У меня есть растения. Они зеленые, безответные и прекрасные. Как дети, зелёные дети.
Их можно очень легко уничтожить; так легко, что думаешь - разве такое возможно? Просто вытащил из земли, бросил под ноги - и все.
Очень страшно от такой хрупкости.
Люди тоже страшно хрупкие.
Есть роман "Невыносимая лёгкость бытия". Хорошее название, но я бы написала роман под названием "Невыносимая хрупкость бытия". Проще, но честнее.
Даже солнце не вечно, и будет существовать не так долго по космическим меркам.
И это мы о мертвой материи.
Жизнь ещё более ненадежна, но почему-то пока продолжается.
Хотя, казалось бы, дунуть, плюнуть - и все разлетится к чертям.
Удивительный парадокс - наличие жизни. Мне в него иногда с трудом верится. И порой даже тяжело с ним мириться. Но приходится.
Живое иногда меня пугает. Его не должно быть, а оно есть. Это чудо, но такое одноразовое, что как будто ненастоящее.
С другой стороны, лучше все-таки такое недолговечное чудо, чем никакого.
А может, и не лучше.
Боже, как я иногда от себя устаю.
Я себе как-то хотела завести крыс. Даже имена им придумала.
Крысу нельзя заводить одну, она будет тосковать. Надо как минимум парочку. Вот я парные имена и придумывала. Хоть крыс предполагалось завести две (кто забыл), имен я придумала 16. Про запас.
1. Болек и Лёлек
2. Зита и Гита
3. Дживс и Вустер
4. Сцилла и Харибда
5. Добчинский и Бобчинский
6. Тофсла и Вифсла
7. Чудь и Меря
8. Монти и Пайтон
В общем, не знаю, сколько я потратила человеко-часов на поиски: информации о крысах, самих крыс, клеток для крыс, поилок для крыс, гамаков для крыс, домиков, лесенок и прочих вещей первой необходимости - но крыс так и не завела.
Завела гуся.
Не только потому, что содержание животных дело хлопотливое. И не потому, что по ночам они будут греметь, пищать и шуршать. И даже не потому, что большая клетка займет слишком много места, а маленькую нельзя.
А потому, что гусь неживой, а крысы живые. Но совсем недолго.
Я не привязываюсь к животным. Я бы их использовала - для того, чтобы мне было, кого погладить и кем умилиться. А они бы сытно ели, сладко спали - и быстро умирали.
Я бы не стала рыдать над околевшей зверюшкой. Смерть животных не пугает меня.
Болека с Лелеком сменили бы Зита с Гитой. А этих двух - другая сладкая парочка. И так далее, пока не закончатся имена.
Но я не хочу устраивать у себя этот сюси-пусечный конвейер.
Может и зря я так утрирую. Бравирую цинизмом, которого на самом деле во мне нет. Крысы все равно умрут - заведу я их или не заведу. Буду я их использовать или не буду.
Но как-то я пока отложила эту затею.
Живу теперь с плюшевым гусем.
У него тоже глазки-бусинки и шелковая шкурка.
Он не грызет мебель и мой зеленый детсад.
Я экономлю кучу денег на клетках, кормах, гамаках и прочих приблудах - моему гусю ничего не надо. Даже имени.
И он, наверное, меня переживет; мне не придется каждые два года покупать новых гусей.
Одни плюсы. Ха ха.
На самом деле, я просто не хочу маскировать свое одиночество. Ни кошками, ни собаками, ни морскими свинками, ни жирафами, ни бегемотами.
Мне некого гладить из людей; у меня нет человека, и это не исправит ни крыса, ни гусь.
А смерти я не боюсь, я боюсь жизни. И того, что она так быстро и внезапно проходит.
