Сидел на премьере и думал: почему сейчас так много спектаклей о жизни Есенина, так много моноспектаклей о Вертинском и о Бродском, а вот о Маяковском — всего ничего? А между тем совсем скоро, 19 июля, исполнится 130 лет со дня рождения великого поэта.
Может, в народе его не любят? Или во всём виноват товарищ Сталин, написавший свою знаменитую резолюцию на письме Лили Брик: «Маяковский был и остается лучшим, талантливейшим поэтом нашей советской эпохи. Безразличие к его памяти и его произведениям — преступление»?
Или всё дело в том, что стихи «певца революции», становившегося, по его же признанию, на горло собственной песне, не больно-то ложатся на музыку? Или что драматургия Маяковского, его сатирические пьесы «Клоп», «Баня» и «Мистерия Буфф», безнадежно устарела? Сатира — продукт скоропортящийся...
На самом деле, конечно, жизнь Маяковского тоже представлена на театральных подмостках. Я вспомнил, что в театре, носящем имя поэта, московской «Маяковке», до сих пор играют, поставленный в 2011 году на малой сцене документальный спектакль «Маяковский идет за сахаром». Что в «Гоголь-центре» незадолго до его закрытия появился спектакль Филиппа Григоряна «Маяковский. Трагедия». Что был даже антрепризный мюзикл «Маяковский» композитора Алексея Шошева. Ну и явно еще что-нибудь, не попавшее в круг моего внимания. И все равно — мало! Мало для такой глыбы.
Хотя дело, разумеется, не в количестве. Был же легендарный спектакль Юрия Любимова в Театре на Таганке — поэтическое представление «Послушайте!» (1967). На премьере Маяковского в его разных ипостасях — лиричного, ироничного, сердитого — одновременно играли молодые Высоцкий, Смехов, Золотухин, Хмельницкий и Насонов, а занята была чуть ли не вся труппа. Последний раз спектакль показали в 1985 году. И это зрелище ломало канонический, «школьный» образ поэта.
И вот — премьера в Театре Терезы Дуровой. Называется спектакль «Без галош элегантнее». Здесь на сцене тоже... пять Маяковских (Руфат Акчурин, Сергей Батов, Михаил Бубер, Павел Повалихин и Георгий Шабанов). Они читают и поют стихи, спускаются в зал, общаются с публикой. И больше их никто не поддерживает, только небольшой джаз-бэнд у правой стены. А если возникает нужда сыграть какого-то эпизодического персонажа, скажем, Давида Бурлюка, то кто-то из ребят на время выходит из образа. А женщин в спектакле нет. Да-да, обошлись без Лили Брик, без Вероники Полонской.
Спросите: причем тут галоши?
Ну кто не помнит, что Маяковский был одним из первых советских копирайтеров, рекламировал всё подряд, не зря же Есенин назвал его «певцом банок Моссельпрома». Про обувь Резинотреста Владимир Владимирович тоже написал несколько коротких виршей: «Раскупай, восточный люд, — лучшие галоши привез верблюд».
Но дело все-таки в другом. Режиссер спектакля Тереза Дурова захотела представить Маяковского как, воспользуюсь современными терминами, трендсеттера и инфлюенсера. То есть, человека, задающего моду не только в моде, как лидера мнений. Гениальным поэтом, дельным человеком, но при этом франтом, носителем хорошего вкуса, который переживал, что «в 1916 году из Петрограда исчезли красивые люди».
Действие разворачивается в мастерской таинственного портного, где поэту шьют ни много ни мало пиджак-судьбу. А потому для спектакля особенно значима роль художника по костюмам Виктория Севрюковой. Она придумала для героев элегантные наряды, где особенно привлекают внимание жилетки, нашла какие-то винтажные вещи.
Этот спектакль — не байопик. Эпизоды из жизни Маяковского представлены хаотично, выбраны яркие, хотя и не самые обязательные фрагменты биографии. К примеру, как его друг, знаменитый дрессировщик Владимир Дуров, родственник режиссера спектакля, вез Маяковского и его подругу, художницу Евгению Ланг по зимней Москве в санках, запряженных верблюдом...
И что характерно — в спектакле нет трагического финала. На поклонах артисты скандируют, а зал им хором помогает хрестоматийные детские стихи «Что такое хорошо и что такое плохо».
Влад Васюхин для портала Альтерлит