Ещё недавно многие политики, ученые и эксперты в Соединенных Штатах и Европе с надеждой говорили о геополитических выгодах предстоящего перехода к более чистой и зеленой энергии. К осени 2021 года, на фоне энергетического кризиса в Европе, стремительного роста цен на природный газ и нефть, даже самый оптимистичный сторонник нового энергетического порядка понял, что переход будет в лучшем случае непростым. Оставшийся романтизм испарился с началом активных боевых действий между Россией и Украиной.
По мнению авторов материала, поводы для оптимизма есть. Так, нефтяной кризис 1970-х годов дал толчок к появлению множества инновационных технологий вроде модифицированных ветровых и солнечных электростанций. Выросла эффективность транспорта, были созданы правительственные и общественные институты, нацеленные на разработку и координацию энергетической политики. Нынешний кризис также может привести к появлению новых идей и методов, если, конечно, политики осознают новые реалии.
Движущей силой новой энергетической нестабильности являются три основных фактора: возобновление соперничества великих держав во все более многополярной и фрагментированной международной системе, действия стран по диверсификации своих цепочек поставок и реалии изменения климата.
Авторы материала приводят ряд примеров перестройки системы связей между геополитическими субъектами. Так, перед лицом предполагаемого или реального снижения влияния США на Ближнем Востоке, такой игрок как Саудовская Аравия пришел к выводу, что следует стремиться к развитию отношений и с иными державами – в первую очередь с Китаем и Россией, особенно с первым, который является одним из крупнейших покупателей его нефти. Принятие королевством Китая в качестве гаранта недавнего ирано-саудовского сближения укрепляет роль Пекина в регионе и его глобальный статус. Отношения с Москвой также стали особенно важными для Саудовской Аравии. Несмотря на мировой тренд по критике действий России на Украине, Эр-Рияд считает, что Россия остается важным экономическим партнером и партнером в управлении волатильностью нефтяного рынка.
Говоря о шансах на реальный энергетический переход в мировом масштабе, авторы отмечают важность качественной и надежной энергетической инфраструктуры. Правительства и частные компании уже давно работают над защитой энергетической инфраструктуры от всех видов опасностей, от террористических атак до ураганов – впрочем, недавние события вроде инцидента с подрывом газопровода «Северный поток-2» заставляют думать, что положение в сфере безопасности далеко от идеала.
Подводя итог, журналисты FA сообщают, что ряд мер, вроде промышленного плана Европы «Зеленый курс», так или иначе позволяют ускорить движение к достижению нулевых выбросов. Кроме того, эти меры позволяют снизить энергетическую нестабильность, снижать зависимость от углеводородов, доступ к которым становится все более сложным ввиду геополитических аспектов. Тем не менее, принятые к настоящему времени меры по переходу к зеленой энергетике усиливают энергетическую нестабильность. Причина тому – рост протекционизма и нарушения мировой системы разделения труда вследствие развития национальной промышленности. Все это может снизить энергетическую безопасность экономики как на мировом, так и на государственном уровнях.