВОД 100 рублей СПАСИБО ЗА ПОДДЕРЖКУ
Уже много лет российское общество негодует по поводу мигалок на автомобилях, дающих их владельцам право реализовать на дороге принцип «ЕзжуКакХочу». Возмущенные пешеходы, разгневанные водители и раздосадованные гаишники, глядя вслед проблесковым маячкам, проклинают зарвавшихся нуворишей, с ностальгией вспоминая прежние времена, когда в стране царили порядок и равноправие.
Однако тоска по советскому прошлому в данном случае (как, впрочем, и в других) неуместна, так как традиция нарушать все мыслимые правила дорожного движения на законных основаниях зародилась именно в СССР. Все началось при Отце народов, когда правительственные лимузины могли безнаказанно давить зазевавшихся пешеходов, а продолжилось в застойные годы, в связи с резким увеличением количества личного автотранспорта в стране.
Тогда, так же как и сейчас, мечтой каждого водителя было обладание охранной грамотой, оберегавшей от общения с представителями правопорядка. Однако такая привилегия была только у машин КГБ, МВД, служебного автопарка парторганизаций и членовозов ЦК.
Генерал-лейтенант Ноздряков, занявший пост начальника Московской ГАИ, решил, что право на безграничную свободу должны иметь не только перечисленные категории граждан, но и те, кто способен щедро заплатить за подобную услугу. Осмотревшись на новой должности, Алексей Петрович, выражаясь современным языком, организовал акционерное общество открытого типа, превосходившее по доходу наркотрафик и торговлю оружием.
Скоро в продажу поступили спецталоны, при виде которых милиционеры почтительно брали под козырек, даже если отчетливо чувствовали стойкий запах алкоголя в салоне. Цена заветного пропуска, прикрепленного к лобовому стеклу, составляла астрономическую для советского труженика сумму – 20 000 рублей (батон хлеба стоил 13 коп, «Волга» - 10 т.р.).
Учитывая напряженные отношения между силовыми структурами, такой бизнес не мог не привлечь пристального внимания со стороны КГБ, поэтому товарищ Ноздряков быстро оказался объектом тщательной разработки. Однако реализовать накопленные материалы рыцари с Лубянки не могли, поскольку главный гаишник Москвы заранее позаботился о своей неприкосновенности. В первую очередь он обеспечил спецталонами – разумеется, бесплатно – первую леди полусвета Советского Союза Галину Брежневу и ее друзей.
Кроме того, Алексей Петрович был желанным гостем в доме самого Леонида Ильича, поэтому имел крепкий сон и не мучился ночными кошмарами по поводу возможного ареста.
Справедливости ради надо сказать, что генерал Ноздряков был хорошим руководителем, много сделавшим для материально-технического обеспечения вверенного ему подразделения, но советская система диктовала свои законы, нарушать которые никто не мог, да и не хотел.
В итоге, личное дело взяточника в погонах, скорее всего, перекочевало бы в архив, по крайней мере, до 10 ноября 1982 года (дата смерти Брежнева), но в дело вмешался Случай.
Осенним вечером 1977 года, кортеж председателя Комитета Партийного Контроля товарища Пельше, направлявшегося домой после плодотворного рабочего дня, нагло обогнала иномарка, продемонстрировав явное преимущество зарубежного автопрома.
Задохнувшись от невиданной дерзости, Арвид Янович жестами выразил крайнее возмущение. Охранники, не дожидаясь, пока к шефу вернется дар речи, связались с ближайшим постом, на котором зарвавшегося лихача спустили с небес на землю – то есть отняли розовый талон, записали установочные данные и прокололи права.
Товарищ Пельше, отойдя от шока, кропотливо изучил личное дело дорожного лихоимца, чтобы невзначай не обидеть «не того человека». Только убедившись, что имеет дело всего лишь с состоятельным плебеем, не вхожим ни в один из кремлевских кланов, он связался с председателем КГБ.
Можно только представить, как обрадовался звонку председателя КПК Юрий Владимирович, поняв, что с помощью Пельше, сможет, наконец, добраться до непосредственного подчиненного своего давнего врага – Николая Щелокова.
В самых ярких красках расписав непотребства, ставшие нормой, в вотчине министра МВД, тов. Андропов немедленно получил санкцию на проведение оперативно-следственных мероприятий по отношению к генералу из ненавистного ведомства.
Уже на следующее утро, группа следователей потребовала у гражданина Ноздрякова список лиц, незаконно получивших специальный пропуск. Генерал, явно рассчитывая на сознательность визитеров, гордо показал фотографии, запечатлевшие их совместную охоту с Леонидом Ильичом, но строгие товарищи не проявили должного пиетета и приступили к обыску.
В итоге чекисты изъяли солидную картотеку (1159 фамилий), в которой фигурировала вся бизнес-элита столицы рабоче-крестьянского государства – знаменитые артисты, директора рынков, заведующие магазинами, их дети, внуки и даже два вора в законе, один из которых числился в розыске.
Последнее обстоятельство особенно возмутило председателей обоих Комитетов, но товарищ Щелоков вовремя обратился к другу, давно уже исполнявшего обязанности генерального секретаря, после чего дело против «честного партийца, крепкого хозяйственника и прекрасного семьянина» пришлось замять.
Принципиальных людей, способных пойти до конца ради торжества справедливости и, в случае неудачи, положить партбилет на стол, среди обличителей не нашлось. С другой стороны, их тоже можно понять, поскольку, если бы из-за каждого безобразия, творившегося в СССР, приходилось рисковать карьерой, то через полгода в стране не осталось бы ни одного коммуниста.
Так или иначе, но в дальнейшем, когда застрелился сам Николай Щелоков, удача не отвернулась от генерала. К тому времени Юрий Андропов уже расчистил себе путь на вершину Олимпа, поэтому мелкая фигура гаишника перестала его интересовать. Оборотистого чиновника, одним росчерком пера зарабатывавшего десятки тысяч рублей, уволили из органов, с почетом проводив на заслуженный отдых.
На излете советского строя, ситуация в стране разделила Политбюро на две группы. Основной костяк состоял из аскетичных инвалидов-догматиков, вроде Суслова, Андропова и Пельше, мечтавших дожить свой век, крепко уцепившись за власть. Им противостояли другие товарищи, уловившие «ветер перемен» и намеревавшиеся получить все материальные блага, соответствовавшие их положению. При этом и те, и другие никогда не верили в коммунизм, а объединяло их только одно – абсолютное презрение к народу и полное равнодушие к будущему страны.
ПРОДВИЖЕНИЕ СТАТЕЙ ЗАВИСИТ ОТ КОЛИЧЕСТВА "ЛАЙКОВ" И ЧИСЛА ПОДПИСЧИКОВ.