Роковое послание, или как теряют все – все
Уже на следующий день жизнь Алины разделилась на два аспекта – студенческие дела и дела, соответственно, не студенческие. С первым стало только хуже. По физике стояло уже четыре двойки и две тройки. И это только за неделю.
Алина не понимала, что произошло. Маргарита Петровна будто с цепи сорвалась, придиралась по всякой ерунде. И только к ней.
«Если бы это произошло один раз, то можно было бы списать на некоторые недочеты в ответе. – размышляла, направляясь к выходу. – Но такоооое – это уже система».
А сейчас Маргарита Петровна и вовсе вернула лабораторную работу. Накануне Алина упорно учила этот материал. Весь вечер и всю ночь. После тех двоек у нее появился серьезный стимул. Огорчать лишний раз родителей ох как не хотелось. Потому она была уверена, что написала ее на пять. Ну или хотя бы на пятерку с минусом. А тут – двойка. И никаких пояснений Маргарита Петровна дать не удосужилась. Ни – че – го.
«Что сказать родителям, ума не приложу!» – эта мысль не давала Алине покоя всю неделю.
Она бы могла сойти с ума, не будь второго аспекта. С того памятного дня Станислав Николаевич каждый день провожал Алину до института и обратно. Это было таким счастьем быть с ним рядом, разговаривать обо всем и просто смотреть в глаза... В такие моменты Алина все чаще склонялась к мысли, что вся ее прошлая жизнь прошла зазря, бесполезно, потому что в той прошлой жизни не было ЕГО...
– Привет, чего такая загруженная? – подскочил ко мне извечный кладезь оптимизма – Влад.
– Да так, – протянула я – опять двойку получила.
– И опять по физике?
– Угу...
– Ну – ка, дай сюда тетрадь, – не дожидаясь какой – либо реакции, Виктор буквально вырвал ее из рук. – Так, что тут у нас?
– Да тут все правильно! – изрек через несколько минут тщательной проверки.
– Ты уверен? – засомневалась Алина.
– До последнего знака в формулах!
В этом Виктору можно было доверять безапелляционно. В чем – чем, а в физике он шарил.
– Стоп, а там что такое? – он перелистнул страницу, где оказался какой – то текст, написанный красной пастой.
– И как я его раньше не заметила?! – привстала на носочки, пытаясь заглянуть в свою же тетрадь, но ничего не вышло. – Что там?
А глаза Виктора все выше и выше ползали на лоб:
– Вот тварь! – не сдержался Виктор.
Алина никогда еще не видела друга таким злым. Даже тогда в кафе.
– Ты чего? – ей отчего – то стало жутко, когда Виктор в ярости смял тетрадь в руках.
– А ты почитай, сама и узнаешь! – протянул измятую тетрадь. – Извини, с ней теперь только… по назначению сходить.
Алина дрожащей рукой взяла тетрадь. А через несколько секунд тоже стала безжалостно мять сшитые листы.
Корявым почерком Марго написала: «И так будет до тех пор, пока ты, шалава малолетняя, не отстанешь от Стаса. Он мой! И не советую мне мешать. Способов завалить даже самого умного ученика – тысячи. А у меня их на порядок больше. Надеюсь, у тебя достаточно мозгов принять правильное решение».
«Вот так номер!» – внутри равноценно клокотали и злоба, и изумление.
Чаша весов склонялась то туда, то туда, потому Алина и сама не могла описать свое состояние. Ни в тот момент, ни потом, когда привела мысли в порядок.
– Что будешь делать? – осторожно спросил Виктор.
Заметил выражение ее лица. И оно не нравилось ему.
«Теперь оба аспекта слились воедино, превратив мою жизнь в ад кромешный. – уронила голову на скрещенные на коленях руки. – Что теперь делать – не знаю. Но зато я точно знаю, чего делать НЕ буду...
Виктор тронул легонько за плечо.
– Я не буду сдаваться, – подняв голову, твердо озвучила свою мысль.
– А как же оценки? – Виктор прекрасно знал о ее проблеме. – Тебя ведь родители закопают.
– Об этом подумаю позже.
Алина решила не пороть горячку, поберечь нервы.
– Что ж, могу лишь пожелать удачи...
Домой Алина шла мрачнее тучи. Никак не могла выкинуть из головы дурацкое послание от Маргариты Петровны. Она и предположить не могла, что дело примет такого рода оборот. Ее состояние заметил Станислав Николаевич, когда вновь провожал до дома.
– Алина, у тебя все в порядке? – участливо спросил он.
И что она могла ответить? Рассказать все как есть? Нет, об этом не могло быть и речи. а по сему я, сказала:
– Все хорошо, Станислав Николаевич, – ответила не без труда, натянув на лицо улыбку. – просто сегодня немного устала.
– Ммм... Понятно... – прозвучало недоверчиво – Ты точно ничего не хочешь мне рассказать?
– Неа! – ответила нарочито весело.
– Алин, – Стас остановился, взяв ее за руку. – я хочу, чтобы ты знала, что ты всегда на меня можешь положиться. Что бы не случилось. Это не бзик, не каприз. Это действительно мое искреннее желание.
От его теплой ладони Алине стало так хорошо, так уютно. Так не было ни с кем и никогда. Вот тогда она твердо решила, что бы ни случилось, даже какими бы не были оценки по физике, она не отступится от своего счастья. НИ – ЗА – ЧТО – НА – СВЕТЕ!
Поднимаясь по лестнице, вдруг ощутила тяжесть на душе.
«Только не это!» – даже немного испугалась немного.
После подобных ощущений непременно происходило что – то плохое. – Это так называемое предчувствие, Алину еще никогда не подводило. Как же хотелось, чтобы ей это всего лишь показалось, ведь и без того проблем полно. Но тогда Алина даже не подозревала, как близко поджидает еще одна проблема.
А поджидала она прямо за дверью квартиры.
– Явилась! – рык отца чуть не оглушил.
– Двоечница! – подключилась мама.
«О нет! Они все знают!»
– Нам позвонила твоя классная руководительница. – пояснил отец. – И она рассказала нам о твоих последних оценках. Ты что, совсем учиться перестала? Как это понимать?! Когда это наконец прекратится?!
– Уже никогда... – обреченно прошептала, опустив голову.
– Что ты сказала?! – взорвался отец.
Таким его Алина еще не видела. Но все же решила проявить характер.
«Я уже не маленькая девочка, чтобы так позволять вытирать о себя ноги. В конце концов, не всем же красные дипломы суждено получить».
– Ты совсем, зараза, обезумела! Мы тут с матерью на нее горбатимся… Мы тебя для этого растили, для двоек?
– А что, для пятерок что ли рожали? – Алина не выдержала. – «Как – то обидно слышать такое».
– Не цепляйся к словам. – вступилась мама – Ты сейчас не в том положении.
– Значит так, – папа ударил ладонями по своим коленям, как бы принимая окончательное решение. – ты сейчас идешь и учишь все то, за что на получала двоек, а завтра ты их исправляешь. По мне так хоть на коленях ползай перед своей учительницей, но ты должна их исправить!
– Нет! – буквально завопила Алина. – «Выпрашивать пятерку у НЕЕ?! Да я лучше живую крысу съем! Пусть она грызет изнутри! Никогда!»
– Что значит «Нет?» – опешил папа – Без пятерок можешь завтра даже не возвращаться!
–А чего вам бедолагам до завтра ждать?! – Алину конкретно понесло – Я могу и сейчас уйти! Зачем вам такая дочь – двоечница? Корми ее еще, одевай!
– И куда же ты пойдешь, хотелось бы знать? – усмехнулся отец. – Ну так, положа руку на сердце.
– А сутенера найду! – психанув, Алина выбежала из квартиры.
Алина бежала по лестнице со всех ног.
– Алина, постой! – услышала вслед окрик отца. – Давай поговорим спокойно.
Она безусловно понимала, что родители желают ей только добра, но постоянная гиперопека порядком надоела. И сейчас она осознавала, что перегнула палку, поступая как нашкодившая школьница, опасающаяся наказания. Она лишь прибавила шаг, перепрыгивая через две – три ступени разом, услышав хлопок двери и преследующую погоню. Папа не привык сдаваться, а последняя ее фраза, похоже, серьезно напрягла.
Алина бежала и бежала, пока не оказалась в каком – то незнакомом дворе. Окна без стекол пустыми глазницами настороженно изучали незваную гостью.
«Где я, что я? – закрутила вокруг головой. – Что мне вообще сейчас делать, куда идти? Я осталась совсем одна, без крыши над головой. Да к тому же неизвестно где. Не жизнь, а прям сказка! Чем дальше, тем страшнее... Похоже, придется вызывать «Скорую помощь» в лице Виктора».
Алина потянулась было за сотовым, но поняла, что позвонить не судьба. Сумку – то свою оставила дома вместе с телефоном.
«А может уже и не дома?» – Алина обессиленно присела прямо на бордюр, уронила голову на колени.
– Скучаем? – услышала неожиданно у себя над головой.
Посмотрев вверх, увидела трех парней. Все они хищно улыбались.
– А она очень даже ничего, свежачок! – один из них подошел ближе. – Может повеселимся с ней, пацаны?
– Ннненаддо, – Алина по – настоящему испугалась.
Ей хотелось заорать во весь голос, но из горла с трудом вылетело что – то похожее на писк.
Но троица подходила все ближе и ближе, не обращая внимания на ее слова...
Продолжение следует