Оптимизм — мироощущение, проникнутое жизнерадостностью,
бодростью, верой в будущее, в успех;
склонность во всём видеть хорошие, светлые стороны.
Если это мироощущение возникает в человеке невольно, то оно является не плодом осознанных усилий, а следствием естественных погодных душевных перемен. Истинный же оптимизм есть плод сознания необходимости держать себя в руках независимо от любых перемен ради исполнения своего долга. Истинный оптимизм — это память о невозможности переложить свои обязанности на других, а значит истинный оптимизм есть усилие, направленное на овладение своим чрезмерным страхом, унынием, безразличием, равнодушием, беспокойством, а тем более истерией.
*
Легко быть оптимистом, когда тысячи окружающих нас людей, сами того не ведая, защищают, обеспечивают и поддерживают нашу жизнь. Трудно каждую минуту самому платить за свой оптимизм усилиями своего собственного монотонного труда и мучительных, безвестных жертв — жертв своей веры, надежды и любви.
*
Большинство людей склонны к оптимизму потому, что оптимизм радует, щадит, ублажает, прощает, поддерживает, успокаивает их животность, в то время как пессимизм, как и любое страдание, угнетая и огорчая животность, требует духовных и телесных усилий по воспитанию, укреплению и возвеличиванию нашей Божественности.
*
Оптимист это тот, кто просто ещё не пережил того, что́ сделало бы его пессимистом, кто ещё не был предан лучшим другом, не задыхался в общем бараке лагеря смерти, не сгнивал в застенках инквизиции, чью жену зверски не изнасиловали и чьих детей не испекли живьём и не съели у него на глазах.
*
Оптимисты — это, как правило, люди не желающие переживать, пережёвывать свой пессимизм, а желающие его миновать, проглотить, проскочить, обойти, не встретиться с ним, спрятаться от него, не почувствовать его вкуса. А пессимизм нужно именно переживать, только в этом случае можно дорасти до истинного оптимизма.
*
Для поверхностного взгляда истинный оптимист всегда выглядит пессимистом, а истинный пессимист — оптимистом.
*
Живая душа не может не огорчаться и не радоваться. Если она не огорчается или не радуется — она полумёртва, а если она полумёртва, то всякие её разговоры об оптимизме или пессимизме — ничего не стоющая болтовня, с помощью которой она скрывает своё омертвение.
*
Обычный уличный оптимизм — это всего лишь маска, скрывающая и от других и от самого человека степень его безнадежного отчаяния.
*
Оптимисты даже не подумают о том, что весь их оптимизм цветёт на могилах пессимистов. Именно это неведение и является основой их подпрыгивающего мироощущения.
*
Дело, в конце концов, не в оптимизме и не пессимизме, а в том, что большинство людей лгут, боясь честно и подробно переживать и то и другое. Если переживать хорошее — и то — поверхностно — не откажется почти никто, то переживать плохое почти никто не хочет, но к истинному оптимизму можно прийти только через истинный пессимизм. Невозможно поистине верить, если не побывал в бездне отчаяния; невозможно попасть в бездну отчаяния, если безоглядно не верил. Цивилизованный, изнеженный, чахлый, заумный, трусливый человечек не хочет жить по Природе, в которой погодные перемены периодически ввергают всё живое в почти смертное состояние, которое нужно беззащитно переживать и обнажёно пережидать, чтобы снова вернуться к жизни, — он хочет непрерывного ликования, цветения, радостей, праздника, как хочет, чтобы каждый день у него на улице было солнце, а на столе еда. И потому он обречён не на оптимизм, а на игру в оптимизм.
_______________________________
Пессимизм — мироощущение, проникнутое унынием,
безнадежностью, неверием о лучшее будущее;
склонность во всем видеть только плохое.
*
Верить спокойно, безоглядно, по юношески может только тот, кто не обманут. Как только происходит обман, верить уже невозможно, потому что верить не во что, жизнь останавливается, а жизнь без веры невозможна. И если не находится новый предмет, на который душа могла бы опираться, наступает смерть, и чтобы эту смерть скрывать и от себя и от других, приходится изображать дурацкий оптимизм.
*
Капиталист не может позволить себе быть пессимистом, он всегда оптимист, иначе у него не будет прибыли. Он и от работников требует только оптимизма. Попробуйте явиться на службу к капиталисту в унылом настроении и вас уволят. Думается, что болтовня об оптимизме и пессимизме и возникла в период зарождения капитализма. Вы только представьте, какой оптимизм начнёт хлестать из вас, когда впереди заискрится надежда на прибыль, да вы просто утонете в оптимизме, а значит перестанете понимать тех, кто страдает от невозможности угнаться за вами, а тем более тех, кто и не желает с вами соревноваться.
*
Сколько уродливых и карикатурных масок оптимизма скрывают под собой разъеденные безысходностью ду́ши и умершие от отчаяния сердца́.
*
Истина сама по себе всегда пессимистична, но именно по этой причине она оптимистична. Если человек, услышав истину о себе, (а это есть самая главная и самая нужная ему истина), не приходит в уныние, не опечаливается, не удручается, а порой и не ужасается, значит он не слышит и не видит истины, а значит и не может стать истинным оптимистом, то есть прийти к истинному упованию, познать действительную опору. Потому что только подлинное удручение, уныние и опечаливание истиной открывает нам путь выхода из неё, путь движения к следующей истине. Кто не заходит в тупик и не ужасается, тот не взывает к Богу и не просит Его открыть путь, а значит и не выходит на него.
*
Если человек только оптимист — он мертвец; если он только пессимист — он мертвец. Живой человек всегда колеблется от пессимизма к оптимизму и наоборот. От уныния и отчаяния продвигается он к упованию и надежде, пока события жизни или отношения с людьми не ввергают его снова в бездну уныния и отчаяния, как написано: «Ты посылал на меня многие лютые беды и опять оживлял меня и из бездн опять земли выводил меня».
*
Болтовнёй об оптимизме и насмешками над пессимистами люди прикрывают свою лень, свой паразитизм, свой страх перед трудностями, невзгодами, ошибками, отчаянием, раскаянием, жертвами, которые всегда сопровождаются мрачными, убийственными душевными состояниями и которые нужно не только преодолевать честным и безвредным способом, но и беззащитно и терпеливо переживать, беспомощно перечувствывать, бессильно переносить, молитвенно побеждать, потому что их мрак и удушье нужны так же, как и свет солнца и свежий воздух, и нужны они не для успехов и результатов в каких-то самоутверждающих, развлекающих и прибыльных делах, а для воспитания само́й души, развития её человечности, уравновешенности, мудрости, достижения ею той ценности, без которой жизнь бессмысленна.
*
Только заманчивые, интересные, вкусные и выгодные дела пробуждают в человеке оптимизм, а то, во что́ он сам превращается при этом, не может вызывать ничего, кроме пессимизма.
*
Человек — это сплошное отчаяние. Бог — это вечная надежда. — Ты — вечно Пребывающий; мы — вечно погибающие.[1]
*
Сто́ит отобрать у человека то, с помощью чего он, не упуская возможности тайно использовать других людей, самоутверждается, своевольничает, развлекается и наживается, от него ничего, кроме чёрного пессимизма, не останется. Может быть, не останется даже этого.
*
Если бы мир оглянулся на свою историю, он увидел бы своё будущее, а увидев будущее, поперхнулся бы словом ”оптимизм”, если бы по привычке опять произнёс его. И всё это потому, что его будущее всегда будет таким, каким было его прошлое, — он не видит своё вечное круговое хождение по мукам, которое дано лишь для пробуждения и побуждения вырваться из него.
*
Все хотят оптимизма, потому что оптимизм несёт, поддерживает, зажигает, окрыляет, на нём можно ехать, лететь, плыть, отдыхать, это — попутный ветер, не требующий усилий гребца. Но никто не хочет пессимизма, потому что его нужно преодолевать, тащить, как колодки, он не помогает, мешает, изматывает, томит, задерживает, мучит, с ним нужно постоянно бороться, чтобы хоть как-то двигаться вперёд, чтобы хоть что-то делать, хоть в какой-то степени добросовестно исполнять свой долг, соблюдать правила, придерживаться приличий, не нарушать уставов, не уклоняться от обязанностей, оставаться человеком.
*
Не нужно ничего искусственно усиливать или ослаблять в себе, добавлять или убавлять, придумывать или отвергать, — всего этого хочется, потому что это легко, но всё это лживо. Следовать же правде, чутко прислушиваясь к каждой перемене, отдаваясь на волю той меры, какая пришла или ушла сама собой — трудно, но только это и есть путь истинной жизни и подлинной любви.
*
Время оптимизму и время пессимизму, но честным надо быть всегда.
*
Искусство художественно отображает реальность, философия вскрывает механизмы реальности, но ни искусство, ни философия ничего не говорят о назначении реальности, а ведь именно в понимании её назначения заключается спасение от её ужасов и кошмаров и благотворное использование её радостей и утешений.
*
Думаю о людях — становлюсь пессимистом. Думаю о Тебе — делаюсь оптимистом. Потому что разве можно надеяться на того, кто может в любую минуту солгать от страха перед трудностями, потерями, жертвами, кто думает лишь о выгодах, удовольствиях, покое и успехах, для кого своеволие — мать, а самоутверждение — отец ? Никак. А без надежды нет оптимизма.
*
Мне тоже хочется радоваться, но не настолько, чтобы забывать, что за каждой моей радостью внимательно наблюдает горе, к которому я всегда должен быть готов, чтобы оставаться человеком.
___________________________________
[1] Вар.3,3.