Бомбовый удар по Берлину в 1941 году!
Адольф Гитлер был уверен в том, что его план идеален. Фюрер был слишком вдохновлён прошлыми победами в ряде европейских государств, что у него не было абсолютно никаких сомнений в том, что и с Советским Союзом немецкая армия сможет справиться за считанные дни. В непоколебимости и непобедимости фашистов был уверен не только Гитлер, но и представители нацистской пропаганды. Герман Геринг утверждал, что никогда в жизни, ни одна советская бомба не окажется на земле столицы «Великого» рейха. Но эта уверенность оказалась ошибочной, что вызвало у немцев сильное удивление.
Советский Союз Адольф Гитлер не пощадил. Уже через месяц с момента начала Великой Отечественной войны боевые действия затронули не только приграничные области и провинциальные города, но и Москву. 22 июля в советскую столицу прилетели первые бомбы. Налёт осуществляла немецкая бомбардировочная авиация. Фюрер не пожалел боевого ресурса. Он приказал сбросить на Москву 300 тонн зажигательных бомб. Массированная атака затронула не только военные объекты, но и мирное население. Для Москвы это были первые потери среди жителей.
Немцы находились в восторге. Эйфория была настолько сильной, что фюрер был уверен в том, что Советский Союз поражён. Йозеф Геббельс открыто заявил о полном разгроме советской авиации. Как и остальные, и он тоже был полностью уверен в том, что судьба советского государства предрешена, и кроме поражения, никакой другой участи советскому народу ожидать не приходится. Но в августе 1941 года ситуация изменилась. Слова нацистских пропагандистов оказались пустыми разговорами. Адольф Гитлер был вне себя от ярости, когда на Берлин упали первые советские бомбы. Фюрер никак не мог ожидать того, что у советской армии ещё остались военные ресурсы, которые они используют для бомбардировки Германии.
В конце июля 1941 года Иосиф Сталин отдал приказ подготовить нанесение массированных бомбардировок по Берлину. Вождь уделил особое внимание военным объектам - их необходимо было затронуть в первую очередь.
Бомбардировки осуществлялись с аэродрома Кагул. В первые минуты полёта немцы даже не поняли, что происходит. Они видели бомбардировщики, но приняли их за свои, поэтому огонь ПВО открыт не был. Фашисты не могли разобраться, что происходит. Они были уверены в том, что немецкие самолёты возвращаются с очередного задания. Немцы связывались с советскими бомбардировщиками, и даже пригласили их приземлиться на ближайший аэродром.
Из-за своей самоуверенности немцы своевременно не включили светомаскировку. Только спустя минуту после того, как первые бомбы приземлились в Берлине, фашисты поняли, что эти самолёты - не немецкие бомбардировщики. Когда фашисты включили ПВО, советские лётчики сообщили о выполнении задания. В процессе осуществления налета ни один советский пилот не пострадал. Утром 8 августа гордые и довольные летчики вернулись на аэродром. Нерасторопность и заторможенность немцев позволили им ещё более успешно осуществить бомбардировки, чем они могли себе представить перед вылетом.
Бомбардировки Германии не нанесли ей того существенного урона, который хотелось бы нанести Иосифу Сталину и всем противникам нацистского режима. Но это событие оказало очень сильное влияние на психологическое состояние фюрера и его сторонников. Адольф Гитлер не ожидал подобного дерзкого проявления со стороны советского руководства. Результат был достигнут. Фюрер начал осознавать, что и он, и Берлин, и немецкая армия достаточно уязвимы. Дополнительный психологический эффект от произошедшего спровоцировали заметки в средствах массовой информации, в которых было описано то, как «проигравшие» советские войска бомбили Берлин.