Иван Арнольдович скорбно изучал факс от поставщика. Над обычным шумом за дверью кабинета приподнялся бубнёж охранника – Серёжи. Ему вторил несколько истерический женский голос. Голоса переплелись косичкой в несколько оборотов, а потом раздался детский рёв. Хороший такой, раскачанный долгими тренировками, профессиональный и подавляющий волю. Иван Арнольдович оторвался от мучительных раздумий о будущем. «Только бы не налоговая», подумал он. Мелькнуло дичайшее виденье – пятилетняя девочка в серой лейтенантской форме.
– Серёжа! Что там случилось? – истерзано крикнул Иван Арнольдович.
В дверь просунулся рыжий детина. Он был румян и обижен.
– Иван Арнольдыч, а чего она?!
Иван Арнольдович Пепин, мужской, пятидесяти пяти, женат, владелец ювелирного магазина «Смарагд», оторвал себя от кресла так, как отрывается пластырь от мозоли – хээч! За дверью был магазин, и там царила обыкновенная жизнь – несколько девиц на выданье примеряли кольца. Милиционер у дверей безуспешно боролся со сном.
Перед кабинетом стояла растрёпанная женщина немногих, но трудных лет. Рядом с ней переминался с ноги на ногу печальный мужчина в водолазке. Между ними находился источник визга – откормленный, крепкий ребёнок женского пола с многочисленными, ненавистно стянутыми хвостиками. Покупатели уже начинали коситься.
– Прошу в кабинет, – скривившись, подытожил Иван Арнольдович.
Женщина уселась в кресло для посетителей, девочка прижалась к ней лицом. Мужчина привалился к косяку, Серёжа подпер собой сейф.
– Чаю?
– Давайте, – сказала женщина.
– Нет, спасибо, – помотал головой мужчина.
Иван Арнольдович налил кипятка из кулера, бросил пакетик и два кусочка сахара. Натянул на лицо улыбку, присел на край стола.
– Что случилось? Почему слёзы?
– Гномики! – выкрикнула девочка и спрятала лицо в мамин свитер.
– Так.
– Сманили моих гномиков, вот! – опять выкрикнула она.
Иван Арнольдович посмотрел на женщину.
– Понимаете, у Сонечки в ящике с игрушками жили гномики…
– Инни и Винни!
– А потом вы тут открыли магазин, и гномики пропали.
– Ага. И вы решили, что гномики сбежали ко мне?
– Да, – выкрикнула Сонечка, – они у вас шуршат за дверкой!
– За дверкой?
– На улице, – пояснил мужчина, – под лестницей.
– Что у нас под лестницей? – спросил Иван Арнольдович Серёжу.
– Подсобка. Швабры, веники.
– У кого ключ? Ах, да.
Иван Арнольдович выдвинул ящик стола, достал связку ключей.
– Сергей, сходите. Если там гномики – выпустите.
Серёжа взял ключи, вышел из кабинета. Следом потянулись Сонечка с мамой.
– Вы нас простите, – сказал печальный мужчина.
– Да ничего страшного.
– Всю душу вымотала, верите? Верни ей гномиков и всё тут.
– Почему она решила, что я их сманил?
– У вас на вывеске гномик. И дверка эта маленькая. И шуршит там кто-то.
– Мыши, наверное, завелись.
– И золотом торгуете. Она решила, что это гномики вам его приносят.
Иван Арнольдович посмотрел на нетронутый чай. Пузырьки от кусочков сахара нарисовали на его поверхности два идеальных квадрата.
– Эх, кабы гномики, – скорбно сказал директор, – я бы и бед не знал. Поставщики такие цены задирают – скоро сам в гномики пойду.
– Понимаю.
Дверь распахнулась, в неё заглянул Серёжа.
– Ушли, шеф. Как бы не нашли ничего.
– Жаль.
– В овощной пошли – у них там тоже дверка.
Мужчина поднялся и протянул руку:
– Пойду я.
– Ступайте с богом. У самого внучка – понимаю.
– Простите нас ещё раз.
– А… Чем они питаются?
– Кто?
– Ну, гномики. Сонечка их чем-то кормила?
– Молоком, – мужчина застенчиво улыбнулся и вышел.
– Вот народ пошёл! А? – сказал ему вслед Серёжа.
– И не говори, – ответил Иван Арнольдович, склонившись над исчёрканным факсом от поставщика.
Молоко нашлось в холодильнике, а блюдечко осталось от сбежавшего кота Васьки.