Овца в шкуре волка
На цыпочках подкравшись к себе, я позвонил и убежал
Егор Летов
Овцы хотят есть. Больше им ничего не надо. И одного этого желания достаточно для того, чтобы уничтожить мир. Он не сгорит в ядерном пламени, не замёрзнет под глобальным ледником, не схлопнется в смертельных объятьях с антимиром и даже не загнётся от триеровской меланхолии — мир сожрут овцы с Уолл-стрит. Овцы в волчьих шкурах.
О, это очень хитрые и очень крутые овцы. Овцы-пройдохи. Овцы-гении. Они воют по-волчьи, огрызаются на собак, запрыгивают на волчиц и воспитывают волчат. Они даже отрастили себе клыки и заточили когти, чтобы начать охоту на других овец, тех, что попроще. Но всё равно они остались овцами, которые знают лишь одно – они хотят есть.
Овцы не думают о последствиях. Овцы не помнят об ответственности. Овцы не знают о морали. Перед ними стоит одна задача — заполнить бесконечную внутреннюю пустоту. Овцы никогда не заглядывают внутрь себя, им страшно провалиться в эту пропасть и там сгинуть. Ведь оттуда нет возврата. Они это точно знают, потому что зашвыривают в себя огромными кусками окружающее пространство, в надежде успокоить живущего внутри демона. Они наблюдают, как оторванное бесследно исчезает в чёрном зёве бездонной шахты. Они считают секунды, в надежде услышать всплеск или грохот упавшего на дно приношения, но тщётно – это падение бесконечно.
И если внутри собаки – пустота, а внутри коровы – жуть и мрак, то внутри овцы – чёрная дыра.
Особенность овцы: проглоченное ею не становится ею, оно пропадает. Овца может слопать искусство, но не станет возвышеннее; она сжирает знания, но не становится умнее; она глотает любовь, дружбу, привязанности и чувства, но не делается человечнее. Как песок сквозь пальцы утекает её время, и не остаётся даже воспоминаний, которые старательно вытравлены из головы «волшебными средствами».
Есть только здесь и сейчас — безостановочный процесс поглощения, важен лишь он. Нет прошлого, нет и будущего. Конечный результат не предусмотрен, возможны только промежуточные сверки общего состояния: можно померяться членами с сотрудником ФБР, можно жениться и потратить на мальчишник два миллиона долларов, позднее можно вспомнить про почти забытую жену и подарить ей яхту. Можно сделать очень многое, но всё это — только для себя, чтобы поставить галочку напротив очередного пункта в гроссбухе.
Когда собственный аппетит превыше всего — насыщения не будет. Овца может лопнуть от натуги, но не перестанет засовывать в себя всё, до чего может дотянуться: деньги, автомобили, алкоголь, секс, наркотики, яхты, самолёты, телефоны, акции, опять секс, снова деньги, таблетки, крэк, виллы, спальни, проститутки, секретарши, кокаин (или это героин? чёрт его знает, не важно…), вертолёты, лобстеры, ещё секс… Эта карусель бесконечна.
Овца не может остановиться сама, её можно прервать, только отогнав от кормушки кнутом или заперев в хлеву. И когда перед овцой встаёт выбор: быть запертой на двадцать лет, но остаться Дартаньяном, или стать пидарасом крысой, но лишиться свободы лишь на три года, естественно, она выбирает последнее. Возвращается в охоту овца уже в другом качестве, теперь это овца-гуру. Ведь на свете есть ещё много овец, которые хотят научиться прикидываться волками…
ПС: Своим рождением люди получают шанс на встречу с Богом внутри себя. Он там, ждёт за открытой дверью, не нужно ни стучать, ни звонить. Надо просто войти.
ППС: Страшно. А вдруг за этой дверью пустота?..