Политика геноцида жителей Белостотчины в годы фашистской оккупации
Эрих Кох в своем докладе Гитлеру: «Моя цель — отправить в Германию максимальное количество трудоспособных людей, а остальное стереть с лица земли».
Кох был против проводимой Розенбергом политики использования народов оккупированных стран в борьбе против СССР, считал, что восточные районы следует рассматривать только, как объект экономической эксплуатации и резервуар рабочей силы, был против присвоения любой другой роли народам, населяющим эти области.
Рабочая сила обеспечивалась принудительном трудоустройством молодежи. Негерманское население в возрасте от 16 до 60 лет подлежало обязательному трудоустройству. С середины 1943 г. обязанность к труду была распространена на принуждение лиц в возрасте 65 лет, а нередко и молодежи от 12 лет. Кроме того, молодежь в возрасте 18-25 лет была обязана работать в течение 2 лет в Восточной Пруссии.
Службы занятости района применяли жесткие формы принуждения, в том числе полицейский террор. Была введена коллективная ответственность за неявку на работу в рейх, ответственность за которую применялась жестоко: родителей часто арестовывали и депортировали, имущество конфисковывали, брали в заложники и даже расстреливали на месте.
Для людей, не депортированых на работы в рейх, в округе были созданы такие условия труда, чтобы они постепенно уничтожались во время работы. Примером педантичной реализации этих предположений были исправительно-трудовые лагеря и гетто: небольшие исправительно-трудовые лагеря организовывались при комиссариатах или жандармериях, а более крупные, в среднем на несколько сотен человек, — в отдельных городах.
Таким образом, трудовые лагеря были одновременно формой эксплуатации рабочей силы и уничтожения населения. По данным района, вошедшего после войны в состав Белостокского воеводства, через 22 более крупных трудовых лагеря прошло около 60 000 человек, православных и католиков.
Таким образом, политика истребления оккупантов в Белостокском районе была направлена на экономическую эксплуатацию территории и уничтожение негерманского населения.
В планы оккупанта входила германизация крупных городов региона. Они должны были быть полностью германизированы, как и другие польские города. Местная газета «Bialystok Zeitung» вела немецкую пропаганду «кости» Белостока и района, подчеркивая свои «права» на эти земли, оккупант разжигал расовую ненависть к проживающему там населению. Оккупационные власти района к полякам и белорусам относились одинаково по национальному признаку.
В национальной политике оккупационные власти района много уделяли антисоветской пропаганде, надеясь настроить поляков, противопоставив их советским партизанам. Особое усиление антисоветской пропаганды приходилось на весну-осень 1943.