В светлой просторной приёмной сидели двое. Первый был упитан, лыс, лицо имел приятное, доброе, чуток поросячье. В руках этот - немолодой уже толстячок, держал потёртый кожаный портфель и, периодически, поглядывал на второго присутствующего здесь человека. А может и не человека. Кто их - Тёмных властелинов разберёт.
- Ну, и? – с положенным любому приличному Тёмному властелину пафосом, спросил второй первого, которого, кстати, звали Иван Васильевич.
- Что, и? – не понял вопроса толстячок, от чего растерялся.
Всё же не каждый день случается оказаться в одной приёмной с Тёмным властелином.
- На кого устраиваться пришёл? – скривив грозное лицо в снисходительной улыбке и продемонстрировав собеседнику ряды острых демонических зубов, поинтересовался главный из злодеев.
- А, это, - облегчённо выдохнул Иван Васильевич. – Да вот решил сменить отрасль и попробовать себя в сказках или, как их нынче величают, фэнтези. Очень бы хотелось получить советника мудрого короля, но разве таких нынче сыщешь? Эх… Ну и ладно, на худой конец соглашусь и на короля глупого. Да что говорить, на деревенского старосту и на того соглашусь, - вздохнул толстячок.
- Дай догадаюсь, - всё ещё пафосно, но уже без презрения, продолжил Тёмный властелин. – Ты у нас - герой советского реализма. Трудился в романе о свершениях трудового класса. Я бы дал тебе… - собеседник смерил Ивана Васильевича пристальным взглядом, - главного инженера ответственного производства. А за новой ролью пришёл, потому что не читают больше твой родной роман, вот и начал ты чахнуть, как конский солитёр в дистилляте.
Здесь Иван Васильевич взглянул на собеседника удивлённо: предположение того оказалось весьма точным.
- А ты думал, - гордо выпятил грудь Тёмный властелин. - Настоящему злу знаешь какой умище нужен? Не то что этим чахлым паладинам и светлым магам, будь они не ладны. Только на уме и коварстве и выезжаешь.
И здесь произошло то, чего Иван Васильевич от собеседника никак не ожидал: Главное вселенское Зло вытянуло в его сторону шею и заговорило быстрым шёпотом. При этом из одной только интонации следовало, что говорит Зло о сильно наболевшем.
- Тупею я, дорогой человек. В последнее время катастрофически тупею. Нет, ты не подумай, в целом жанром я доволен. Работы по профилю, век не разгребёшь. Грабить, пытать, резать людей, угонять скот и табуны ягуаров последней модели - этого сейчас сколько хочешь. Больше тебе скажу, в последние годы в книгах такое засилье жестокости, пальчики оближешь. Раньше, напиши автор подобное, его не то, что издавать не стали бы, его бы в дурку с ветерком повезли. А сейчас прямо сплошной курорт с утра до вечера. Я тут недавно халтуру в одном фанфике брал. Представь, надо было пытать главную героиню на глазах второстепенного героя. Далее, заставить второстепенного героя пытать главную героиню, чтобы после, их двоих, заставить пытать главного героя. А после, что самое увлекательное, заставить главного героя пытать собачку главной героини. А что они втроём сделали с попугайчиком, не влезает в банальную анатомическую логику, - здесь глаза Тёмного властелина начали закатываться от удовольствия.
Иван же Васильевич напротив побледнел и начал чувствовать подступающие к горлу рвотные позывы.
– Ах да, о чём это я? - опомнившись, продолжил шептать собеседник.
- Так вот, - продолжало Зло, - оно то вроде всё и замечательно, так удовольствия нет. Нет его, родимого, понимаешь? Раньше авторам, чтобы читателя зацепить, задумка была нужна. Да много всего требовалось - сюжет, харизма, чистота исполнения. А сейчас что? Сиськи, письки, кишки и самосвал ошибок сверху. Скукота, хоть вешайся! Оно ведь когда на блюдечке, приедается быстро. Понимаешь?
- Понимаю… - нервно дрожа от услышанного, неуверенно кивнул Иван Васильевич.
- Вот раньше, - продолжил Тёмный властелин, но уже не шёпотом, а даже как-то по-деловому, - Захотел человек написать книгу, будь добр преодолеть некоторое количество бюрократических и идеологических препон. Не спорю, - сам себе возразил он, – цензура рубила и весьма достойные произведения. Зато авторы подходили к задаче с большой серьёзностью. Аналогии там использовали, намёки, второй, а то и третий смысловой ряд. Правда мелкое зло в тех романах выглядело откровенно упоротым. Но я же не мелкое зло! Я - Зло вселенского масштаба! – воскликнул Тёмный властелин.
- Какие задачи ставили передо мной авторы! - разгорелся он. - Покорение народов. Разгром космических, морских и сухопутных армий. Да что говорить, я супостатил целые галактики! И как супастатил! Закачаешься! Коварство моих планов зашкаливало. А какие эмоции я выжимал из читателей! А сейчас, тьфу… Сплошное фэнтези с тупым сюжетом. Самиздат хренов. Беллетристы хитросделанные. Клавиатуростератели чёртовы. Никакого размаха, сидишь в замке и чахнешь над очередным артефактом и славься великий Ктулху, если он – артефакт, настоящий. Так ведь нет, представь, половина из них в последнее время пиксельная! Понимаешь, дорогой человек, пик-сель-на-я! Чтоб это ЛитРПГ стервятники пожрали.
Далее Тёмный властелин задвинул несколько фраз, от которых уши Ивана Васильевича покраснели. Более того он пожалел, что они у него вообще есть.
Выговорившись, Вселенское зло откинулось на спинку дивана. Приняв надменно-величественный вид, оно достало зубочистку и начало выковыривать из резцов застрявшие в них ошмётки детской плоти.
И словно и не было у Супостата Супостатыча нервного срыва и последующего излияния. Однако, по змеиным глазам собеседника Иван Васильевич ясно видел: Злу полегчало.
- Не хотел бы я встретиться с вами на страницах одного произведения, - очень серьёзно произнёс бывший старший инженер и первый кандидат в деревенские старосты.
- Я бы и сам с собой не хотел встретиться, - согласно кивнул Тёмный властелин. - Двум фигурам моего масштаба в одной книге будет тесно, - гордо заявил он.
- Скажите, уважаемый, - не уверенный в тактичности вопроса, начал Иван Васильевич, - а почему вы решили пойти на перераспределение? Судя по-вашему, гм, рассказу, предыдущее место работы вас вполне устраивало. А то, что страдает жанр в целом, так это, наверно, другое.
- Гибель, мой дорогой друг, банальная гибель, - маска надменности исчезла с лица Повелителя зла. - Увы, но мы – Тёмные властелины, вынуждены менять место работы после каждой своей гибели. Есть правда вариант, - здесь супостат вынул из-за пазухи книгу и гордо показал её собеседнику.
«100 и 1 способ возрождения Тёмного Властелина» - прочитал Иван Васильевич заглавие.
- Но нет, хватит с меня этого маразма, - замахал книгой Тёмный властелин. - Представляешь, угораздило меня попасть в пародию. До какого дна скатился жанр, до какого дна! Хватит с меня подобного издевательства! Погибнуть в результате смещения координат пространственного перемещения! Нет, вы о таком слышали? Маразм. Однозначно хватит! В эпическое фэнтези и никуда кроме!
Беседа прервалась по причине того, что ведущая в зал распределительной комиссии дверь распахнулась. Из двери в вразвалочку вышло «Чудо». Но не чудесное, а «писец на палочке».
Когда ранее Иван Васильевич вошёл в приёмную, то здесь сидел лишь Тёмный властелин и вероятно «Чудо» уже находилось внутри.
- Жизнь так убога, чуваки… - протянул эмоватого вида молодой человек с длинными чёрными волосами и, что особо поразило Ивана Васильевича, одето «Чудо» было в шикарную чёрную мантию и кеды.
– Эй, Папаша, я знаю у тебя есть. Может дунем? – протянуло «Чудо», обращаясь к Тёмному властелину.
И здесь бывший главный инженер понял, что зло старой закалки, в отличие от зла последних лет, штука грозная. Тёмный властелин поднялся, глаза его вспыхнули синеватым огнём, лампочки в люстрах тревожно замигали, а воздух зазвенел, наполнившись ужасающей аурой вселенского зла.
- Эй, папаш, не буянь! – пропищало «Чудо». – Уже и косячок стрельнуть нельзя? Жизнь – боль… - протянула недоросль. - Ничего вы старпёры не понимаете. Никто меня не понимает. Только ванна с горячей водой примет мои страдания. Ладно, покеда динозавры, работать надо, время молодых.
И, опасливо косясь на Тёмного властелина, «Чудо» выскользнуло из приёмной.
- Куда катится мир? - плюхнулся Повелитель зла на диван. – Наркомана из третьесортного детективчика перераспределили на роль помощника главного героя в «магическую академию». И не куда-то, а в русскую проду! Ты можешь себе представить? Не в тупую узкоглазую дораму, а в суровую русскую проду. Нет, я зло, конечно, но знаешь, за державу обидно.
Иван Васильевич на сказанное лишь озадаченно хлопал глазами, так как он, откровенно говоря, не был знаком ни с какой-то там продой, ни уж тем более с дорамой. Но, судя по «чуду», проблемы с миром действительно имелись.
Дверь опять отворилась и в проёме показалась миловидная секретарша распределительной комиссии. Удивительно, но при её виде и так серый Тёмный властелин стал ещё серее.
Волдеморт Сауронович Душегубов? – вопросительно глянула секретарша на бывшего старшего инженера.
От возникшей нелепой ошибки Иван Васильевич побледнел, замотал головой и портфелем указал на Повелителя зла. Тот же гордо встал и величественной походкой направился к двери. Дверь запустила Тёмного властелина в своё чрево, после чего затворилась.
Иван Васильевич заволновался, хотя ему волноваться вроде бы пока не полагалось. Но он волновался, так как чувствовал, что очень скоро настанет и его черёд, а там неизвестно как карта ляжет.
Наивные чукотские юноши, или в простонародье Авторы, по малознанию своему полагают, что сами выдумывают героев своих произведений. И это отчасти так, но лишь отчасти, и, стоит заметить, части довольно малой. На деле большую часть информации Авторам сгружают из ноосферы, или, чтобы понятнее, единого информационного пространства. А они, Авторы, думают, что сами своих героев выдумали, что у них в голове всё как-то само собой появилось. На деле же, 90% информации им предоставила ноосферная комиссия распределения литературных образов.
Однако, сама комиссия также ничего не выдумывает, она лишь распределяет, опираясь на текущие тенденции. Конечно, что-то да меняется, но литературный образ за пять минут не переделаешь. Отчего задача комиссии в первую очередь подобрать на вакантные роли наиболее подходящие образы. А нестыковки и огрехи творческий процесс отшлифует. И дело это ответственное, ибо, если несоответствие будет чересчур явным, упомянутый творческий процесс встанет, а бедный Автор будет искренне считать, что его вдохновение подвело.
Стоит отдельно сказать про тенденции. То, что они в последние годы сильно поменялись, Иван Васильевич знал: неспроста же его родной роман читать бросили. Тот, в котором он – немолодой уже инженер-фронтовик организовывал слаженный коллектив из вчерашних студентов - технарей.
Как итог, пришлось идти на перераспределение, ибо если так пойдёт и дальше, то без читательского внимания можно зачахнуть, но и вовсе кануть в лета.
Тёмного властелина не было долго, часа полтора, Иван Васильевич даже заскучал. Наконец дверь распахнулась и появилось оно – Вселенское зло собственной персоной.
Бывший старший инженер и до этого подозревал, что в силу ли старой закалки, или же из-за полной противоположности образов, у него с Тёмным властелином установились внезапно доверительные отношения, что его, честно говоря, не радовало.
Подозрения подтвердились.
Лишь только дверь закрылась, как Повелитель зла выполнил знакомый всякому представителю загнивающего капитализма жест «YES»!
- Взял ГГ, - радостно сообщил он Ивану Васильевичу.
- В смысле ГГ? - не понял тот.
- ГГ – это Главный герой! – улыбаясь словно запертый в рыбном магазине кот, сообщило Вселенское зло. – Главного героя дали в будущем трёхтомнике у именитого автора, - пояснил он.
- Отрицательного? – осторожно уточнил Иван Васильевич.
- В том то и дело, что положительного! – заулыбался Тёмный властелин.
Хотя теперь уже наверно и не тёмный.
- С вашими-то наклонностями? – поразился Иван Васильевич. - Не скучно ли будет? Сможете перестроиться? – засомневался он.
- Да в том то и дело, что заниматься придётся ровно тем же самым! – радостно замахало руками Вселенское зло. – Всё то же - грабить, убивать, строить козни, обманывать, доводить до отчаяния. Нестандартная ориентация, кстати, приветствуется! Да что говорить, если не куришь и не пьешь пробиться на ГГ сейчас почти не вариант. Эх, давно ты дорогой человек современное фэнтези не читал. Даже наркотой и той баловаться можно. Красота! Насиловать и есть людей правда пока не дозволяется, но, думаю, в скором времени и это положительному герою можно будет! Знай я что тенденции настолько изменились, давно бы проф. ориентацию сменил!
На данной ноте новоиспечённый ГГ, радостно присвистывая, отправился к выходу.
- Это, удачи тебе, - у самой двери обернулось Зло. – Уверен, советника короля тебе дадут. И ты, это, если предложат торговца, сразу соглашайся. Как ни странно, но честные торговцы в фэнтези нынче востребованы. Правда нельзя говорить, что ты честный, надо алчно потирать руки и приговаривать: «Деловая этика, уважаемый, деловая этика». Ну, ладно, бывай.
И, собственно, на этом «Положительное зло» приёмную покинуло.
Приободрённый и одновременно удивлённый услышанным, Иван Васильевич принялся ждать. В этот раз ожидание его продлилось недолго: открылась дверь, и всё та же симпатичная секретарша пригласила его войти.
«Ишь ты, как в парткоме», - оценив увиденное, подумал бывший старший инженер.
За длинным столом сидели двенадцать Великих распределителей. Сидели те, кто давал литературным образам новую жизнь, а иногда, пусть и редко, сдавал их в архивы истории, где образы пылились в небытие пока не менялись литературные предпочтения.
В чёрных словно безлунная ночь костюмах, с белыми словно свежий снег галстуками, они смотрели на вошедшего серьёзными оценивающими взглядами и лишь в глазах их бегала какая-то непонятная пока хитринка.
- Можете присесть, - вежливо указал один из членов комиссии на стоявший напротив стола стул - жёсткий и неудобный.
Внезапно один из присутствующих, судя по приколотой к груди бляхе председатель, веско произнёс:
- Я извиняюсь коллеги, но к Ивану Васильевичу у нас сегодня особый разговор, отчего попрошу внести исключительный стул…
Бывший старший инженер заволновался, если не сказать, испугался. Было, ох было у него предчувствие, что его образ имеет все шансы попасть в архивы истории. Книжки то старые не читают, а честные управленцы и организаторы не востребованы нынче совершенно.
Однако, никто ничего вносить не стал. Неудобный стул волшебным образом исчез, а на месте его появилось шикарное кожаное кресло.
- Присаживайтесь, присаживайтесь, - настоятельно и вежливо попросил председатель комиссии.
Иван Васильевич присел.
- Итак, - открыл председатель толстую папку, после чего, подозрительно прищурившись, спросил: - Не курите?
- Не курю… - чуть волнуясь, ответил Иван Васильевич.
- И не пьёте?
Старший инженер замотал головой.
- Здесь написано, что за тридцать пять лет семейной жизни не одной измены? Неужели правда?
Остальные члены комиссии недоверчиво зашушукались.
- Я член партии, фронтовик, двое дочерей… - в голосе сидящего проскочили извиняющиеся нотки.
Что-то начало подсказывать ему, что перечисленные заслуги не только не помогут получить новую роль, а очень даже наоборот.
- А как вы относитесь к нетрадиционным отношениям? – прервав лепетания Ивана Васильевича, поинтересовался один из членов комиссии.
- Отрицательно! – гаркнул бывший старший инженер так, как гаркал в своей жизни только на самых злостных тунеядцев.
А гаркнув, тут же испуганно замолк, вспомнив, где и перед кем он находится.
- Какие эмоции, какая экспрессия, какой характер! Положительно подойдёт, - восхищённо обратился к остальным задавший последний вопрос член комиссии.
Присутствующие единодушно закивали.
- А ведь он ещё и белый гетеросексуал преклонных лет, - заметила строго вида женщина.
Комиссия одобрительно зашушукалась.
- Я бы не торопился коллеги, - строгим тоном произнёс председатель. - Нам необходимо выяснить главное. Как у вас обстоят дела с управленческой деятельностью? – обратился он к сидящему.
- Инженерное образование, - неуверенно начал Иван Васильевич, - во время войны зам начальника инженерного батальона. После войны главный инженер Тяжстроймаша, вместе с молодыми сотрудниками решали задачу государственной важности. Оно же в деле всё есть, - удивлённо посмотрел бывший старший инженер на членов комиссии.
- В деле-то оно может и есть, но нам важно понять ваш настрой. Так сказать, амплуа, - ответил один из экзаменаторов. – Важно не только какую задачу возложил на вас Автор. Не менее важно, как воспринимали вас читатели. Именно это нам необходимо понять, чтобы подобрать вам адекватную роль. Вот представьте, дадим мы вам роль, скажем, деревенского старосты, после чего начинающий Автор обратит на вас своё внимание. По выбранному им сюжету, деревню должны уничтожить монстры, а сюжет раз и не пойдёт, так как вы организуете жителей на упорное сопротивление. Или, что ещё хуже, затмите собой образ главного героя, ведь они, герои, нынче ни рыба ни мясо. Они настолько плохи, что ради создания ярких образов нам приходится идти на крайние меры, - вздохнул член комиссии и следом за ним вздохнули остальные присутствующие.
Даже Иван Васильевич и тот вздохнул, так как примерно понял на какие.
- Давайте ближе к делу, - пресёк вздохи председатель, внимательно посмотрев на бывшего старшего инженера. - Мы хотим предложить вам роль Тёмного властелина, - строго и уверенно произнёс он.
- Как Тёмного властелина?! – охнул Иван Васильевич.
- Ну, тут такое дело, - в голосе председателя проскользнули грустные нотки. – Видите ли, главные герои нынче заняты в основном тем, что путешествуют, сражаются с монстрами…
- Жгут замки и грабят караваны, - добавил один из членов комиссии.
- Пьянствуют, вступают в беспорядочные связи с женщинами, - дополнил другой.
- И это тоже, - кивнул председатель. – И вы, надеюсь, знаете, что герой отрицательный, которым Тёмный властелин является, должен быть антиподом героя главного, иначе выразительная сила, да и общий смысл произведения, начинают прихрамывать. Заодно, тут уж не без вины Авторов, какую книгу не возьмёшь, всё главному герою достаётся на халяву, или же находится, как говорят читатели «в кустах». Но беда в том, что существует закон сохранения не только физической, но и ментальной энергии. То есть, чтобы что-то «в кустах» появилось, его необходимо туда положить. А чтобы что-то положить – это что-то необходимо предварительно создать.
- Откуда возьмутся разбойники - дезертиры, если до этого не было армии, из которой они дезертировали? - внёс дополнение один из молчавших до этого членов комиссии.
- Верно, верно, - закивал председатель. - Вот этим вам и предстоит заняться. Организовать сильное королевство, точнее даже империю, подготовить разные службы, задача которых будет противостоять герою и его команде. Очень важно создать крепкую материальную базу, ведь согласитесь, стоит ли надеяться на динамичное развитие событий, когда по дорогам можно проехать только летом, а по пути в столицу всего один трактир на всю сюжетную линию.
- Но зачем, почему? Неужели нет лучших кандидатов? – охнул Иван Васильевич.
- Понимаете, - вздохнул председатель, - Авторы, как бы точнее выразиться, теряют творческую потенцию. Герои их создавать ничего не хотят, да и не могут совершенно. Вот и приходится подсовывать им готовые шаблоны, в которых события буквально сами ищут главного героя. Ведь если искать некому и нечего, то и сюжет стоит, точнее, простите за пошлость, лежит. Не буду ходить вокруг да около, для создания «готовенького» нам и нужны нынче такие труженики как вы. Ну что, берёте Тёмного властелина? - скорее попросил, нежели чем спросил председатель.
- Но ведь Тёмные властелины - они же отрицательные персонажи! Читатель должен испытывать по отношению к ним исключительно негативные чувства, а я, как вы и говорили, без вредных привычек. Да и начинать желания нет. И уж тем более не хочу я кого-то убивать и насил... – здесь бывший старший инженер поперхнулся и побледнел от одной лишь мысли о подобном.
- Ох, дорогой вы наш человек, - буквально пропел один из членов комиссии, - вы, я погляжу, совершенно не следили за тенденциями. Ваших, упомянутых в начале нашей беседы положительных качеств уже достаточно чтобы вызвать у читателя лёгкий негатив. А если вы начнёте безжалостно высмеивать слабые стороны читающего, стойкая нелюбовь вам обеспечена. Однако, на одну жертву вам всё же пойти придётся. Гастрономическую жертву. Увы, но нам необходима глубокая ненависть по отношению к вашему будущему герою.
- Придётся есть детей? – полушёпотом спросил Иван Васильевич и руки его задрожали.
- Нет, что вы, - улыбнулся экзаменатор, - этим давно уже никого не проймёшь. Вам придётся стать вегетарианцем и всячески троллить мясоедов. Поверьте, дорогой мой, ненавидеть вас будут люто. А если прибавить к этому шутки над полными людьми… Бомба, нас ждёт редкая бомба!
- А убийство, грабёж, распутство, членовредительство? – осторожно поинтересовался Иван Васильевич.
- Увы, всем перечисленным нынче занимаются почти исключительно положительные и мелко-отрицательные герои. Вам необходимо будет лишь карать их за перечисленное, что обеспечит со стороны читателя дополнительное недовольство вашей персоной.
- Если я соглашусь, мне правда достанется роль императора целой империи в полноценном романе? – затаив дыхание и не веря своему счастью, спросил бывший главный инженер.
- Не просто в романе, а целой эпопее с кучей фанфиков и сторонними авторскими ответвлениями. Правда, понадобятся все ваши организационные способности и даже немного больше. И все же, я уверен, вы справитесь, - ответил председатель.
Здесь восторги Ивана Васильевича омрачил один неприятный момент.
- Но ведь Тёмный властелин в конце книги обычно погибает? – растеряно обратился он к членам распределительной комиссии.
- Да, это так, - кивнул председатель, - но вам просили кое-что передать.
Сидящая за столиком у стены секретарша лучезарно улыбнулась, вышла из-за стола и, подойдя к старшему инженеру, передала тому небольшую книжку. Он уже видел её, совсем недавно, в приёмной. На небольшом тёмном томике золотым тиснением значилось: «100 и 1 способ возрождения Тёмного властелина».