Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
QUEEN of WANDS

Время одуванчиков

Каждую весну, когда из яркой зелени травы поднимаются жёлтые солнышки этих цветов, радуя своей яркостью всех, на прогулку в поле выходят двое. Поле на окраине города ещё не застроенное домами, но по слухам и его черёд не за горами. Всё больше и больше крадёт человек у природы её простора и красоты, уродуя коробками домов. Витёк - так называют Виктора все. Не потому, что он не дорос до полного имени и отчества, нет. Вите в феврале исполнилось 47. Но он так и остался в чём-то тем самым Витьком, которым был в 18-20 лет. Именно в том возрасте жизнь привела его на кривую дорожку быстрых денег и криминала. Модная "профессия" собирателей податей с коммерсантов, стала на четыре года основным делом Витька. Кожаная куртка, барсетка и чёрная девятка, в которой парни объезжали обложенные данью точки. Конечно же всё это отвозилось "отцу родному" - так называли между собой главного. И вот, в одну из таких поездок их машину обстреляли недовольные "конкуренты". Водитель успел вильнуть с дороги и помча
Иллюстрация из свободного доступа
Иллюстрация из свободного доступа

Каждую весну, когда из яркой зелени травы поднимаются жёлтые солнышки этих цветов, радуя своей яркостью всех, на прогулку в поле выходят двое. Поле на окраине города ещё не застроенное домами, но по слухам и его черёд не за горами. Всё больше и больше крадёт человек у природы её простора и красоты, уродуя коробками домов.

Витёк - так называют Виктора все. Не потому, что он не дорос до полного имени и отчества, нет. Вите в феврале исполнилось 47. Но он так и остался в чём-то тем самым Витьком, которым был в 18-20 лет. Именно в том возрасте жизнь привела его на кривую дорожку быстрых денег и криминала. Модная "профессия" собирателей податей с коммерсантов, стала на четыре года основным делом Витька. Кожаная куртка, барсетка и чёрная девятка, в которой парни объезжали обложенные данью точки. Конечно же всё это отвозилось "отцу родному" - так называли между собой главного. И вот, в одну из таких поездок их машину обстреляли недовольные "конкуренты". Водитель успел вильнуть с дороги и помчался по ухабам степи. В салоне стонали и ругались раненые "братья", и сам Витька, а за рулём был именно он, понимал, что его тоже задело! Их последних сил он догнал машину до лесополосы и заглушил мотор. Из четверых человек в сознании был только он и Сашка.

- Надо уходить! Давай же! - сказал Витёк.

- А они?

Витя пощупал пульс у двоих ребят. Оторвал зеркало заднего вида и поднес к губам каждого.

- Готовы... Уходим! - Витёк с сожалением поморщился от боли в руке. Сашка отделался лёгким ранением в плечо.

Им удалось выбраться на окружную дорогу, но тут их ждала неудача! Преследователи ожидали, а парни уже решили, что раз нет погони, то им повезло. Сашку просто застрелили, а Витька долго били, забрав барсетку, которую он конечно захватил из салона "девятки". Когда он уже не подавал признаков жизни его оставили в покое и уехали. Но кто-то там наверху решил, что Витя ещё не готов к жизни вечной и вернул его к земному существованию. Парень выжил, но остался инвалидом. Он долго восстанавливался и только через год стал ходить самостоятельно, но с палкой. Походка его стала напоминать кузнечика - ноги дрожали и не могли разогнуться в полной мере. Левая рука навсегда осталась малоподвижной. Витю били по голове. Повреждения были обширными и невролог осторожно давал прогнозы этому молодому, но уже абсолютно больному человеку. Внешне Виктор напоминал перенесшего тяжелейший инсульт! Так он и стал жить на пенсию по инвалидности, и с помощью мамы, которая всегда была против его "тёмных дел", но кто же до беды слушает родителей? Он пытался работать, но моторика правой руки была ещё очень слабой и Витя решил тренировать её. Уже потом он научился одной рукой делать уборку по дому. Хоть медленно, но верно. Мама поддерживала его во всём! Так и жили. Витя купил на барахолке самогонный аппарат и начал продавать очень даже достойный продукт. Тогда на это "официальные лица" смотрели сквозь пальцы - лишь бы отстёгивали денег. Только маме не нравилось, что кроме покупателей и сам Витя стал пробовать самогонку.

- Не пей, сын. Тебе нельзя!

- Мне, мама, теперь всё можно. Долго я не заживусь! - тихо улыбался Витя. Он вообще был тихим пьяницей. Алкоголь действовал на его искалеченный организм умиротворяюще.

Мать Виктора умерла вскоре после его 35-го дня рождения. И мужчина, махнув рукой на всё, запил серьезно. На сороковины очухался и решил, что хватит с него! Почти два месяца приходил в себя, а после Радоницы ковылял краем поля и вдруг замер, залюбовавшись ковром одуванчиков, укрывшим молодую зелень травы! В детстве он с мамой гулял тут и молодая женщина плела венок из этих солнечных цветов. Витя ясно увидел маму с венком в рыжих кудрях! Он осторожно углубился в траву, смотря под ноги, желая продлить тёплые воспоминания... Там они и встретились. Витя и маленькая кошка Майка!

Иллюстрация из свободного доступа
Иллюстрация из свободного доступа

Он забрал котенка домой даже не надеясь, что малышка не убежит по дороге. Ведь нести левой "непослушной" рукой было очень неудобно, но в правой была палка! Однако, котёнок живо забрался на плечо мужчины и устроился там. А Майкой он её назвал по понятным причинам - был месяц май, самое начало. Витя действительно больше не пьёт, да и с самогоноварением давно закончил. У него открылся талант, на который вдохновило появление Майки. Виктор рисует Майю в одуванчиках и даже была выставка этих работ, организованная неравнодушными людьми, имевшая очень тёплые отклики...

Каждую весну, когда из яркой зелени травы поднимаются жёлтые солнышки этих цветов, радуя своей яркостью всех, на прогулку в поле выходят двое. Наступает время одуванчиков, время вдохновения и радости для их пары. Майка смотрит на своего человека, а затем идёт в жёлтые цветы, ловит бабочек-капустниц, наблюдает за пчёлами. А Витёк всё это запоминает, сохраняет, как образы, которые вскоре перенесёт на белый лист и раскрасит его яркими красками. Время одуванчиков не длится долго, но и не кажется Вите короче жизни.

-3