Он никогда не рассказывал об этом.
Анатолий Машков — настоящая легенда «Локомотива». Он работает в клубе на должности администратора команды уже больше 40 лет. Машков прошел через все этапы становления клуба: от советского «Локо» в Первой лиге СССР до топовой команды Юрия Семина. А еще застал несколько поколений футболистов, для которых стал чуть ли не вторым отцом.
В «Локомотиве» Анатолий Егорович даже получил прозвище «Батя». Он знал, как найти подход к каждому футболисту и всегда помогал им не только на футбольном поле, но и за его пределами.
«Человек огромного обаяния. Зайдешь в его каморочку: выслушает, остудит, если ты взволнован, поделится жизненным опытом, — рассказывал экс-футболист «Локо» Олег Елышев в интервью «Матч ТВ». — Редко встретишь администратора, который выполняет не только футбольные, но житейские просьбы. Случится какая-то стычка: «Батя, помоги». — «Давай телефон. Поговорю». Всегда разруливал. В 90-е Батя знал эти круги и мог помочь».
Но в яркой биографии Машкова есть и не очень приятная история. В 1981-м администратора «Локомотива» посадили в тюрьму за «нецелевое использование» футбольной экипировки. Он отсидел 4 года за решеткой, а после выхода на свободу ничего не рассказывал ни футболистам, ни журналистам. В «Локо» все знали, что Машков сидел в тюрьме, но никогда не лезли ему в душу с вопросами.
Позже экс-футболист «Торпедо» Михаил Посуэло рассказал, что Анатолия Егоровича отправил за решетку бывший тренер сборной СССР Николай Морозов, который в то время работал в спортивном отделе Московской железной дороги.
«Он подставил Машкова, с которым я был давно знаком, — говорил Посуэло в интервью «Матч ТВ». — Морозов сделал растрату, списал на Машкова, и того посадили. После его освобождения мы часто встречались в Лосинке. Жилось тогда туго (не всегда и на бутылку водки хватало), но Машкова сразу вернули в «Локомотив» — за то, что отсидел за других людей. Он очень справедливый мужик — тюремные понятия его в этом только укрепили. Связи Егорыча очень пригодились «Локомотиву» в девяностые, когда приходилось искать спонсоров».
Свою версию произошедшего изложил и легендарный тренер «Локо» Юрий Семин:
«Случилось несчастье, по недоразумению и, на мой взгляд, несправедливости Егорыч попал в тюрьму: из-за своей любви к футболистам раздал больше формы, чем положено. Вот и все. Не успел эту форму вернуть на склад, а раньше за каждую вещь расписывались. У него получились недосдадки, за это и посадили».
В 1985-м Машков вышел на свободу, а через год вернулся в «Локомотив» — на этом настоял как раз Семин, который в то время возглавил команду.
«Я пошел к начальнику московской дороги Паристому, — рассказывал Юрий Палыч. — «Ну, Иван Леонтич, нужно возвратить нашего администратора, который несправедливо пострадал, его все любят» — «После тюрьмы сложно вернуть, но я о нем хорошего мнения, пусть работает, только официально не числится». Так Анатолий Егорович вернулся в «Локомотив» — и по сей день здесь».