У моей ученицы и подруги (бывает, что ученики становятся друзьями и в чем-то учителями) умирал отец. Он знал, что конец близок, и держался молодцом. Он точно не планировал умирать так — слишком рано, слишком тяжело, слишком болезненно. Но рак мозга диктовал свои условия.
Ученица билась за отца как могла. Одна операция, вторая, консультации с медицинскими светилами в России и за границей. Какой-то дорогой чудодейственный шлем, который воздействовал на раковые клетки. Дочь планировала везти отца на еще один консилиум за тысячи километров от дома…
И вдруг, разговаривая с отцом, поняла: он не хочет. Он уже принял свою смерть и не хочет последние месяцы (а может, недели?) жизни подчинить врачам, процедурам, больницам и консилиумам. Он хочет другого. Дочка это почувствовала. И прекратила бороться за отца. Они начали просто наслаждаться общением друг с другом.
У этой женщины было очень много работы. Она отложила ее всю — и сказала, что последние недели отца проведет с ним. Они прожили так