Минутка краеведения. 104 года назад: «Семилетний Петров оказался свидетелем того, как в канун праздника Пасхи 1919 года, за день до вторжения в Южную Карелию финских добровольческих отрядов, в одной из деревень красноармейцы-пограничники шумно веселились. Они составили оркестр из всего, что попалось под руку: гармошки, гитары, балалайки, «даже от печки взяли заслонку и начали играть, и такую шумную затеяли игру, что наш деревянный домик ходуном заходил, а я от радости кружился по полу как волчок».
В ответ на увещевания бабушки, которая попыталась прекратить эту потеху, затеянную в Страстную Субботу, приятель автора воспоминаний — «дядя Петя» — парировал следующими словами: «Знаете что, старуха, у вас завтра Пасха, Исус Христос воскреснется, а нас наоборот, если что, мы никогда не воскреснемся, а люди, вот как твой внук, будут вспоминать, какие мы Исусы Христы».
Это из сборника исторических материалов о гражданской войне и интервенции на Севере, изданном в 2020 году в Архангельске. Статья карельского историка Елены Дубровской про «военную повседневность в памяти населения российской Карелии».
Как она замечает, «актуализировалось желание самому остаться в памяти «своих» соратников, хотя бы даже ценой мученической гибели, сближавшей предвидение человеком собственной судьбы с традиционными представлениями о «святых» и «страстотерпцах».
Сразу вспоминается Александр Блок с его поэмой «Двенадцать». Вообще, шансов выжить у этих парней весной 1919 года было не так уж и много. А попасть живым в плен к белофиннам было еще страшнее…
Как пошли наши ребята
В Красной Армии служить —
В Красной Армии служить —
Буйну голову сложить!
Напомню вкратце о той истории. Хотя бы потому, что в спорах о причинах финской войны 1939-40 года многие представляют Финляндию невинной, миролюбивой «овечкой». Якобы «маленькая Финляндия не могла на нас напасть». Но до 1939 года правящий класс этой страны организовывал нападения на Советскую Россию и не один раз. (Подробнее об этом моя статья «О ПРИЧИНАХ ФИНСКОЙ ВОЙНЫ»).
Весной 1919 года руководство Финляндии считало гибель Советской власти вопросом решенным и, пользуясь удобным случаем, предприняло попытку присоединить к себе южную Карелию. Поэтому 21—22 апреля 1919 года так называемая «Олонецкая добровольческая армия» перешла государственную границу в южной Карелии.
Первой встретила врага Погранкондушская застава. Большинство ее бойцов погибло, а двадцать пленных пограничников были зверски убиты белофиннами в Погранкондушах, в их числе и командир заставы Жмерин И.И.
21 апреля белофинны подошли к селу Видлица, где располагался лишь штаб погранотряда и отряд местных крестьян, сформированный по инициативе большевистской ячейки. Силы были неравными, но горстка красных бойцов решила принять бой. Руководил ими старый большевик, рабочий-путиловец Михаил Евстафьевич Розенштейн, направленный в Карелию для помощи местным сторонником Советской власти.
После первого столкновения отряд вынужден был отойти и занять позиции в каменном здании видлицкой церкви. Целый день атаки белофиннов не имели успеха, бой стих только с наступлением сумерек. На следующий день интервентам удалось подорвать здание церкви и ворваться в нее. М.Е. Розенштейн, не желая сдаться врагу, покончил с собой. Оставшиеся в живых бойцы были схвачены белофиннами и после истязаний расстреляны.
Вообще, за короткое время в одном Олонецком уезде белофиннами и их прислужниками было убито 286 коммунистов, учителей, крестьян, в том числе несколько малолетних детей. Что само по себе дает представление о масштабах белого террора.
А о конце Олонецкого похода белофиннов рассказывается в моей публикации СУДЬБА-ЗЛОДЕЙКА ПОРУЧИКА ГУСАРОВА | Александр Степанов | Дзен (dzen.ru)