Мы все вроде уже поняли, что Великая княжна Анастасия не была хрупкой и наивной девушкой, она была лидером по натуре и обладала сильным характером. Но, сегодня мы раскроем еще несколько граней её так до конца и нераскрывшегося характера.
Раскрывая черты её внешности скажу, что Великая княжна Анастасия, единственная в семье, была похожа на гессенскую родню своей матери, а любимицей она была у родной сестры своего отца, Великой княжны Ольги Александровны:
Она поистине была моей любимой крестницей! Я любила ее за бесстрашие. Она никогда не хныкала и не плакала, даже если ей было больно. Это была настоящая сорвиголова. Бог знает, кто из ее молодых кузенов научил ее лазать по деревьям, но лазать она умела, даже когда была совсем крохой. Мало кому известно, что у нее была слабая спинка и доктора рекомендовали массаж. Анастасия или "Швибзик", как я ее называла, не выносила всякую суету. Два раза в неделю во дворец приходила из госпиталя сестра милосердия Татьяна Громова, и моя маленькая племянница — эта шалунья — обычно пряталась в буфет или под кровать, чтобы хотя бы на пять минуток оттянуть противный массаж. Наверное, доктора были правы, когда говорили о дефекте спинной мышцы, но никто из тех, кто видел, как играет Анастасия, не поверил бы этому, настолько живой, полной энергии была она. А какой она была проказницей!
Прекрасная царевна из сказки преспокойно лазила по деревьям и была великой проказницей.
Хэлли Эрминия Ривз, жена американского дипломата, вспоминала: «Анастасия, будучи в театре, ела шоколад, не удосужившись снять свои длинные белые перчатки, и отчаянно перемазала себе лицо и руки. Её карманы были постоянно забиты шоколадками и конфетами «Крем-брюле», которыми она щедро делилась с окружающими»
Интересно, а смены перчаток у неё с собой не было, или так она и выходила из театра в "шоколадных" перчатках?
Пожалуй, самые большие проблемы с учебой из всех детей Николая 2 были у самой младшей его дочери Анастасии, скорее всего её мешал учиться её характер. Предлагаю вашему вниманию несколько эпизодов из учебной жизни Великой княжны Анастасии и её учителя английского языка, Чарльза Сиднея Гиббса.
«Маленькую княжну не всегда легко учить, особенно когда приходится преподавать урок в традиционной манере. Поскольку я изучал философию, а потом прослушал специальный курс по детской психологии, я по возможности старался отойти от традиционной формы обучения. Наши уроки, как правило, проходили успешно, но временами случались и бурные сцены».
Бурные сцены были возможны, только если за уроком не наблюдала мать, Императрица Александра Федоровна.
С первой серьезной проблемой Гиббс столкнулся, когда начались занятия с Анастасией Николаевной. Все еще худощавая (вскоре она начала расти очень быстро), стремительная в движениях, с глазами, в которых светился ум, она обладала прекрасной выдержкой и полностью владела своей мимикой. Такого он не встречал ни в одном ребенке. Гиббс помнил курс детской психологии, прослушанный в Кембридже, и старался использовать как можно больше описанных в нем новаторских методов, но они не спасали от неукротимых и зачастую внезапных проявлений ее нрава. Однажды после сорванного урока он отказался ставить ей пятерку. На минуту он с интересом задумался, что же может произойти. Затем Анастасия Николаевна решительно вышла из комнаты. Через несколько минут она вернулась с одним из тех искусно составленных букетов, которые всегда стояли в приемной. «Мистер Гиббс, – с торжествующим видом произнесла она, – Вы измените оценку?» Секунду подумав, англичанин отрицательно покачал головой.
Великая княжна Анастасия искала выход из положения и учитель показал её своим поведением, что подкуп не самое лучшее решение. Анастасия, как и все дети пробовала границы дозволенного в этом мире, и тут важно, чтобы рядом находились мудрые взрослые.
Одно утро особенно запомнилось Гиббсу. Накануне вечером в Царском Селе давали детский костюмированный бал. Гиббс, во фраке и с белым галстуком, ждал за письменным столом прихода Анастасии Николаевны. Когда она вошла в комнату, ее лицо было черным, как у трубочиста. С собой она принесла маленькую золотую лестницу, которую положила рядом в ожидании начала урока. Гиббс, решивший не обращать на это внимания, собирался начать говорить, когда внезапно услышал смех за большой двойной дверью в конце комнаты. Дверь распахнулась, и вошли три старшие Великие Княжны со своей матерью. Императрица, казалось, была в ужасе. «Анастасия! – повысила голос Александра Федоровна. – Иди и приведи себя в порядок!» Трубочист кротко исчез. Когда она вернулась, с лицом, красным, как рак, от оттирания, золотая лестница все еще лежала рядом с ее партой, но все предпочли сделать вид, что ничего не заметили, и урок продолжился в присутствии Императрицы.
Впечатлительная девочка решила продолжить костюмированный бал на следующий день на уроке. Думаю, учитель был впечатлен))
Фотографии раскрашены мной. 👍Моя группа ВКонтакте История России в цвете