Военный рассказал о молодых «пацанчиках», которым пропаганда навязала собственные ценности. От разрывающихся снарядов бойцу становилось дурно. Однофамилец киевского политика – Сергей Викторович Кличко – попал в российский плен в Мариуполе. Сразу же заявил: «Украинский режим не поддерживаю!». Боец не хочет возвращаться домой, семьи и близких нет, не прочь отправиться на передовую снова… встав на сторону России. – Я уроженец Харькова, был мобилизован 26 февраля. После работы пришел домой, позвонили в дверь, участковый пришел. Говорит: возьми с собой паспорт, военный билет, немного денег, поехали с нами, – начал Сергей Викторович. – Военную подготовку не проходил, чисто сразу в «топку» отправили, – уточнил интервьюер. – Верно! Направили в 56 бригаду в Мариуполе. Нахватали двадцатилетних «пацанчиков». По моему мнению это малолетки. У них там ветер в голове. Насыпали какой-то ерунды в голове пропагандисткой. Они возомнили себя терминаторами, как будто все могут. «Сегодня – приедем, завтра п
Военный рассказал о молодых «пацанчиках», которым пропаганда навязала собственные ценности. От разрывающихся снарядов бойцу становилось дурно.
Однофамилец киевского политика – Сергей Викторович Кличко – попал в российский плен в Мариуполе. Сразу же заявил: «Украинский режим не поддерживаю!». Боец не хочет возвращаться домой, семьи и близких нет, не прочь отправиться на передовую снова… встав на сторону России.
– Я уроженец Харькова, был мобилизован 26 февраля. После работы пришел домой, позвонили в дверь, участковый пришел. Говорит: возьми с собой паспорт, военный билет, немного денег, поехали с нами, – начал Сергей Викторович.
– Военную подготовку не проходил, чисто сразу в «топку» отправили, – уточнил интервьюер.
– Верно! Направили в 56 бригаду в Мариуполе. Нахватали двадцатилетних «пацанчиков». По моему мнению это малолетки. У них там ветер в голове. Насыпали какой-то ерунды в голове пропагандисткой. Они возомнили себя терминаторами, как будто все могут. «Сегодня – приедем, завтра победим, послезавтра – дома будем», говорят они.
Военный признался, что от разрывающихся снарядом становилось плохо, было очень страшно.
Кем видишь себя на свободе?
– Я вообще автослесарь. Вижу работягой, не мечтаю о золотых горах, но хочется жить в достатке. В плен сдался добровольно. Сколько лет прожил, все наблюдал со стороны. Не видел правильный решений. Если что-то делали, не видел в этом логики, – резюмировал боец.
Источник: Курьер.Среда
