Глава 3
Переглядываемся с моим адвокатом, недоуменно пожимаю плечами. В ответ фиксирую едва заметный неторопливый кивок.
Стараюсь расслабиться.
Перехватываю уверенный тяжелый взгляд. Тут же отвожу глаза, потому что внутри что-то начинает бурно реагировать.
Марат решил забрать у меня все? Согласна, он всегда работал больше, на износ. Однушка в старом районе, которую мы никогда не сдавали и в которой периодически проживал кто-то из семьи Марата, перешла супругу от родителей ещё до нашей свадьбы. Огромная трешка в престижном районе была куплена в браке. Да, чтобы ее купить, мы продали квартиру погибшей сестры Марата… но я не думала, что будет такая принципиальная… даже не позиция, а поза.
Открываются глаза. Я, честно, не ждала такого от Марата. Он всегда был для меня щедрым на действия, хоть и скупым на слова.
Сломлена. Пожалуй, самое подходящее слово, описывающее мое состояние в это чудное мгновение.
— Мой клиент будет категорично настаивать, чтобы его супруга после развода получила половину имущества. Как полагается. Не только машину, но и квартиру, в которой они проживали совместно с Маратом Эльдаровичем. Плюс господин Сагуров считает нужным отписать супруге загородный дом, находящийся… — далее идёт перечисление координат и примерная стоимость имущества, а я сижу и шелохнуться боюсь. Это даже несколько больше половины…
Лишь только потрясённый взор упорно находит супруга.
«Посмотри на меня, — зову его беззвучно. — Посмотри! Зачем? Почему ты все это делаешь, Марат?!»
Но «господин Сагуров» не внемлет моим молчаливым просьбам.
— Это лишнее. Мне ничего не нужно, кроме машины, — не смею больше терзать мужа вопросительными взглядами. Отворачиваюсь.
— Какие причины заставляют вас, Мария Александровна, отказываться от предложенного варианта раздела имущества? — удивляется судья. — Это как минимум нелогично и невыгодно вашей стороне.
— Марат всегда работал и зарабатывал больше. Квартиры — его личная собственность, — немного привираю. — Я не претендую ни на что.
А в памяти всплывают неизменные слова его мамы. Что он меня на помойке подобрал.
— Просто хочу, наконец, развестись, — добавляю тихо.
Звенящее молчание обрушивается на всех. Меня оглушает.
Прячу трясущиеся руки под столом, молясь, чтобы эта пытка уже закончилась.
Не понимаю его совсем. Зачем? Почему?
— Не сказать, что ваш случай очень уж обычный. Вам бы договориться между собой. Возможно, кому-то есть что добавить? — судья обводит взглядом присутствующих. — Внести, так сказать, ясность.
Далее ещё летят какие-то фразы, уточнения, диалоги. А я не способна воспринимать уже ничего.
Лишь один вопрос в голове. И я намереваюсь его озвучить.
Секунды превращаются в калейдоскоп. Когда судья удаляется, озвучив решение, я тут же подскакиваю с места. Делаю пару шагов навстречу…
— Для чего, а? Скажи мне, зачем?
Встречаю равнодушный взор, темнота его утягивает на дно. И ничего не могу там разглядеть. Между мной и супругом стена. И сдвинуть ее уже не получится.
Марат пытается обойти меня, но я в порыве отчаяния слишком твёрдо накрываю его грудь ладонями. Меня трясёт от этого касания, а он даже не пошатнулся!
— Ответь мне! Зачем? Я ничего не просила! — срывающимся голосом.
— Я так решил, — летит, как всегда, скупой ответ. Он так решил. Теперь у меня не только личная машина, но и квартира. Та самая, в которой для меня всегда будет пахнуть им. — Вещи заберу так скоро, как смогу. Потом можешь поменять замки.
Отходит от меня, смело глядя вперёд. В будущее без меня.
А я готова осесть на пол и скулить, как раненая собака.
Больше этого мужчины у меня нет. Сердца нет. Души нет… С собой забрал.
Кричать хочется, но не поможет уже. Крушить, громить, но лучше не станет.
Не понимаю, как жить дальше.
Не понимаю, к чему идти.
Сломленная. Внутри пустота.
Моя семья разрушена. Я стою у груды обломков.
Просто потому, что он… так решил.