Одного человека невзлюбила соседка. Не сдержался он, треснул её по уху, за что получил четыре года условно. Через пару лет он опять не сдержался и высказал ей всё, что о ней думал, за это ему присудили ещё два года условно.
Но второй суд не знал, что у него уже есть условное, присудил срок и всё. Говорят, иди отсюда в уголовно-исполнительную инспекцию (УИИ), отмечайся там, как положено. А до этого он-то уже два года туда ходил отмечаться два раза в неделю по понедельникам и четвергам. Приходит, а ему инспекторша и говорит, за второй срок будешь приходить ещё и к другой инспекторше по вторникам и средам.
И получилось, что ему четыре рабочих дня в неделю нужно отмечаться. Это не так-то и просто. Каждый раз очередь нужно отстоять. Да ещё и не всегда попадешь к сроку, то инспекторша в декрете, то опять никого нет – все на сборах, то очередь злая и дерется потому, что много тут таких, кому отмечаться надо, и все лезут без очереди.
Например, стоит он в очереди отмечаться, а на него сверху со ступенек другой человек валится. Должно быть, этому человеку плохо стало. Инспекция тут же нападет: почему, мол, человека не поймал? Наверно, специально хотел полюбоваться, как он об ступеньки морду себе разбивает? Ну и накостыляют по шее да еще из очереди прогонят, и день отбытия не зачтут, нарушение запишут.
Отмечаться этому человеку совсем стало невмоготу. С работы выгнали. Кому нужен работник, который всю неделю где-то по очередям шляется.
Пригорюнился человек, да и сбежал в Сызрань. Там на окраине за речкой вырыл себе землянку и стал бомжевать на вольных хлебах.
Долго ли коротко ли, но инспекция опомнилась и написала на него рапорта в суды, что, дескать, не приходит отмечаться такой-то вами вольно-приговоренный человек. Нарушает режим и за это ему полагается условный срок заменить тюрьмой.
Не прошло и пару лет, как суды выписали этому человеку приговоры для тюрьмы. Один на четыре года, а другой на два. Всего шесть получилось. Причем до этого три года этот человек уже проотмечался, и ещё три года беспорочно бомжевал. Но суды об этом не знали, и впаяли ему по всей строгости сполна. Объявили его в розыск.
И поскольку все бомжи у нас рано или поздно попадаются, то этого человека однажды поймали на речке в Сызрани и этапировали в тюрьму.
Отсидел он пару лет и по числам вышло, что все сроки у него давно закончились. Взмолился он начальству, благо был на хорошем счету – ударно трудился на лесопилке. Но не тут-то было.
Тюремное начальство полистало приговоры, глядит, а они один от другого не отличаются: дата на них одним числом, соседка та же, ухо, фингал, обидчик, всё одно и тот же. Как под копирку писали, только сроки разные: четыре в одном, два в другом. Сиди, говорит начальство. А сколько лет ещё сидеть, посчитать никто не может, в инспекции тоже отказались – его отметки потеряли, пока он в розыске был. С какого дня, и что считать неизвестно. Отпускать нет оснований.
Сиди, пока суд не отпустит. А суд тоже не знал, как сложить два условно отсиженных с шестью тюремно-недосиженными и тремя бомжовыми.
В общем, сидел этот человек, сидел, да и помер.
Вот, что бывает с теми, кому попадётся условно злая соседка.
