На этой неделе исполняется 25 лет знаменитым Белфастским соглашениям (Good friday agreement), которые должны были положить конец кровавому конфликту между протестантами и католиками в Северной Ирландии. Спустя четверть века можно наконец признать, что результат соглашений получился неоднозначным.
Настолько неоднозначным, что нынешний президент США вынужден лично прилетать в Белфаст и убеждать лидеров североирландских партий, что нужно вновь запустить работу местного парламента, парализованную из-за партийных разногласий.
Как так получилось, что мирный договор так до конца и не смог решить всех проблем неспокойного региона Соединенного Королевства?
Главная проблема Белфастских соглашений состоит в том, что обсуждали и принимали их еще те люди, которые успели застать мирную Северную Ирландию конца 1950-х и начала 1960-х годов. Отсюда и попытки вернуть сложившийся к тому моменту статус-кво. Новое же поколение североирландских политиков не видело ничего кроме противостояния двух непримиримых лагерей.
Другая проблема состоит в том, что за минувшие четверть века в Северной Ирландии произошла собственная партийная революция.
Вместо умеренных протестантской Ольстерской юнионистской партии (UUP) и Социал-демократической и католической лейбористской партии (SDLP) на сцену вышли более непримиримые политические силы: и Демократическая юнионистская партия (DUP), и «Шинн Фейн» (Sinn Fein). Они гораздо понятнее современному избирателю и не слишком оглядываются на старое соглашение.
Фактически за минувшие годы обе стороны пришли к выводу, что документ либо следует максимально модифицировать, или вовсе отказаться от соглашения.
Ирландские католики-националисты убеждены, что Лондон должен был предоставить им за эти 25 лет возможность провести референдум об объединении с Дублином. К тому же католики уверены, Лондон нельзя считать нейтральным арбитром.
Не меньшее разочарование наблюдается и среди протестантов-юнионистов (т. е. сторонников единства с Великобританией. — Прим. ред.).
Они твердо уверены, что Лондон решил продать их, пожертвовав интересами протестантов ради соглашения с Брюсселем о выходе из Европейского союза. Некоторые вспоминают, как последние годы Лондон преследовал солдат, которые были отправлены в регион для жесткого подавления беспорядков в 1970-х. Другие чувствуют, что нынешнее консервативное правительство готово отойти от принципа единого и неделимого Соединённого Королевства.
Слабость нынешнего соглашения демонстрирует и развернувшееся противостояние вокруг работы североирландской ассамблеи.
Главная протестантская политическая сила — Демократическая юнионистская партия (DUP) — просто заблокировала работу местного парламента. Всему виной последние выборы, где больше всего мандатов получили католики-националисты из «Шинн Фейн». Победитель должен был заполучить и портфель первого министра, но тут уже воспротивились протестанты, которые не хотят таких исторических прецедентов и просто заблокировали работу ассамблеи.
Согласно мирному соглашению, для формирования правительства нужна поддержка и протестантов, и католиков. А протестанты просто отказываются получать свои посты и своим бойкотом парализуют работу ассамблеи. К тому же у католиков из «Шинн Фейн» есть большинство мест, но это далеко от абсолютного парламентского большинства.
Визит Байдена не способен решить такой длительный кризис.
К тому же не секрет, что американский президент не скрывает своих католических и ирландских корней. Вряд ли такая комбинация понравится тем же протестантам в регионе.
К тому же слишком многие помнят благожелательное отношение Демократической партии к ирландцам-католикам. Тот же Клинтон без всяких проблем раздавал визы для политиков, которых связывали с ИРА. Даже несмотря на критику из Лондона.
Байден улетит, а Лондону придется снова разруливать североирландский тупик.
При этом стоит понимать, что радикальные силы в регионе тоже не сидят сложа руки. Регулярно о себе напоминает новая ИРА, которая устраивает громкие нападения и покушения. Юнионисты тоже помнят, куда спрятали закопанное оружие.
Таким образом, кризис в Северной Ирландии может напомнить о себе в любой момент.