Новосибирск. Февраль 1973 года. Дом культуры имени Клары Цеткин. Или просто “Клара”, как мы его тогда называли. Желтый свет больших окон. Сугробы. Черные, голые, высокие черемухи во дворе. Широкая лестница. Афиша. "Илья Фоняков. Вечер поэзии для юношества". В фойе для автографов продают альманах сибирских поэтов. Альманах идет бойко. Секрет успеха прост — составители включили в сборник Евтушенко. Ведь он, оказывается, тоже сибиряк, — родился на станции Зима в Иркутской области. Хотя слова “маркетинг” в нашем словаре тогда не было, законы рынка работали и при развитом социализме. Для продаж нужны звезды. А звезд не может быть много. Евтушенко, Рождественский, Вознесенский… Первый эшелон, три локомотива советской поэзии. Несмотря на огромные тиражи, их книжки всегда на расхват, на них записываются в очередь в библиотечных абонементах, они частые гости на радио и телевидении, им с интересом внимают западные аудитории.
На сцене “Клары” – мужчина средних лет. Серый джемпер. Белая рубашка. Усы и аккуратная “профессорская” бородка. Энергичные жесты. Живые глаза. Открытая улыбка. В зрительном зале – мы, старшеклассники школ Ленинского района. И стих был вроде бы про нас.
В семнадцать лет, в семнадцать
Весь мир в руках.
Витают мысли в звездах
И облаках.
Или не только про нас? Помню как неожиданно быстро мы, сидящие в зале шестнадцатилетние, семнадцатилетние парни и девчонки, еще не любившие, еще только мечтающие о любви, вдруг, вслед за поэтом, повзрослели.
А мы с тобой не дети
Давным-давно,
Нам все с тобой на свете
Разрешено.
У настоящей поэзии нет “целевой аудитории”. Ей все возрасты покорны. Помню, как нам стала понятна та драма охлаждения, выстывания отношений между мужчиной и женщиной.
Ты просто мне товарищ,
И тем близка.
Зачем же задержалась
В руке рука?
Зачем опять коснулся
Висок виска?
Ты просто мне товарищ,
И тем близка.
В тот зимний вечер поэту было около сорока, я был на двадцать лет моложе, а сейчас, мы, увы, поменялись местами, и это уже мне более чем на двадцать лет больше, чем ему тогдашнему.
Идём на самый поздний
Сеанс в кино.
Ведь мы с тобой не дети
Давным-давною.
Я словно бы вижу из своего 2022 года, как много лет назад два ставших друг другу чужими человека бредут, все еще под руку, по центральной аллее сквера, как видят впереди башенку с неоновыми огнями “Металлист” на крыше, как входят, протягивают контроллеру билеты, как едят в фойе пломбир в металлических вазочках у буфетной стойки. Как тягостно их молчанье. Как не смешны шутки конферансье на эстрадном концерте перед началом сеанса. Как бесконечен индийский фильм.
Кончайте мелодраму,
Включайте свет!
Ведь нам не по семнадцать
Сегодня лет.