Говорят – «Живут, как кошка с собакой». По мнению старого пса породы «дворовая», жить с кошкой, значит жить с другом. Первым в доме, Андрея, высокого, задумчивого и постоянно чем-то занятого молодого человека, появился он – не очень большая, лохматая, неизвестной породы, уже не щенок, а взрослая все понимающая даже временами больше, чем окружающие ее люди, собака.
Как Филиппе попал в этот дом он помнил хорошо. Было мокро и снежно, а тот, кто привел его сюда, был очень добрым, но очень грустным. Собаки отлично умеют различать эмоции по запаху. Псу все время казалось, что он здесь ненадолго, ну, как, если бы он попал в теплый подъезд, погреться, а потом ушел бы. Но через пару недель у него уже было свое собственное кресло, миска и друзья. Первыми друзьями Филиппе были рыбки. На них он мог смотреть часами, различал их, и совершенно точно знал, что рыбки молчат не просто так.
Через некоторое время в доме появился Антонио. Рыжий кот с богатым прошлым. Богатое прошлое в виде порванного уха и покусанного хвоста, совсем не помешало дружбе Филиппе и Антонио. Хозяин дома отдыхал крайне редко, если он был не на работе, а дома, то и там постоянно находил чем себя занять, но иногда, словно следуя негласному договору Филлипе и Антонио загоняли хозяина на диван и не давали ему даже взять в руки бумаги, которые несомненно были чрезвычайно важными или делать вещи, которые по мнению кота и собаки совершенно не имели значения.
Антонио, кот с гордым характером и богатым прошлым, всем своим видом показывал, что он вовсе не домашняя кошечка и никогда не будет просить, чтобы ему почесали за ушком или погрели на коленях. Но когда Филиппе приводил Андрей, мягко пиная его лобастой головой под колени, то Антонио спрыгивал с подоконника и придавливал хозяина к дивану, ложась ему на грудь. А Филлипе бдительно лежал рядом с диваном так, чтобы опустив руку, Андрей мог чесать его между ушами. Так у них шел особенный мужской разговор.
Если же вдруг что-то случалось и от хозяина начинало пахнуть усталостью сильнее, чем обычно, болью или плохим настроением Пес договаривался с рыбками. Как у него это получалось Антонио не знал, пес несколько раз пытался объяснить коту, но тот отмахивался. С собакой, как другом и ветераном улиц он будет жить и общаться с удовольствием, но что делать с этими мелкими, мокрыми недоразумениями за стеклом, кот не понимал.
Филиппе добродушно ворчал, принимая странности друга, а сам же продолжал говорить с рыбками.
Он смотрел на аквариум, рыбки плавали туда-сюда, но как-то случалось так, что после этого в жизни Андрея все налаживалось. Видимо, у рыбок была какая-то прямая линия связи с высшими силами, а может быть, они сами были той линией, как телефонным проводом, а просил по этой линии, Филиппе? Кто знает.
Но как-то раз Филиппе пропал. Куда мог деться пес, который больше всего на свете любил спать в кресле или разговаривать с рыбками, никто не понимал. Андрей решил, что пес ускользнул через приоткрытую балконную дверь – гостиная, где, стояло любимое кресло пса и диван с аквариумом, находилась на первом этаже. Снаружи была довольно оживленная улица и может быть Филиппе что-то увидел там и решил выскользнуть? Но он же не кошка? Мужчина расклеил объявления о поисках собаки и по вечерам несколько раз, сам ходил в парк, находящийся недалеко от дома и искал Филиппе. Они часто гуляли там, и в этом парке бывший бродяга снова превращался в щенка – валял дурака, гонялся за белками и временами переставал отзываться на зов хозяина.
Когда Андрей ушел снова искать пса, проверив двери и окна в этот раз, Кот открыл глаза и спрыгнул с подоконника.
Несколько раз прошелся по гостиной.
Обругал сам себя.
Но как бывший дворовый кот на самом деле он больше всего на свете ценил не свободу, а стабильность. И дружбу. И к тому и к другому прилагался лохматой пес с шерстью и глазами цвета шоколада, который сейчас куда-то делся.
Кот сел перед аквариумом в позе копилки, обвив хвостом лапы.
Хм… Как же он с ними договаривался?
Антонио не мигая, смотрел на аквариум желтыми глазами.
Вечером, когда Андрей вернулся домой, кто-то поскребся в дверь, вбежал и дисциплинированно уселся на коврик, ожидая, когда обрадованный хозяин сходит за тряпкой и вытрет ему лапы.
Антонио снова лежал на подоконнике и лишь лениво дернув ухом сделал вид, что ни он, ни эти странные мокрые недоразумения с хвостами и плавниками за стеклом, не имеют к возвращению Филиппе никакого отношения.
Но ночью, когда никто не видел, Кот открыл глаза запрыгнул на подоконник и отодвинул занавеску так, чтобы рыбкам было видно Луну. Они давно хотели поплавать в лунной дорожке.