Опера, сыскари, настоящие короли криминального мира! Хорошего оперативника даже прожженный рецидивист уважает. Уголовный розыск – это настолько уникальное подразделение, что их сотрудники могут абсолютно всё, и никто им не может в этом помешать!
Например, самый известный оперуполномоченный Глеб Жеглов может платочком вытащить заточку из тела своего коллеги Васи Векшина, чего обычным милиционерам делать категорически нельзя.
И эксперты все равно найдут на ней те же отпечатки пальцев, что и у шофера, которого Жеглов застрелил.
Погони, перестрелки, опросы алкашей, проживающих по соседству – вот работа настоящего оперативника! Но капитану Жеглову этого мало, поэтому он принимает на себя обязанности руководителя осмотра места преступления и командует "руками ничего не трогать". Что же тогда делать? Можно водить хоровод вокруг трупа всему МУРу.
Когда уже кофе им принесут в конце-то концов?
Жеглов даже может повертеть в руках шкатулку, из которой были похищены драгоценности убитой Груздевой.
А главное вещественное доказательство – пулю – вообще по рукам пустить.
Жеглов же опытный оперативник, повидал много оружия калибра 6,35 мм с шестью левыми нарезами – целых два: "Омега" и "Байярд! И абсолютно неважно, что их намного больше.
Пуля в любом случае иностранная, не смотря на то, что аналогичные патроны делали в Ульяновске для советских пистолетов ТК Тульских Коровина, которые носили сотрудники НКВД.
А вот отечественная маркировка на гильзе – действительно "загадка", потому что на самих ульяновских патронах маркировок не было вообще никаких.
И я еще промолчу про достаточно известный ляп: пистолет, называемый весь фильм "Байярд", оказался на самом деле Вальтером, да еще и другого калибра.
Для него любой патрон калибра 6,35 мм действительно будет нестандартным настолько, что выстрела не произойдет вообще.
Тем временем криминалист был так шокирован профессионализмом Жеглова, что обработал дактилоскопическим порошком только бутылку, которую хозяйка по словам Фокса якобы вскрыла еще "на Пасху", но совершенно упустил из виду бокал, из которого пил загадочный гость убитой.
А чтобы не отставать от неподдельного энтузиазма оперативников, эксперт придумал свою экспертизу – стоматологическую: "...знакомые зубные техники сделали слепок со следа, оставленного на плитке шоколада. Мы сравнили слепки Груздевых с этим образцом..." Говоря простым языком, изобрел велосипед, придуманный до него, но работающий задом наперед. Для настоящей трасологической экспертизы необходимо, чтобы подозреваемые лица кусали аналогичные плитки шоколада или сходный пластичный материал, и уже эти следы укуса эксперты сравнивают между собой.
При создании фильма его авторы консультировались со слишком высокопоставленными сотрудниками МВД СССР, потому что те криминалисты, которые работают с такими объектами каждый день, однозначно никогда такого не посоветуют и никогда в своей речи не употребят фразу «пальцевые отпечатки». Реальные эксперты придерживаются термина «след».
Создается впечатление, что только Шарапов читал учебник, со времен издания которого в криминалистике почти ничего не изменилось.
Даже сажа для изъятия следов рук такая же черная.
И уже тогда в книжке было написано, что не рекомендуется изымать исследуемые документы, сминая их в карман.
Но, не смотря на эти недочеты, оперативниками и криминалистами МУРа собрана качественная доказательственная база для обвинения Евгения Фокса в убийстве Ларисы Груздевой. Они нашли достаточное количество разнообразных следов и предъявляют их убийце совсем не голословно в отличие, например, от самопровозглашенного детектива Бенуа Бланка.