Вера была уверена, что они с Борей будут вместе до самой старости.
- Унижаться перед Борей и его мамой, чтобы они признали ребенка? Бессмысленно, - Полина пожала плечами. - Потом всем и каждому объяснять почему ты мать одиночка тоже. Поверь мне. У меня есть знакомые в хорошем медицинском центре рядом с поселком, где живет мама. Папе скажем, что ты едешь с Глебом к его бабушке.
У отца на работе был завал. Поэтому, когда Вера объявила, что уезжает на выходные, только кивнул.
- А может отпуск возьмешь. Ты такая бледная и похудела сильно.
- Юр, она по Боре скучает. Вот и нервничает. Расцветет через несколько месяцев, - Полина обняла мужа и поцеловала.
А Вера разревелась. Через несколько месяцев он вернется и начнет обвинять непонятно в чем. А может просто сделает вид, что ее не знает.
- Глеб, - Вера решила предпринять последнюю попытку достучаться до тети Маши. – Можно поговорить?
- Пожалуйста.
- Можешь сходить к тете Маше со мной и сказать, что мы просто живем в одной квартире. Или лучше поговорить с Борей, когда он вернется. Они почему-то решили, что пока Боря в армии, я начала встречаться с тобой.
- Нет. Я знаю, что ты меня не любишь. И мою маму тоже. Я не знаю, что ты там придумала. Зачем хочешь это сделать.
- Я беременна. От Бори. Но его мама, а теперь и он, считают, что от тебя.
- То есть я должен прийти к Борису и сказать: «Привет! Я не спал с Верой, ребенок не мой». Ты совсем? Откуда я знаю, с кем ты чем занимаешься. Тебя дома не бывает. Разбирайтесь сами.
В субботу рано утром Вера уселась в машину Полины вместе с Глебом, который едва разговаривал с ней последние пару дней. Его высадили около участка бабушки, и Полина поехала дальше.
Медицинский центр располагался в здании старой больницы.
Полина расцеловалась с какой-то женщиной, сказала, что они учились вместе. Потом у Веры взяли анализы. Женщина, у Веры так болела голова, что она не запомнила как ее зовут, сказала, что они все сделают во второй половине дня. Когда анализы будут готовы. Вера подписала нужные бумаги. Ей было все равно.
После этого Полина уехала, а Вера решила попросить что-то от головной боли и отправилась искать медсестру.
- Надоела эта Игнатова. По молодости а..ортов наделала, а сейчас нам нервы треплет со своей беременностью! – услышала Вера голос из приоткрытой двери. – Сейчас литература, консультации любые, в аптеках все есть. А все равно, половина считает, что самое надежное предохранение – это а..орт. Наделают их еще в школе, а потом к нам с претензиями «почему детей иметь не можем, плохо лечите».
Вера стояла, едва дыша, и слушала обсуждение какой-то Игнатовой. Которая в юности сделала а...орт, а сейчас забеременеть не может. Вера читала об этом в интернете. Но многие писали, что это все пугалки. Если делать в нормальном месте, то все будет отлично.
- И мне не жалко эту Игнатову. Мне жалко тех, кто по состоянию здоровья забеременеть не может. Вот ведь несправедливость. Тут одна пришла, рыдает. 20 лет, а мозгов нет. Родители считают, что рожать рано, что ей с мужем учиться надо. Еле уговорили оставить ребенка. Ведь не верит, что потом уже может не получиться.
У Веры коридор поплыл перед глазами. А если медсестры правы и детей потом не будет? Голова болела, но Вера заставила себя думать. Что случится если она оставит ребенка? У нее есть где жить. Боря? Боре мать голову задурила. А почему она, Вера, вообще не посоветовалась с отцом, а послушала Полину?
Вера постучала, зашла в кабинет, попросила лекарство, а вернувшись в палату провалилась в сон. Когда проснулась поняла, что надо отсюда уезжать. Ребенка она оставит. Кто ее здесь удержит? Никто. Взяла телефон и обнаружила кучу пропущенных звонков. От тети Маши и от отца.
Вера набрала отцу.
- Ты где? С тобой все в порядке? Почему ты не подходишь к телефону?
- Я спала. Я … Пап, забери меня, пожалуйста. Я в больнице. Я беременна. От Бори. А он и тетя Маша считают, что от Глеба. Мы с Полиной решили, что надо делать а..орт. А я не хочу уже. Пап, прости. Я так виновата, - Вера захлебывалась в рыданиях.
- Адрес какой? Сиди там, никуда не выходи.
Продолжение следует...