Когда холодильник становится пустым, и там становится светло и просторно, я начинаю вспоминать всю свою школу выживания в ельцепутинской России. Чтобы опять применить на практике свой опыт. У меня прочно сформированный пунктик по поводу еды. Страх, что нечем будет кормить ребёнка, что не будет еды вообще. И когда в холодильнике стоит одинокая кастрюлька с супом и это всё, меня не покидает чувство тревоги. Даже если я стану миллионершей, я буду экономить. Это уже стойкий безусловный рефлекс, почти диагноз. Вот это моё ,,а вдруг, на всякий случай'', никогда не оказалось напрасным опасением. Этот <всякий случай> наступает постоянно, это закономерность жизни в окружении государственных шулеров. Ты никогда не можешь быть уверенным в стабильности, в том, что не нужно будет бояться, что нет еды и элементарных средств для существования. Я всегда готовлю себя к худшему. Хорошее само придёт и не ударит в спину. А к плохому всегда нужно быть готовой. Как к удару в спину. Только рука зане