- У нас тут открылся ночной клуб новый, меня пригласили на день Рождения, - рассказывает Маша, глядя на меня, но тут же осекается. - А, это не твоя история...
- Почему? Я слишком стара уже, да? - прыскаю я. - А что моя? Пояс из собачьей шерсти?
- Ну, ты не про это же. Ты ж правильная. Ты вот когда была в клубе в последний раз?
Я и правда не хожу по клубам. Просто я ж не пью алкоголь, не люблю громкую музыку, и у меня дети, которых надо укладывать, и я не сплю ночью только если ночной перелёт на гастроли. Поэтому клубы и правда не вписались в мою жизнь, зато вписались поликлиники и врачи. Что-то в последнее время регулярность встреч с ними в рабочем графике пугает даже меня саму.
Хотя другая моя подруга говорит: "С возрастом начинаешь чувствовать те органы, которые запорол за жизнь, и начинаешь гастролировать по врачам, чтобы вылечить их".
Ещё я смотрю фильмы. Там в клубах все пьют (и не только) и моя внутренняя отличница поджимает губки и шепчет голосом бабушки: "Хорошим девочкам там не место, пойдём лучше пропылесосим".
Я слушаю Машу. Как она ходила в новый клуб. Там они заказали суши. И заплатили 24 тысячи за порцию. Или за две? Ну, наверно, за одну. А это шесть сушинок. А за семь часов они проголодались, наверняка, еще пару раз. То есть за вечер отдать пятьдесят тысяч?
А за двоих - сто. Ого.
- О чём думаешь? - спрашивает Маша.
- Да ни о чём.
- Оль, у тебя бегущая строка на лбу. Сердитая.
- Я думаю, что замена митрального клапана в сердце стоит около ста восьмидесяти тысяч. 185, если точнее. Это только замена. Без стоимости самого клапана. То есть можно круто отдохнуть в ночном клубе в Москве, а можно починить сердце. И это стоит примерно одинаково.
- Слушай, если так думать, можно вообще от всего отказаться и уйти дауншифтером ... на Алтай.
- Согласна. Поэтому и не хотела говорить.
У меня в голове не отработана эта тема. Я не выберусь никак из установки: "Ну какие, к черту, бренды? Ну как можно хотеть сумочку за сто тыщ? Это столько помощи людям и приютам собачьим, и всем. Как можно носить в руке десяток не случившихся хороших дел, и кайфовать от этого, а не переживать?"
Но умом я понимаю, что это разные вещи. Как говорит моя подружка: "Это с разных полочек". Ну, из разных полушарий.
Создать бренд и наделить его такой ценностью, что все его хотят- это настоящее искусство, обладание которым дарит изумительные эмоции, и если лично мне они не доступны, это не значит, что надо их обесценивать.
И если честно, моё спасательство, которое я везде пихаю, меня саму уже подбешивает. Я работаю с этим. Не со спасательством, а с отсутствием баланса.
Просто нужен баланс.
А у меня явный перебор-перекос.
Он даже меня уже тяготит.
- Почему ты именно про сердце говоришь? У тебя что-то сердцем? - переживает Маша.
- Недавно знакомому делали операцию, вот и знаю цену.
- Ты не ответила на мой вопрос.
- Ну, была плохая кардиограмма, да. А потом была хорошая. Один - один, я считаю.
- Что будешь делать?
- К врачу пойду, - я пожимаю плечами. - Или в клуб. Нет, лучше к врачу. Дешевле выйдет.
- Конечно, надо лечиться. Теперь понятно, почему ты в последнее время такая угнетённая.
А я и не знала, что я угнетённая.
Расстроилась даже. Как по мне, я обычная.
Пожаловалась эндокринологу на гормональный фон. Говорю: "Я какая-то угнетённая".
У меня дочь Катя придумала смешное слово. Она сидела грустила и вдруг спрашивает: "Мам, а вот когда тебе грустно, что ты делаешь, чтобы завеселиться?"
Вот я и ставлю врачу моему задачу: "Я чот угнетённая, а хочу завеселица".
Врач посмотрела анализы.
Прописала пилюли.
Я пришла в аптеку и читаю название препаратов, а фармацевт не слышит через стекло, переспрашивает:
- Что?
И я громко так, чтоб он услышал, тоном конферансье повторяю последнюю строчку:
- Сорбифер Дурулес!
Прозвучало как заклинание ведьмы, которая хочет расколдовать неулыбчивого человека.
Это не реклама (препарата железо), просто шутка, которую не упомянув названия, не рассказать.
Ну и предупреждение: не пугайтесь, скоро завеселюсь))
