— Чего надо? — спросил Михаил, когда за дверью, в которую настойчиво стучали и звонили с час, обнаружился опять сосед.
— Вещи вашей свекрови, отдайте их, — ответил с дежурной, вежливой улыбкой Александр.
— Нет тут ее вещей!
— А мне кажется, что эта женщина, прожив с вами тут столько… Не могла не иметь ничего.
— Что было, то я на помойку снес, — ухмыльнулся Михаил. — А тебе вообще какое дело до нее? Ты на старухе что-ли жениться надумал, псих? Или она твоя мамочка?
Александр был в целом мирным человеком. Просто он понял, что ему не посчастливилось встретиться с человеком, который привык взаимодействовать с окружающим миром, проверяя его силой. И если обнаруживал то, что слабее, то начинал бить, подавлять, грязно извлекать выгоду… У Александра был друг в ФБР — профайлер, но и без его специфического таланта можно было понять, что Михаил был очень рад, что в его жизни все так сложилось и что по жене он не особо горюет… Александр очень не любил таких низких, подлых людей.
— Вали отсюда! — криво ухмыльнулся Михаил. — И лучше за пацаном приглядывай… Времена сейчас неспокойные, мало ли что…
Договорить Михаил не успел. Александр не любил подлых людей такого типажа, но умел игнорировать их… Но только до тех пор, пока они не переходили определенных границ. И сейчас эта граница была пройдена.
В следующие мгновения произошло сразу несколько вещей. Во-первых, Михаил как-то оказался внутри своей квартиры и лицом в пол. Во-вторых, сосед нависал над ним, больно заломив руку и шипел в ухо. Его голос был тих, спокоен, но сочился как ядом угрозой.
— Если ты хоть пальцем тронешь моего сына или подумаешь о том, чтобы причинить ему вред, если ты хоть один раз посмотришь на меня и подумаешь дурно обо мне… Я узнаю! Думаешь, ты крутой? Нет, ты не крутой… Думаешь, можешь мне угрожать? А что ты будешь делать… Если неприятности коснутся лично тебя? Поверь, я не хотел бы этого сделать… Но я сумею, если возникнет необходимость. И после того, как ты упомянул моего сына, считай, что она уже возникла…
Михаил был в шоке. Запыхтев от неудобного положения и жгучей боли в суставах, он закивал.
— Я все понял, мужик! Я все понял!
— Отлично. Знаешь, если я захочу… То устрою тебе большие неприятности! Ты только повод дай…
— Да понял я, честно, все понял! Пусти… Я это, сейчас, вещи тещи соберу! Все, все точно…
Александр отпустил его и стал ждать. Минут через десять неловкой суеты Михаил вручил ему сумку с вещами.
— Вот, вазочки хрустальные, тоже ее… Маленько откололась по краям одна… Я нечаянно! В общем, тут все, правда…
— Верю, — усмехнулся Александр и пошлепал Михаила ладонью по щеке. — Хороший мальчик. А теперь больше не действуй мне на нервы и все будет хорошо.
На следующий день Александр забрал Тамару Васильевну из больницы и отвез на новую квартиру. Это была квартира с хорошим ремонтом, очень приличная и чистая, в которой было все необходимое для комфортного проживания. На кухне даже обнаружилась всяческая не распакованная новенькая посуда, холодильник — ломился от продуктов, включая деликатесы.
— Спасибо, спасибо! — Тамара со слезами на глазах благодарила Александра и всё-такизаставила его почувствовать себя смущенным.
Но и это было еще не все — он сказал, что оплатит ей наблюдение в частной клинике, которое просто необходимо для человека, у которого такие проблемы со здоровьем — это позволит исключить рецидивы в будущем.
— Пап, а ты специально для нас квартиру снял рядом? — спросил Славик, когда они вышли на улицу.
— Нет.
Александр просто нашел сначала одну квартиру, а потом у той же риэлторши, которая показывала ее, спросил, нет ли у нее еще вариантов хорошего жилья и назвал свои пожелания. И так уж вышло, что две квартиры обнаружились буквально в двух соседних домах. Они располагались в новеньком жилом комплексе и через пару улиц от прежнего места жительства Тамары Васильевны.
Это было просто совпадение… Просто Александр помнил совет своего друга, того самого, который посоветовал ему бежать подальше, что лучше в одном жилье им не находиться дольше двух-трёх месяцев, ну, максимум четырех месяцев. Он не задавал вопросов — почему так, просто послушал совета. И вот, как раз подошел срок переезжать. Вышло совпадение…
В разговорах с Тамарой, естественно, Александру было сложно и вообще невозможно игнорировать свою жизнь. И поскольку он не мог сказать ей и сотой доли правды, то приходилось выкручиваться. Так, он сказал ей, что мама мальчика пока просто очень занята, что она не смогла с ними поехать, а он вот решил ненадолго вернуться на родину предков, прочувствовать, так сказать, места, где некогда прошло его собственное далекое детство.
Славик был достаточно умным, чтобы не сболтнуть лишнего. И казалось, все нормально…
Вот и сейчас — сидели на кухне, пили чай, Тамара вспоминала, как хорошо жилось в деревне и откровенничала о том, что не получилось у нее прижиться в городе, тянет назад, осталось, значит, только решить, где там поселиться, то есть, желательно бы снять комнату или полдома у кого-то, найти работу, конечно же…
А потом взгляд ее вдруг зацепился за кольцо Александра. Это странное для мужчины украшение уже не первый раз привлекало ее внимание, но теперь… Будто щелкнуло в голове что-то.
— Очень интересное кольцо, — пробормотала Тамара.
— Это не кольцо было, — сказал Славик. — Папа из кулона переделал. Память о семье.
Тамара замерла… И вдруг, склонилась резко вперед, впилась взглядом в перстень… Она уже видела этот узор! И камень… Кулон…
— А сколько вам лет, простите? — спросила она.
Александр ответил, но не свой настоящий возраст — прибавил два года. Это было легко — ведь в паспорт его соседка не могла заглянуть.
— Это женский кулон был… — снова встрял в разговор Славик, продемонстрировав отцу, что не такой уж он и умница. — От матери… — мальчик осекся, поймав гневный взгляд отца.
— От матери… — прошептала Тамара и снова уткнулась в свою чашку с чаем.
Она подумала, что может быть… Сходит с ума? Нет, прошлому, тому страшному прошлому нет места в ее жизни! То было давно… Просто совпадение. Мало ли кулонов похоже на то самое украшение, которое ей как подачку, как плату за молчание швырнули в тот день… Тем более, что Александр не упоминал о том, что он был усыновлен. А иначе как…
Тамара внимательно смотрела на этого мужчину. Он был красив… И тот. Тот мужчина. Один из тех, кто был на яхте тоже был красив! У него тоже были зеленые глаза и светлые волосы… Тамара тяжело сглотнула. Пришло новое воспоминание — нянечка в роддоме протягивает ей младенца, но она отпихивает его руками, ей мерзко прикасаться к этому созданию, которого она и так вынуждена была питать собственными жизненными силами невыносимых девять месяцев! И почему-то врезалось в память, что у малыша было родимое пятнышко на шее — точно на левой ключице, будто звездочка крохотная… Взгляд Тамары упал с лица мужчины напротив на распахнутый ворот его рубашки и она… Увидела там родимое пятно. Совпадение? Только совпадение… Нет! Это уже не могло быть совпадением! Руки Тамары задрожали и чашка упала, разбилась…
— Вам плохо? — Александр встревоженно смотрел на нее. — Тамара Васильевна?
— Ты… — женщине стало тяжело дышать. Возле сердца будто поместили пламенеющий факел. — Ты… — она силилась сказать что-то, а что хотела сказать — сама не понимала.
— Славик, вызови скорую!
Глаза Тамары закатились и она потеряла сознание…