Та встреча, которой в этом году исполняется юбилейные двадцать лет, трактовалась и оценивалась мной с разных сторон. И пожалуй, окончательная версия в формировании оценки того события у меня появилась спустя много лет, когда в голове укоренилось четкое осознание важности подготовки к переговорам, формирования списка аргументов, готовность к отработке возражений и т.д. В общем, когда я начал понимать, что такое продажи.
Но тогда все было иначе. Тогда я вышел из кабинета с чувством огромного страха и понимания, что я сам себя подписал на два года страданий.
Итак, по порядку.
Легенды о Львовиче ходили годами. Даже десятилетиями. Рассказы, которые передавались школьниками из поколения в поколение были и есть достойны экранизации. Пожалуй, моей любимой историей была та, что любой из школьников, который обучался физике у Львовича, мог вызвать его на шахматную дуэль. На карту было поставлено всё. Обыгрываешь Львовича в шахматы - тебе гарантирована пятерка по физике, посещение занятий становится не обязательным, твое имя остается в веках. Проиграешь - все страдания, регулярные вызовы к доске, дотошный подход в оценке любой твоей работы - это лишь самые малые последствия, которые будут тебя сопровождать до окончания школы.
Ни один человек не обыграл Львовича. Точнее, даже не так. Один раз я был свидетелем, как один из моих одноклассников бросил ему вызов и они уселись за шахматную доску. Львовичу был задан уточняющий вопрос:
- "Владимир Львович, что будет, если я проиграю?"
- "Ничего"
Фраза сопровождалась легкой лукавой улыбкой и еле уловимым прищуром из под тонированных очков.
Партия была проиграна одноклассником, даже не начавшись.
Так вот. После девятого класса, решив идти в десятый, нужно было определиться с выбором профиля класс. Учеба в 10 и 11 классе нашей школы разделяла школьников на несколько профильных направлений. К ним относились - финансово-экономический профиль, физико-математический, литературный и что-то еще. Сейчас уже не суть. Ключевой аспект - я выбрал физмат. Почему? Когда-то давно, я посмотрел фильм "Хаккеры", который на мой не сформированный детский мозг произвел колоссальное впечатление. В добавок к этому, ребята со двора поступали на аналогичные специальности в университеты, сопровождая свои действия романтикой рассказов "как круто быть компьютерщиком". По совокупности факторов, я решил что через два года буду штурмовать именно тот универ, который готовил мастеров клавиатуры и программирования.
Для достижения этой цели, я решаю идти на профиль физмата в старших классах школы. Распределение на профили осуществлялось на основании заявления, которое писал школьник после девятого класса в кабинете секретаря директора школы. Сижу в этом кабинете в тот самый день. По стечению обстоятельств, в момент подписание мной профильных списков (списки готовились заранее), в кабинет зашел мой классный руководитель. Мне поступил вопрос - какой профиль ты хочешь выбрать? "Физмат" - отвечаю я. И тут мне задают вопрос, который меня повергает в ужас - "Ты в курсе, что попадаешь к Львовичу?" (да, именно в формулировке "к Львовичу", а не "Владимиру Львовичу", т.к. это был уже устоявшийся десятилетиями бренд и даже учителя могли спокойно его так называть при учениках, не боясь задеть чьи-либо чувства).
В данный момент, я понял, что при расчете своего карьерного пути к заветной цели я учитывал всё, кроме того, что физику мне будет преподавать именно Львович (до десятого класса предмет у меня вел другой учитель. В моем понимании, он и должен был сопровождать нас в 10 и 11 классах). И тут важно отметить - про Львовича я только слышал и никогда не пересекался лично. И те рассказы, про его самодурство, жесткий подход и огромные требования к ученикам вызывали у меня страх и желание избежать подобных встреч.
Видимо, в тот момент, в моих испуганных глазах легко читалось осознание совершенной мной ошибки. Комичность ситуации состояла в том, что мне порекомендовали выбрать другой профиль, не добавляя себе жизненных страданий и испытаний. Я в моменте согласился.
Но была проблема.
Учитывая, что списки уже были предварительно подготовлены, сформированы и распечатаны, любые изменения требовали согласования с завучем. Т.е. школьник идет к завучу, говорит что-то типа "я тут подумал... я тут передумал..." и тебя переносят из одного профильного списка в другой.
И на словах всё звучит просто и логично. Но в тот день, судьба испытывала меня на прочность как могла.
Завучем был тот самый Львович. Да, ты идешь к нему и говоришь, что передумал идти к нему. Моя группа поддержки в виде мамы, секретаря директора и классрука отправила меня на согласование данного перевода в кабинет Львовича.
Никогда еще за девять лет моей учебы, коридор второго этажа, соединявший кабинет завуча и директора не казался мне таким длинным, как в тот день...
Продолжение следует.