В детстве я успешно занимался шахматами. Мой тренер, Иосиф Ефимович, был уверен, что воспитывает будущую звезду мирового шахматного небосклона. В 5-летнем возрасте я играл на всесоюзном юношеском турнире, который проходил в Латвии, где возраст соперников доходил до четырнадцати лет — то есть я и правда подавал определенные надежды и были веские причины мной гордиться. В тот же год со мной случилась новая «страсть»: лето мы всегда проводили на даче, там мой папа с моим дядей и друзьями играли в преферанс. Я учился, глядя на них, и постепенно начал играть сам. И мне понравилось. И, увы, намного больше, чем шахматы!
Лето прошло, а увлечение преферансом – нет. Поэтому, когда осенью наступило время возобновлять занятия шахматами и мой тренер позвонил нам домой, то я ему прямо заявил, что не приду, так как в моей жизни «случился» преферанс и меня он теперь интересует намного больше. Тогда Иосиф Ефимович выдержал паузу, которая, думаю, стоила ему немалых волевых усилий, и позвал мою маму к телефону. Он орал на маму благим матом так, как будто за лето переквалифицировался из интеллигентного тренера по шахматам еврейской национальности в строителя-чернорабочего! Орал, наверное, про то, что мы совершаем ошибку и у меня большое будущее, и что второго такого шанса не будет, но ответ мамы был простым и коротким, я его запомнил на всю жизнь:
«Наш сын будет играть и заниматься тем, чем он хочет. И если ему больше понравились карты, то ничего не поделаешь – он будет играть в карты».
Такова была позиция и мамы, и папы – они мне с самого детства всегда предоставляли право самому принимать решения. До сих пор испытываю чувство просто безграничной благодарности к родителям за это!
Возможно, мама тогда считала, что я совершаю ошибку. Возможно, это действительно было ошибкой... Хотя совершенно не факт: глядя на чемпионов мира по шахматам, я совсем не уверен, что променял бы сейчас свою жизнь на их. Но дело не в этом.
Главное, что с раннего детства мне было позволено не только иметь свое мнение (многим современным детям не позволено даже это!), мне еще было позволено самому принимать довольно важные решения в отношении моей жизни.
А это единственный путь к истинной ответственности – самому принимать решения и самому расхлебывать их последствия: как сладкие, так и горькие.
Эта подаренная родителями свобода принимать решения – один из нескольких основных факторов, которые самым благоприятным образом повлияли на всю мою жизнь.
Так или иначе, общаясь с сотнями детей в Sidorenko School, ответственно заявляю – многим из них этого сильно не хватает!
Друзья, можете вспомнить, как вы себя чувствовали, когда ваши родители сами принимали решения о вашей жизни, не принимая в расчет ваше мнение или даже просто его не замечая?