Злые языки поговаривали, что свою вторую супругу король Шотландии заприметил еще на свадьбе с первой. Хрупкая принцесса Мадлен Французская была больна чахоткой и влюблена в него, ну а Мари де Гиз была статна, хороша собой и... замужем!
Король Франции Франциск I дал за дочерью хорошее приданое - 100 тысяч экю, и это, наряду с политическими выгодами, было убедительным доводом в пользу женитьбы на слабой здоровьем принцессе. Хотя поначалу в шотландские королевы прочили вовсе не Мадлен.
Франциск пытался сосватать Якову знатную аристократку Марию Бурбон, и шотландец лично посетил Францию, чтобы познакомиться с ней. Но, согласно красивой легенде, по пути в Лион, где располагался королевский двор, проезжал мимо озера и заприметил стайку прелестных купальщиц, среди которых была юная королевна Мадлен. И, увидев ее затем во дворце, принял твердое решение жениться именно на этой тонкой бледной нимфе, а не на крепкой и земной Марии. История романтичной встречи была сочинена скорее всего позже, а истинной причиной могла быть практичность шотландского короля: Яков отлично понимал, что больная чахоткой жена в сыром холодном климате Шотландии долго не протянет. А значит и богатое приданое останется в казне, и можно будет подобрать следующую выгодную невесту. Это осознавал и Франциск, выступавший против этого губительного для дочери брака. Но Мадлен, влюбившись, сыграла на руку планам Якова, заявив отцу, что "я буду королевой столько, сколько проживу...".
Свадьба была торжественной и пышной: после венчания в соборе Нотр-Дам, состоявшегося 1 января 1537 года, гости собрались на роскошный пир, и там король Яков, желающий показать, что Шотландия отнюдь не захолустное и бедное королевство, решил попотчевать присутствующих "дарами своей страны". Слуги подали десерт, и пирующие, открыв крышки, ахнули: на блюдах перед ними лежал золотой песок вперемешку со слитками.
Четыре месяца длились торжества и празднества: Франциск, как мог, оттягивал отъезд дочери, и только в мае 1537 года было принято трудное решение отправить кораблем юную королеву с супругом на ее новую родину.
Морское путешествие Мадлен перенесла тяжело - король и его свита уже не чаяли, что довезут ее живой. Через четыре дня корабль причалил к шотландским берегам, и королева, с трудом сойдя с палубы, преклонила колена и поцеловала землю. Казалось, ее невзгоды позади - шотландцы восторженно приняли юную красавицу, в честь нее был устроен роскошный пир, всю ночь играли волынки и горели костры. Да и сам Яков казался влюбленным и счастливым - каждую ночь он проводил с женой.
Но ложку дегтя в медовый месяц молодых подбавила свекровь, Маргарита Тюдор. Она, обнаружив, что новобрачная больна чахоткой, закатила сыну скандал и потребовала, чтобы он попытался расторгнуть брак с Мадлен и женился на Марии Бурбон, как и планировалось изначально. А с французского короля, который сосватал Якову больную дочь, потребовать еще большего приданого с новой девицей.
Но король отказался расставаться с женой, и приказал не медлить с ее коронацией. Уже вовсю шились наряды, заполнялись вином фонтаны, украшались пиршественные залы когда Мадлен, летняя королева, скончалась. С ее приезда в Шотландию прошло всего несколько недель. Смерть юной и прекрасной королевы опечалила подданных, которые нарекли Мадлен "Королевой Лета". Горевал и сам король...
Меньше через год Яков снова женился. За Мари де Гиз, которая успела овдоветь к тому времени, он получил еще больше приданого от французского короля - 150 тысяч золотых экю.