Скандал в «Динамо» 1980-х.
У знаменитого советского полузащитника 70-х и 80-х Александра Хапсалиса, несмотря на его талант, были очень непростые отношения с топовыми тренерами.
На пике карьеры он поссорился с великим Валерием Лобановским в киевском «Динамо» — тот несправедливо наехал на футболиста во время игры, а Хапсалис психанул и ушел сначала с поля, а потом из клуба.
Впрочем, это было лишь мелкой неприятностью по сравнению с тем, что приключилось между Александром и знаменитым тренером Эдуардом Малофеевым. В 1985 году они разругались настолько, что едва не дошло до драки.
Как вспоминал Хапсалис, поводом для конфликта с тренером стало его киевское прошлое. Александр всегда с любовью отзывался о бывшей команде, а в московском клубе, по его словам, царили антикиевские настроения. Поначалу в этом не было проблемы, однако с приходом Малофеева дела полузащитник в Москве стали плохи.
Хапсалис утверждал, что тренер настолько невзлюбил его за прошлое, что решил всеми силами выжить из команды. И выбрал для этого очень подлый способ.
«Я тогда разошелся со своей первой женой, и на руках у меня остались два маленьких ребенка. А Малофеев начал писать доносы в Центральный совет «Динамо», будто у меня дома — притон, вечно сшиваются какие-то иностранцы, происходят немыслимые пьянки…
Зампред «Динамо», порядочный человек, знавший, что это откровенная ложь, один раз все-таки зашел ко мне и убедился, что я еще не забыл уроки Лобановского по чистоте и порядку. В трехкомнатной квартире не было и пылинки. В отличие от динамовской базы, где в большинстве комнат был такой бардак, за который Лобановский давно бы повыгонял людей из команды. А все «иностранцы» — это мой друг, очень богатый грек, который команде, между прочим, до прихода Малофеева подарил множество костюмов и бутс. В тот момент его обворовали, и он жил у меня», — рассказывал Хапсалис.
Узнав про доносы, Александр начал расспрашивать зампреда: «Кто их пишет? Зачем?» Тот долго отнекивался, а потом все же случайно проговорился.
Рассекретив доносчика, футболист так взбесился, что сразу же рванул к нему — мстить.
«Пулей выскочил из квартиры, вбежал в помещение клуба. Малофеев сидит, ничего не подозревает, простирает объятия: «О, Сашко, дружок мой, как дела?» А я схватил со стола пресс-папье и размахнулся — ей-Богу, убить был готов», — признавался полузащитник.
Кто знает, каких глупостей бы натворил футболист в ярости?! Но, к счастью, его вовремя остановили.
«И тут Мозер (Помощник Малофеева в «Динамо» Иван Мозер. — Sport24) мне кричит: «Саша, не надо!» Голос старшего человека меня слегка отрезвил, и я опустил пресс-папье рядом с тем местом, где только что сидел Малофеев. Сам тренер, скрючившись, залез под стол и кричал фальцетом, что выгонит меня из команды. Как будто я после такого собирался в ней оставаться. Пришел домой, написал заявление об уходе, разаттестовался из офицерского состава, сказав, что ухожу из футбола. И уехал в Киев», — говорил Хапсалис.
После скандала полузащитник полгода не играл. А затем выступал только за скромные клубы — киевский СКА, «Колос», «Звезду» и «Кировец». В 1991 году Хапсалис завершил профессиональную карьеру, но, по сути, с выступлением на высочайшем уровне он расстался еще в 1985-м, после той самой ссоры в московском «Динамо».
Впредь в своих интервью Александр неоднократно критиковал Малофеева. Футболист утверждал, что тренер подставлял не только его. Да и вообще Малофеева ненавидели, как минимум, 70% футболистов команды.
«Могу поклясться, чем угодно — 70 процентов его ненавидели. И было, за что. Он же стелил мягко, говорил красиво, мог человеку в душу влезть: «Откройся мне, как батюшке в церкви». Вечером мог угощать игрока шампанским, выпить с ним 10 фужеров, а наутро лишить его всех премиальных за последний месяц — за нарушение режима. Тот изумлялся: «Так это ж вы меня угощали!» И получал холодный ответ: «Я так тебя проверял». Вам подобное многие тогдашние динамовцы рассказать могут. Как и о том, что он беспрерывно и прилюдно выпивал, и игрокам приходилось нести его в гостиничный номер. Меня он в таком состоянии почему-то называл Гоцмановым. И переубедить его было невозможно», — рассказывал Хапсалис.
Как бы то ни было, сам Малофеев эти обвинения всегда жестко отрицал.
«Ну этот мальчик — обиженный. Я бы на его месте так не поступал, не осмелился. Да и не было такого. Я старше Хапсалиса, а старших судить нельзя, не имеешь права. Или ты забываешь закон человеческий. Дай Бог ему здоровья, я даже перекрещусь», — говорил о Хапсалисе Малофеев.